Корабельные новости

— Ко­то­рые по­том чер­тов не­за­кон­но­ро­ж­ден­ный Кард име­ет на­глость пе­ре­де­лы­вать в со­от­вет­ст­вии со свои­ми иди­от­ски­ми пред­став­ле­ния­ми о язы­ке. Как он толь­ко что, черт его по­де­ри, сде­лал.

Но­во­сти На­тби­ма за­им­ст­во­ва­лись из ко­рот­ко­вол­но­во­го ве­ща­ния. При­ем­ник ши­пел так, буд­то стра­дал от миг­ре­ни. Ко­гда при­ем был хо­ро­ший, он ве­щал те­но­ром, а во вре­мя по­мех ры­чал и каш­лял. На­тбим воз­ле­жал на сто­ле, поч­ти при­жав­шись ухом к ди­на­ми­ку, впи­ты­вая на­се­ляв­шие ра­дио­эфир под­вы­ваю­щие ино­стран­ные го­ло­са, и пе­ре­де­лы­вал ус­лы­шан­ное так, что­бы оно со­от­вет­ст­во­ва­ло его на­строе­нию на этот день. Ру­ко­ят­ка, ре­гу­ли­ро­вав­шая гром­кость, от­сут­ст­во­ва­ла, и он из­ме­нял ее с по­мо­щью кон­чи­ка сто­ло­во­го но­жа, ко­то­рым поль­зо­вал­ся как от­верт­кой. Его ра­бо­чее ме­сто да­же пах­ло ра­дио: пы­лью, жа­ром, ме­тал­лом, де­ре­вом, элек­три­че­ст­вом и вре­ме­нем.

— Толь­ко ра­ди то­го, что­бы за­щи­тить те­бя от об­ви­не­ний в пла­гиа­те, сы­нок.

На­тбим горь­ко рас­сме­ял­ся.

— Я ви­жу, ты вер­нул се­бе са­мо­об­ла­да­ние, жук на­воз­ный. — Он опер­ся о Ку­ой­ла. — Как же. Пре­крас­ная за­щи­та от пла­гиа­та. Ка­ж­дое пред­ло­же­ние так за­би­то ошиб­ка­ми и опе­чат­ка­ми, что да­же ав­тор не в со­стоя­нии бу­дет уз­нать свои соб­ст­вен­ные стро­ки. По­зволь­те мне при­вес­ти не­ко­то­рые при­ме­ры. — Он по­ко­пал­ся в пап­ке и вы­та­щил из­мя­тый лист. — Я про­чту вам один из пер­лов его та­ра­бар­щи­ны, про­сто для то­го, что­бы рас­крыть ва­ши гла­за на про­ис­хо­дя­щее. Пер­вой вер­си­ей пой­дет то, что на­пи­сал я, а вто­рой то, что вы­шло в га­зе­те. Ста­тья на­чи­на­ет­ся так: «Вла­дель­цы бир­ман­ской ле­со­пил­ки и чле­ны строи­тель­ной кор­по­ра­ции го­ро­да Ран­гун встре­ча­ют­ся во втор­ник в То­кио для об­су­ж­де­ния воз­мож­но­сти слия­ния как спо­со­ба раз­ви­тия внеш­не­го и внут­рен­не­го рын­ка твер­дых по­род тро­пи­че­ской дре­ве­си­ны». А вот что с этим сде­лал Кард: «Бур­нус­ские пиль­щи­ки и их хо­зяе­ва свя­зы­ва­ют­ся по ра­ции в сре­ду воз­ле То­кио, что­бы слить­ся и по­вы­сить це­ны на уто­пи­че­скую дре­ве­си­ну». — Он от­ки­нул­ся на скри­пу­чем сту­ле и вы­пус­тил стра­ни­цу так, что­бы она упа­ла в му­сор­ную кор­зи­ну.

Терт Кард по­че­сал го­ло­ву и по­смот­рел на ног­ти.

— По­ду­ма­ешь, это с са­мо­го на­ча­ла бы­ло не боль­ше ук­ра­ден­ной из эфи­ра бай­ки, — ска­зал он.

— Ты на­хо­дишь это за­бав­ным, Ку­ойл, по­это­му улы­ба­ешь­ся, — ска­зал На­тбим. — Хоть ты и пы­та­ешь­ся спря­тать улыб­ку за ру­кой, я все рав­но ви­жу. По­до­ж­ди, он еще до те­бя до­бе­рет­ся. Я про­чи­тал этот от­ры­вок спе­ци­аль­но, что­бы ты знал, что те­бя ждет впе­ре­ди. «Дре­ве­си­на» ста­нет «ба­ля­си­ной», «ры­бак» су­да­ком», а «Ир­лан­дия» «Ис­лан­ди­ей». И это­му че­ло­ве­ку Джек Баг­гит до­ве­рил на­шу про­зу! Не со­мне­ва­юсь, что ты за­да­ешь­ся во­про­сом: «По­че­му?», как это де­лал я мно­ги­ми тем­ны­ми и бес­сон­ны­ми но­ча­ми. Джек го­во­рит, что ти­паж Кар­да при­да­ет на­шей га­зе­те юмо­ри­сти­че­ский от­те­нок. Он счи­та­ет, что из­да­вать его чушь луч­ше, чем пе­ча­тать вся­кие кросс­вор­ды и го­ло­во­лом­ки.

