Страница 6 из 9
Тут Макс встал, посмотрел по сторонам и, увидев свой багаж метрах в пятидесяти от скамейки, там, где они разливали вино, авторитетно заявил:
– Спокойно, всё под контролем, пошли, вон там детский сад, за ним три дома буквой «П», мой тот, который посередине, шестнадцать этажей!
Макс забрал рюкзак, и они двинулись к назначенному им дому. Нашли подъезд, где, согласно табличке, на 11-м этаже фигурировала квартира 128. Потому что номер своих апартаментов, Макс, как это ни странно помнил, так же, как и этаж – одиннадцатый, а вот номер дома он выдавить из своей памяти никак не мог. Правда, увидев на доме цифру 36, он уверенно произнёс: «тридцать шестой, я так и думал, просто стеснялся сказать, а то вдруг ошибусь, и вы бы подумали, что я слишком пьяный».
Оставалось немного: открыть подъезд и подняться на этаж. Но тут получилась незадача, ключ почему-то не хотел открывать магнитный замок.
– Вот какая фигня, магнит сломался, наверное, отсырел! – грустно сказал Макс. – Питерский климат!
– Или перепрограммировали замок. Такое бывает, у нас тоже было, – высказала свою версию Маша.
– Что будем делать? – вступила в разговор Оксана, – Может, мы с Коляном напряжёмся, и дверь подастся?
– Не надо ничего ломать, – закричал Андрей, – в подъезде почти полсотни квартир, кто-нибудь да появится.
И точно – не прошло и пары минут, как из подъезда вышла девочка с сеттером, наступал час собаки. Домашние животные просились на улицу перед длинной ночью, дабы украсить общественные места произведениями своего художественного творчества, а довольные хозяева (как же, наконец, можно погулять!), оторвавшись от компьютеров и телевизоров, радостно сопровождали своих питомцев.
Друзья прошмыгнули в любезно придержанную девочкой дверь. Лифт, к счастью, работал. На одиннадцатом этаже, подойдя к квартире с соответствующим номером, Макс стал возиться с ключом.
– Что? Не получается? – поинтересовался Колян. – Давай помогу, я с ключами на «ты», они у меня открывают даже те двери, которые не должны открывать.
– За последнее можно и загреметь туда, где ключей уже не выдают, – сказал Макс.
– Не умничай, лучше скажи – а ты уверен, что это твоя квартира? – спросил Андрей, он, видимо, никогда не пьянел.
– Конечно, сто двадцать восьмая, вон, посмотри даже половик мой, у нас в маминой квартире такой же.
– Так то в маминой квартире, – не унимался Андрей.
Тут дверь внезапно открылась, и в проёме нарисовалась фигура высокого крупного мужчины в трениках и майке.
– Я могу вам помочь, молодые люди?
– Можете, – произнёс Макс, – а что Вы тут, собственно, делаете?
– Живу, уже лет тридцать, а вы ко мне в гости? Так я не приглашал!
– Макс, пошли, кажется, это не твоя квартира, – Андрей потянул друга за рукав.
– Нет, извините, я должен убедиться, это тридцать шестой дом?
– Да!
– А этаж одиннадцатый?
– Да! А лифт напротив, – мужик, встряхнув слегка Макса за плечи, помог ему развернуться задом к квартире и при помощи лёгкого пинка совершить движение в направлении лифтовой шахты.
Выйдя из дома, компания некоторое время переживала своё фиаско. Но, глотнув ещё пару раз, друзья вновь зарядились оптимизмом. Ошибка с домом теперь представлялась досадным недоразумением, которое Макс, конечно, быстро исправит. А встреченные неподалёку одичавшие заросли позволили друзьям освободить место для новых порций волшебного крымского напитка.
На импровизированном военном совете в кустах было решено двигаться в следующий П-образный комплекс зданий, потому что Макс явственно помнил, что он уже проходил мимо сирени, росшей неподалёку. Кажется, сирени в тот день было много на их пути.
В следующем, типовом шестнадцатиэтажном, здании они быстро нашли парадную со 128-ой квартирой на одиннадцатом этаже, но магнитная кнопка снова не хотела открывать входную дверь.
– Макс, ты опять ошибся, – заявил Андрей среди пронзительной тишины, – где детский сад?
– Как где? Вон, смотри, точно такой же, как и там, понастроили, понимаешь, только путаешься из-за них!
