Страница 18 из 21
12. Т-43 дней ЛВМ
Погрузочный шлюз на «Венчуре»
– Он не пришел, – спокойно сказала Ада Бомон, положив руку на плечо мужа и глядя на продолжающуюся погрузку аппаратуры. Вокруг стоял шум и грохот работающих машин и механизмов.
Боб Дэвис промолчал. Ситуация не требовала присутствия командора, а Боб всегда тщательно соблюдал протокол. Ада стояла и смотрела, как суетились члены команды, обеспечивающие погрузку. Однако шлюз был еще пуст. Скоро шаттл займет свое место у шлюза и начнется посадка. Первыми пойдут ази, которые спустятся в трюмы и займут свои места. За ними последуют граждане.
Но Конн все еще оставался у себя в каюте. Он редко покидал ее во время полета и до прибытия в систему. Однако почти никто не замечал его отсутствия: все были заняты своими планами будущей работы на планете. Конн выпивал и играл в карты с Адой и ее мужем. Но почти никогда не выходил, чтобы общаться с остальными членами миссии.
– Я думаю, – тихо сказала Ада, когда вокруг никого не было, и только Боб мог ее слышать, – я думаю, что Джон не должен пренебрегать своими обязанностями. Мне бы хотелось, чтобы он при первой возможности вернулся на Сытин. Это было бы лучше для него.
Боб никак на это не отреагировал, и Ада продолжала в тишине:
– Вот что буквально он сказал: «Я все передаю вам. Вы будете делать все». Старик просто хочет проехаться на нас».
– Он так не говорил, – наконец отозвался Боб.
– Душой он остался на Сытине. Это из-за Жанны. Никогда он не показывал, как его потрясла ее смерть.
Боб Дэвис наклонил голову. В левом коридоре послышался шум. Это шли ази. Приближался их час отлета. Боб взял руку жены. Он был в униформе цвета хаки – обычной форме при высадке на планету – как военного, так и гражданского лица.
– Может, он принял эту миссию потому, что знает, что может положиться на тебя. Знает, что ты все сделаешь, как надо. Ты и Пит Гэллин. Он тоже парень, что надо.
– Но нельзя же так начинать!
– Не может же он за всем уследить!
– Я буду здесь, – сказала Бомон. И покачала головой.
В шлюз вошла колонна ази. На серых, давно не мытых лицах блестели белки глаз. В полете им пришлось нелегко. Уже здесь они встретили первые трудности. Людям – ученым и даже военным – был почему-то неприятен вид ази. А Конн слишком часто во время путешествия спускался к ним в трюмы.
И вот теперь Конн все переложил на ее плечи. Ада хорошо понимала язык молчания. Она ведь и раньше служила с Конном. Она знала пределы, на какие он был способен.
Он нередко напивался. Она знала это. Но не говорила никому. Даже Бобу.