Страница 41 из 91
«Когда любовь - не сумасшествие,
это не любовь».
Педро Кальдерон де ла Барка
Лера.
Когда я просыпаюсь, солнце уже высоко в небе. Обычно я встаю рано, но сегодня безбожно проспала звонок будильника на телефоне. Мужчины рядом со мной нет, хоть мы и засыпали вместе. Петя всегда рано просыпается, и, наверное, сегодня он решил меня не будить, чтобы дать возможность выспаться.
Иду в ванную, быстро принимаю душ. С удивлением обнаруживаю на полке свою косметику, которую почему-то никто не убрал за то время, что я не живу здесь. А в шкафу моя одежда, платья аккуратно висят на плечиках, на полках сложены джинсы, свитера и белье. Одеваюсь, выбрав удобное трикотажное платье и туфли на каблуках.
На завтрак уже нет времени, перехвачу что-то по дороге в офис. И, хотя Петя сказал, что с долгом решит проблему, мои задачи никто не отменял. Бизнес по-прежнему нуждается во внимании, и нужно поспешить. Выбегаю во дворе и забираюсь за руль своей машинки, подъезжаю к воротам, но они не открываются. Уснули все что ли? Легонько жму на сигнал, но ворота по-прежнему закрыты. Да что это такое? Мне надо спешить, а охрана спит!
Выхожу из машины и иду к охраннику. Тот сидит и смотрит в экраны монитора, и, наверняка, видел, что я подъехала к воротам. Леша, я помню его, он не первый год тут работает.
- Леша, открой ворота, пожалуйста, - стараюсь говорить как можно вежливее, несмотря на раздражение.
- Не могу, - говорит спокойно.
- Как это не можешь? - раздражаюсь все больше. - Механизм сломался?
- Нет, механизм исправен. У меня приказ не выпускать вас.
- Что? - опешила я. - Какой приказ?! - повышая голос.
- Валерия Михайловна, я тут не при чем. Уточните у Петра Аркадьевича. - Отвечает Леша, понимая степень моего недовольства.
Спрошу, конечно, спрошу. Разворачиваюсь на каблуках и возвращаюсь в машину. Звоню Пете, один раз, второй, но он все время сбрасывает.
«Я на совещании. Не могу говорить». - Приходит от него смс.
«Скажи Леше, чтобы открыл ворота. Он не выпускает меня». - Жалуюсь ему, хотя раньше никогда не жаловалась на прислугу, понимая, что Петя мои жалобы просто так не оставит.
«Нет», - приходит от него краткое.
Что?
«Как это нет? Мне в офис надо», - пытаюсь достучаться до его рассудка. Он не в себе, что ли?
«Нет. Вечером поговорим. Буду поздно». - Приходит от него ответное.
Вот же гад!
Громко хлопнув дверью, вылетаю из машины, и пулей взлетаю по лестнице на второй этаж. Меня разрывает на части от злости и раздражения. Как он смеет держать меня тут, как пленницу? Я не его собственность! Он не имеет права! Пусть только явится! Конечно, я все равно уйду отсюда, вот только после этого фокуса больше в этот дом ни ногой.
Еще час я нервно вышагиваю по комнате, стараясь успокоиться. Закрыл меня тут, как пленницу. Ненавижу!
Потом сажусь в кресло, пытаюсь читать книгу. Открываю там, где когда-то оставила закладку. Да только вникнуть в сюжет не получается. Мысленно то и дело возвращаюсь к своему незавидному положению, проклиная Петю, на чем свет стоит. Не икается ему там, интересно? Пусть захлебнется своей икотой!
Еще через час гнев начинает стихать, а желудок напоминает своим урчанием, что я так и не позавтракала сегодня. Выхожу из спальни и спускаюсь по лестнице. В доме пусто, но холодильник привычно забит едой. Радостно потираю руки, доставая свои любимые блюда. Странно, но сейчас в холодильнике все то, что я люблю.
После завтрака стало немного радостнее, и я уже в спокойном состоянии приготовила себе кофе. С чашкой в руках иду по дому, захожу в кабинет. Обычно, вернее, когда я раньше жила в доме, я не заходила в кабинет, когда Пети тут нет. Но сейчас меня тянет в эту комнату, к большому мраморному камину, с которым связано столько приятных воспоминаний. Ставлю чашку прямо на пол, разжигаю огонь и сажусь на ковер, наблюдаю, как поленья горят, создавая приятный уют.
Весь день я промаялась, ожидая возвращения Пети. От скуки бродила по комнатам, потом снова злилась, когда мои сотрудники стали по очереди звонить и спрашивать, куда я пропала и что за мужчина к ним приходил. А я не знаю, кто к ним приходил, потому, что один нахал посчитал нормальным запереть меня в доме.
Так и не дождавшись его возвращения, забралась в постель и уснула. А проснулась от того, что настойчивые руки гладят живот и грудь сквозь тонкий шелк ночной рубашки. Обхватила рукой его запястье и резко откинула его руку от своего тела.
- Какого черта, Петя? Почему меня не выпустил охранник? - прошипела в темноту, но он услышал, и я почувствовала его напряжение тут же.
-Так будет лучше, - его хриплый ответ разрезал тишину комнаты, словно лезвием.
- Лучше? Кому лучше?
- Для нас обоих так будет лучше. - Сказал, снова придвигаясь ко мне, и я почувствовала жар его тела, когда он прижался ко мне сзади.
- Мне не будет так лучше. Я хочу уйти. - Настаиваю на своем. А он сильно сжал мою талию, зная, как мне это нравится. Из горла вырвался стон, а кожа вмиг покрылась мурашками.
Его губы требовательно скользят по голому плечу, к шее, он облизывает кожу, чуть кусает и снова зализывает. Тело сразу реагирует на его близость, так же, как и всегда рядом с ним, хочется, чтобы он не останавливался. Но остатки разума напоминают о том, что мы должна поговорить. Мне просто не верится, что он всерьез намерен и дальше держать меня взаперти.
- Ты сказал,что мы поговорим, - напоминаю я хрипло, снова простонав. Инстинктивно трусь о него, как кошка, чувствуя попой его каменный член.
- Мы говорим, - его шепот у моего уха. Он резко разворачивает меня, опрокидывая на спину, нависает сверху, впивается в губы. Мои руки привычно тянутся к его груди, проводу ноготками по коже, потом настойчиво пальцами, впиваясь в кожу. Мышцы на груди каменеют, напрягаясь еще сильней. Обхватываю его шею, притягиваю к себе, позволяя себе насладиться поцелуем, о котором запрещала себе мечтать весь день, стараясь сохранить боевой настрой. И вот мой настрой летит к черту, стоило ему умело нажать на нужные кнопки, о которых он слишком хорошо знает.