Страница 11 из 135
Хлоя.
- Ба, мы пришли! – кричу, когда мы входим с Лизи в наш с бабушкой небольшой и порядком обветшавший дом, гордо стоявший между новенькими домами более богатых соседей. Мы переехали сюда, когда мамы с папой не стало. Тогда я училась в средней школе. Бабушка заменила мне обоих родителей, а также старалась делать все, чтобы я не чувствовала себя хуже других детей.
В свое время она была известной детской писательницей, а сейчас занималась редактированием книг молодых авторов. Это не приносило баснословных денег, но нам на двоих вполне хватало. Она же поддерживала мои писательские начинания, и, именно благодаря ее и Лизи поддержке, мы сейчас ставили в студенческом театральном кружке мою пьесу. Ну как мою, это была переделанная классика. Я начала ее писать, еще в старшей школе, а потом оставила папку на кухне. Мне нравится писать на бумаге, а потом перепечатывать на компьютер, который давно пора менять, но тот о котором я мечтаю стоит больше, намного больше того, что я могу себе позволить. При Лизи я никогда не упоминаю об этом. Зная ее, легко догадаться – она мне его купит сразу же. И да, это чертовски приятно иметь такого друга, но не все должно доставаться легко. Поэтому о моей зрительной любови с белым mac air знает только консультант в молле, где я занимаюсь гипнозом ноутбука. Вдруг однажды удастся сделать так, что он сам пойдет за мной.
Папку я вечером обнаружила с заметками ба и запиской
«Огонь! Вечером обсудим».
- Так ты не только стихи у меня пишешь? – сказала она мне, наливая чай. – почему не показывала?
- Хотела хорошенько отшлифовать. Ты же сама учила, жемчуг нуждается в полировке.
- Это какая по счету полировка? – усмехалась ба.
Лизи не могла не узнать об этом, и после кучи ругани в мой адрес о ненадлежащем утаении информации от подруги, я получила от нее взрывную поддержку, ощущая себя чуть ли не вторым Шекспиром. Конечно, я понимаю, поддержка близких не может быть объективной, но иногда это и не важно. Она в любом случае ценнее всего остального, и именно она дарит силу и ощущение крыльев за твоей спиной.
Через две недели пришло письмо из драм кружка о принятии пьесы. И пришло мое время отчитывать ба с Лиззи, сидящих на кухне и опустивших головы.
- Как вы могли за моей спиной отправить пьесу? – негодовала я.
- Это все я! – в голос отвечали они, прикрывая друг друга.
Моего гнева хватило на пару часов. В отличие от Лизи, способной вычеркивать человека из жизни на более продолжительные сроки, у меня редко так получается. Я вспыхиваю быстрее, чем она, но и успокаиваюсь намного быстрее. Мне даже не нравится эта черта. Что за тряпка, которая тут же все прощает? Но ба учит ценить каждую минуту и не тратить ее на ссоры и ругань с близкими. «Наслаждайся каждой секундой» говорит она мне.
Поэтому через пару часов мы сидели втроем, уплетая бабулин тыквенный пирог и обсуждали, как однажды я стану второй Джоан Роулинг.
- Вообще-то я бы хотела снимать кино, - смущенно добавляю я. Лизи тогда поперхнулась, и я бы почти обиделась, если бы она искренне не добавила:
- Я тоже об этом подумала! Только об актерстве. Помнишь, как ты классно играла старуху и ту ведьму злую, аж дух перехватило, а еще больную в тех школьных постановках?
- Моя внучка станет звездой, - подмигивает ба.
- Почему, кстати, ты никогда не пробуешься на главные роли?
- Тоже самое ей говорю. – ба кладет нам еще по одному куску. - Это бы помогло тебе с твоим стеснением.
- Да! Мисс Райт вы тоже были в шоке? Я первый раз поверить не могла, что это моя Хлоя-моня, когда она смеялась в роли ведьмы, аж мурашки были.
- Да ладно тебе, - чувствую огонь на щеках. – Мне нравятся небольшие и необычные роли. В них можно быть совсем другой.
- Вот смотрите, она даже при нас покраснела! – тычет в меня подруга. – Что за человек?
- Ну что, этот му**… ой, то есть, профессор Мурдок, поставил тебе отлично? – раздается из кухни бабушкин голос, вырывая меня из воспоминаний.
Лизи ржет над бабулиными словами.
- Обожаю ее, - шепчет она мне и громче отвечает за меня. – Этот му***, ой, то есть Мурдок, перенес на вторник.
- Вот жеж му*** - смачно заканчивает ба.
Мы с подругой заваливаемся на кухню, где ба вытаскивает из духовки лазанью. Она уже приготовила стол к нашему приходу. Нарезала два салата, сыр, немного салями и мои любимые маслины. Желудок сообщает, что находится в приятном предвкушении.
- Вначале мыть руки! – командует ба, видя наши приготовившиеся накинуться на еду, лица. – Марш!
Мы с Лизи заваливаемся в ванную и по традиции моем руки, напевая нашу очередную любимую песню, изображая из себя в зеркале музыкальных звезд. Эта странная привычка сохранилась еще со школы. И нас никогда не смущало, где умывальник и какие люди вокруг. В школе даже прозвище получили – «недо-радио». Вслух возмущались, но втайне гордились.