Угол про­ти­во­по­лож­но­го кон­ца ком­на­ты был вы­го­ро­жен.

— Там офис Дже­ка, — ска­зал Кард. — А вот твой уго­лок, Ку­ойл, — за эти­ми сло­ва­ми по­сле­до­вал ши­ро­кий взмах ру­кой. Стол, по­ло­ви­на шка­фа с вы­движ­ны­ми ящи­ка­ми, от­пи­лен­ная вер­хуш­ка ко­то­ро­го бы­ла при­кры­та фа­нер­ным квад­ра­том, те­ле­фон­ный спра­воч­ник 1983 го­да, вы­пу­щен­ный в Он­та­рио, и вра­щаю­щее­ся крес­ло с од­ним под­ло­кот­ни­ком. Воз­ле сто­ла стоя­ла лам­па, из тех, что ук­ра­ша­ли вес­ти­бю­ли оте­лей в 1930-е, ее тол­стый крас­ный шнур на­по­ми­нал кры­си­ный хвост, а вил­ка бы­ла про­сто уст­ра­шаю­щих раз­ме­ров.

— Что мне де­лать? — спро­сил Ку­ойл. — Чем мис­тер Баг­гит хо­чет ме­ня за­нять?

— Это мо­жет ска­зать толь­ко он сам. Он хо­чет, что­бы ты си­дел спо­кой­но и ждал, по­ка он вер­нет­ся. Джек сам ска­жет те­бе, че­го хо­чет. Ты про­сто при­хо­ди ка­ж­дое ут­ро в офис, и од­на­ж­ды он то­же при­дет и все объ­яс­нит. По­смот­ри под­шив­ку, по­зна­комь­ся с «Бол­туш­кой». По­ез­ди по ок­ру­ге и ос­вой­ся со все­ми че­тырь­мя на­ши­ми до­ро­га­ми. — Кард от­вер­нул­ся и при­нял­ся что-то де­лать на ком­пь­ю­те­ре.

— Мне на­до ехать, — ска­зал Бил­ли Прит­ти. — Брать ин­тер­вью у пар­ниш­ки, ко­то­рый мас­те­рит аму­ле­ты и вся­кие брас­ле­ты из ра­ко­вых пан­ци­рей на экс­порт в Гаи­ти. Я возь­му твой джип, Кард? У мое­го ба­рах­лит эмис­сия. Жду, по­ка при­дут зап­ча­сти.

— Да ты все­гда ждешь зап­ча­сти для сво­ей ко­лы­ма­ги. В об­щем, моя се­го­дня что-то не за­во­дит­ся. Сдох­нуть мо­жет в лю­бую ми­ну­ту.

Бил­ли по­вер­нул­ся к На­тби­му.

— Я се­го­дня прие­хал на ве­ло­си­пе­де. Хо­чешь — мо­жешь взять, — ска­зал тот.

— Я луч­ше пеш­ком пой­ду, чем бу­ду ло­мать но­ги на этой же­лез­ке. — Он от­каш­лял­ся и бро­сил взгляд на Ку­ой­ла, но тот от­вер­нул­ся и стал смот­реть в ок­но. Ему бы­ло еще ра­но при­ни­мать уча­стие в этих раз­бор­ках.

— Ну что ж. По­ра­бо­таю ко­пы­та­ми. По­ду­ма­ешь, не боль­ше три­дца­ти ки­ло­мет­ров в один ко­нец.

Спус­тя ми­ну­ту они ус­лы­ша­ли, как он, ру­га­ясь, взби­ра­ет­ся на дре­без­жа­щий ве­ло­си­пед.

Че­рез пол­ча­са вы­шел Терт Кард, за­вел ма­ши­ну и спо­кой­но уе­хал.

— По­ехал на­пи­вать­ся, — при­ят­ным го­ло­сом про­ком­мен­ти­ро­вал На­тбим. — Ку­пит свой ло­те­рей­ный би­лет и на­пьет­ся. Об­ра­ти вни­ма­ние: его ма­ши­на за­во­дит­ся, толь­ко ко­гда то­го хо­чет ее хо­зя­ин.

Ку­ойл улыб­нул­ся. Его ру­ка мет­ну­лась к под­бо­род­ку.

Ос­та­ток дня и не­де­ли он про­вел, про­лис­ты­вая ста­рый те­ле­фон­ный спра­воч­ник и пе­ре­чи­ты­вая под­шив­ку «Бол­туш­ки».

Га­зе­та вы­хо­ди­ла на со­ро­ка че­ты­рех стра­ни­цах тон­кой бу­ма­ги. Шесть ко­ло­нок, скром­ные за­го­лов­ки, в 36 пунк­тов шли толь­ко хи­ты се­зо­на, плот­ный, не­зна­ко­мый шрифт без за­се­чек. Очень ма­ло но­во­стей и по­ра­зи­тель­ное ко­ли­че­ст­во рек­лам­ных объ­яв­ле­ний.