Страница 35 из 41
– Так и предлагай любой. Уверена, они будут пищать от восторга. А мне это не надо! – выхватила кольцо и выкинула. Кулаки Султана сжались. Я видела, он готов меня убить. Вот ведь ирония. Увидеть Париж и умереть. Он бы и сделал, но его отвлёк звонок. Султан отошёл в сторону. Говорил на непонятном языке. И потом бросил мне.
– Собирайся. Мы уезжаем.
* * *
Две неделе вдоль Лазурного берега Франции. И я совру, если скажу, что не наслаждалась волшебным видом этой страны. Девочка из детского дома, Грозный, вот куда я только и выезжала.
В Тулоне, гуляли по узким улочкам, мимо множества фонтанов. Посетили жемчужину Лазурного берега – Ниццу. Где пальмы возвышаются над османскими домами и роскошными отелями, побывали в музеях Шагала и Матисса. Были в Монако. Султан сказал, что хочет осесть здесь.
Я лежала на шезлонге в самом закрытом купальнике, что купил Султан. А наша яхта отплывала от берега Монако. Опять путешествие, опять в бегах.
Он сел рядом и наклонился. Чувство опасности, что каждый раз посещало меня, когда в его глазах читается откровенная похоть, звенело во всем теле.
– Ты не представляешь, сколько денег у меня. Я готов отойти от дел. Переведем детей сюда. Представь, как им будет хорошо здесь, – шептал он на ухо, пока я думала, как ещё можно сбежать. Последняя попытка бегства в ресторане в Сан-Тропе провалилась. Я вылезла в окно в туалете, а Султан ждал меня снаружи. Теперь он даже в туалете караулит. Люди, которых он нанял, не говорили по-английски.
– Нет, Султан. Этого не будет. Уясни наконец-то простую истину! Что я с лёгкостью променяю эту красивую жизнь, которую ты мне демонстрируешь, на свободу. Смирись уже, я не полюблю тебя!
– Не хочешь по хорошему? Я устал быть добреньким и заботливым. Я возьму это силой.
Он разрывает на мне купальник, наваливается. Его глаза полны безумства и в них нет больше ничего человеческого. Я знала, что однажды он не выдержит и нападет. Но оказалась совсем к этому не готова.
Мне не хватает воздуха. Я начинаю задыхаться, хриплю, пытаюсь сделать глоток. Султан отодвигается, понимает что что-то не так.
– Юля. Что с тобой?
– Астма… Не… могу… дышать. – сердце заходится в бешеном ритме. Испуганный Адлан вскакивает, укрывает меня полотенцем. – Я сейчас, Юль.
Прибегает вместе с капитаном, тот спрашивает на ломаном английском.
– Что с ней?
– Приступ астмы.
Капитан достает из аптечки баллончик. Я вдыхаю аэрозоль, успокаиваюсь.
– Спасибо, – благодарно улыбаюсь, кутаясь в полотенце.
– Вам лучше сделать полное обследование. – я качаю головой. Капитан уходит. Султан садится рядом.
– Точно. И к гинекологу зайдём. Я хочу быть в тебе без резинок. Пусть выпишет противозачаточные.
Я задаюсь вопросом. А он вообще нормален? Как может человек так быстро меняться. Только что переживал за меня и тут такая перемена.
К гинекологу мне нельзя. Тот сразу поймет о моем интересном положении. Султан пока думает, что я отъелась в дорогих ресторанах.
Глава 14
– И когда ты собиралась мне сказать? – Султан расхаживает по палате, ероша волосы.
– Тебя это не касается. Это только между мной и моим мужем, Адланом.
– Мне не нужен ребенок,– а он говорил совсем другое. Что хочет забрать Руслана. Жить вместе. Я так и знала, что это враньё. – Ни мой, ни тем более ребенок брата, – усмехнулась, уставилась перед собой.
Врач сказал, что нельзя волноваться, а то приступ вернётся. Как тут не переживать? Когда я рассказала врачу, что я пленница, попросила помощи. Он резко перестал понимать английский. Продажные все.
Сейчас я пыталась отстраниться, представляла, что я дома. Нельзя допустить повторение приступа. Это плохо скажется на малыше.
– Ты пойдешь на аборт.
– Нет! Я не убью своего малыша! – обняла живот руками.
– Это не обсуждается, Юля. Я сейчас в бегах. За мной охотиться Интерпол. Как ты себе это представляешь?
– Ты убьешь человека? Ребенка? Твоего племянника? – Султан закатил глаза.