– Ну да, могли бы боулинг влепить сюда или пивбар, куда веселее, – поддержала Оксана.
– Кстати, у меня вино кончилось, – заявил Колян.
– И у меня, – это уже Маша вступила разговор.
И они стали разливать остатки первой канистры на глазах у двух изумлённых старушек, сидевших рядом на скамеечке.
– Молодые люди, тут дети ходят! – не выдержала одна из них.
– Дети – наше будущее, – ответил Колян, – им нальём завтра!
Друзья выпили ещё немного и принялись рассуждать на тему тот или не тот дом, но дверь вдруг опять открылась, из неё вышла молодая пара с коляской.
– Вот, я же говорил, дети – наше будущее и настоящее тоже, – сказал Колян уже в подъезде.
Они поднялись на одиннадцатый этаж, и Макс долго колдовал с ключом, который никак не хотел открывать злосчастную дверь.
– Ты на неё плечом навались, – скомандовала Оксана, – моя только так открывается!
Но плечо не помогало.
– Тогда на себя потяни, – посоветовал Колян.
Тоже безрезультатно.
– Дай я, – сказал Колян, – нет ещё таких дверей, которые бы не покорились большевикам!
– Это он о чём? – удивлённо спросила Маша.
– Это из истории, у него по истории всегда пятёрка была, разве не помнишь?
Они ещё минут десять пытались разными способами открыть дверь, она никак не поддавалась, пока Андрей, как самый трезвый, не обратил внимание на небольшую медную табличку на дверном полотне «Профессор И.А. Магометхабибов».
– Макс, твоя фамилия ведь не Магометхабибов, – спросил Андрей, не обратив внимания на инициалы, – и ты ведь не профессор!
– Нет, – удивлённо ответил Макс, уставившись в табличку.
– Ну, всё ясно, пошли искать дальше, – приказала Оксана, её командный голос приобретал всё более железные нотки.
– Ещё пара таких походов, и я не выдержу, канистру придётся бросить, – простонал Колян, тащивший вторую, всё ещё полную канистру.
– Не бросить, а выпить, не дрейфь, я помогу, – поддержал товарища Андрей.
– Выпить или нести?
– И то, и другое, пошли, не ныть, ребята, – это уже Оксана продолжала демонстрировать свои командные способности.
Пока они двигались к третьей подобной конфигурации домов, пропала Маша. Колян, глядя вслед удаляющейся почему-то компаньонше, только и успел сказать:
– Мы её теряем!
И они её потеряли, Маши вдруг не стало, она совершенно растворилась в пространстве.
– Ничего, взрослая девочка, – сказала Оксана, она теперь получала монополию на женский пол, а это, плюс непочатая канистра вина, могло стать заманчивым вариантом, – не потеряется, ребята не отвлекайтесь от главного, нам надо найти квартиру Максу!
– Нет, ты всё путаешь, – встрял Колян, – я вот не пьянею, я всё помню, не надо искать квартиру Максу, она у него есть!
– Не цепляйся к словам. Я знаю, что нам надо!
– Вот, – сказал Макс, – детский садик, а вот мой дом, дом шестьдесят, я всегда считал, что он именно такой номер имеет!
– Подожди, я проверю детский сад, – прервал его самый трезвый Андрей, – что-то мне в нём не нравится, – и он отделился от компании, чтобы прочитать табличку.
Вернулся удручённым:
– Ребята, это районная прокуратура!
– Это ты зря кондукторшу прокурором назвал, вот оно нам и аукнулось, – сказал Колян, с укоризной посмотрев на Макса.
Тот, тем не менее, не терял оптимизма:
– Значит, они перепрофилировали детский сад в прокуратуру, в стране падает рождаемость, а количество преступлений растёт. Логично?
– Железная логика, – согласился Колян. Андрей с Оксаной почему-то молчали, возможно, они владели другими статданными.
– Сейчас-сейчас, вот увидите, – сказал Макс, копошась в своих карманах, – вот!
Он, наконец, достал знакомую всем связку ключей.
Но магнит опять не хотел открывать дверь. Публика заметно приуныла.
– Может, вернуться в квартиру родителей, там найдёшь документы и завтра завалишься к себе, тут все дома одинаковые, а канистра тяжёлая, зараза, – пробубнил Колян, по-прежнему всю дорогу тащивший драгоценный груз.