– Какой ребенок? Срок маленький. У него ещё ни рук нет, ни ног. Головастик. Даже сердца нет.
– Это ты бессердечный! Мы так ждали этого малыша. Так его хотели. И ты предлагаешь его убить?! – Султан наклонился ко мне.
– Нет больше тебя и Адлана. Есть я и моя Хайя. И если хочешь рожать. Хорошо. Но только от меня. – я ответила ему пощечиной. Проклиная тот день, когда он украл меня.
– Лучше бы ты сдох! – Султан оскалился.
– Повторяешься, малыш. – Султан вышел в коридор и позвал того доктора. – Заходите. Я выделю вам людей. Имя моей жены, Хайи, не должно фигурировать. Никто о ней не должен знать, – он достал из кармана пачку денег и сунул её доктору.
– Я против аборта! Я не позволю! – врач вопросительно посмотрел на Султана. Тот сунул ему очередную пачку. И доктор улыбнулся.
– Не переживайте. Вы ничего не почувствуете. Уснете, а когда проснетесь, проблемы не будет. – ребенок не проблема, это счастье.
Я поняла, что помощи от этого сатрапа не дождешься. Подбежала к окну и подергала. Закрыто.
– Вяжите её, – приказал Султан своим людям, они схватили меня под руки, положили на койку и пристегнули.
– Аа! Не смейте! У вас нет права! Он мне никто! Он убийца, преступник! Когда его найдет Интер… – не успела договорить, доктор мне что-то вколол.
– Вам нельзя волноваться, Хайя.
– Я не Хайя. Я Юля, – шептала, пыталась бороться со сном. Но это было невозможно.
"Уснете, а когда проснетесь, проблемы не будет."
Проблемы.
Не будет.
Моего малыша. Слёза скатилась по щеке. Это последнее, что я помню, прежде чем погрузиться в сон.
Адлан
Две недели поисков. Всегда рядом, вот ещё немного и я найду их. Но всегда Султан оказывается на шаг впереди, он словно зверь чувствует, что за ним охотятся.
В Париже, Сан-Тропе, Монако. Он появляется в самых дорогих ресторанах, арендует роскошную яхту. И меня начинает точить навязчивая мысль. А хочет ли Юля, чтобы я ее находил?
Не думаю, что она купится на это богатство, которое мне не по карману. Но это же Султан! Мой брат! Мой вечный соперник в борьбе за Юлино сердце, отец Руслана. Которого она несомненно любила... Или любит?
Я знаю, что и меня она любит тоже, но кого сильнее? Сейчас она знает, что он жив. Вдруг она сделала свой выбор? И это не я.
Я и хочу её найти и боюсь услышать, что она остаётся с ним. Что я навсегда её потеряю.
В груди в который раз щемит. Это ещё больнее, чем знать, что она украдена. Тогда мне придется ее отпустить. А разлюбить не смогу. Так и останусь с разъедающей любовью к ней. Превращусь в безжизненную тень, как мой отец, который до сих пор любит Алёну, мать Эмина. Тут мы похожи с ним, я однолюб.
Я остался один. Марина так переживала за Юлю, что легла в больницу на сохранение. Эмину пришлось вернуться. Надеюсь все обойдется. Наших детей, Руслана и Джулию я вижу только по видеосвязи. Отец и мать исправно звонят мне каждый день.
Дети больше не плачут, когда звонят мне, не спрашивают про Юлю. Не могу им ничего объяснить, они думают, что мама их бросила.
Мне позвонили мои люди. Сообщили, что видели девушку похожую на Юлю.
– Где она сейчас?
– Её увезли в госпиталь с приступом астмы, – прикрыл глаза, пытаясь унять волнение.
Мне нужна рассудительность, холодный расчетливый ум, способность быстро принимать решения. Но все это летит к чертям, когда вспоминаю приступы, что были у Юли раньше. Как ее лицо синеет, а кожа холодная, как лед. Она не может дышать, как ещё мгновение и я ее потеряю.
– Адрес!
– Вам не стоит беспокоиться. Я сообщил в Интерпол. Они собирают группу захвата. Ваш брат тоже там и неизвестно сколько людей вместе с ним. – когда это случится? Как быстро Интерпол соберет эту группу? Я хочу видеть ее сейчас, понять, что она в безопасности. Это важнее.
– Я не спрашивал твоего мнения на этот счёт. Говори! – он диктует адрес собираясь, достаю из сумки пистолет, проверяю магазин. Полный. Засовываю его за пояс.