Страница 47 из 72
– Где все?
– Патрулируют. – Росс отвернулся к камину, а в голове у него я натолкнулась на странную песенку «Ла, ла, ла, ла, ла…» Он что-то скрывал от меня?
Попыталась поймать его взгляд.
– Вы усилили патрули, мы столько не патрулировали, даже когда только приехали, пока вы с Хосе разведывали территорию и метили столбики.
– Мы не метили столбики, мы проверяли допустимые границы. За все это время мы не встретили ни единого вожака или стаю. Делали ментальный призыв на разрешение поселиться и все без толку, такого не бывает. – Парень присел на огромную кровать.
– Это странно?
– Странно, как если бы ты прилетела в Россию, а людей не очутилось.
– Да, в твоем объяснении ситуация предстает жутковатой.
– При всем этом мы действуем по обстоятельствам, поэтому, пока есть возможность, хватаем больше территории.
Тут меня разобрал смех.
– Нет, все-таки помечаете кустики!
– Анна! – Росса это разозлило, он психанул, поднялся с кровати и щелкнул кнопкой электрического чайника, стоявшего на столе. тот зашумел, вскипая, а мы замолчали. Каждый погрузился в свои мысли. Подумать было над чем. Если мой ребенок родится без волшебной крови, а поблизости не окажется вожака, то судьба моих оборотней – сумасшествие.
Мысленно снова потянулась к волку.
«Опять вижу этот сон».
Он попросил разрешения войти или показать, но это настолько личное, тем более это место другого волка, поэтому я отказала Россу. Он не настаивал. Он заваривал нам травяной сбор, когда я его спросила.
«Ты хотел меня поцеловать…»
«Я поцеловал, – возразил Росс. – Просто не так, как ты привыкла».
«Но ты хотел большего?»
«Я и сейчас этого хочу».
Отхлебнув обжигающей жидкости, наполненной силой летних трав, я продолжила:
«Тогда, что тебя останавливает?»
«Ты не готова».
«А ты? Ты готов?»
«Я не готов, ты не готова, мы все не готовы».
Поняла, что сейчас волк имеет в виду не мою беременность, он намекал на Хосе.
Хосе же вопреки всему и всем радовался свободе. Гиганта она пленяла возможностями. В нем неистребимо жила надежда и вера в то, что когда-нибудь я отвечу взаимностью.
Его любовь, то как я это видела и чувствовала, вернее, то, что он показывал, ощущалась теплой, надежной, верной и чистой. Она напоминала не отношения мужчины и женщины, а отеческую привязанность. В его надежных руках всегда хотелось укрыться от всех неприятностей. Если мне становилось плохо или нестерпимо больно, я без стеснения забиралась в его медвежья объятия. В тот момент, когда это происходило, я в буквальном смысле возвращалась к родителям. Наверное, причина, по которой я не хотела отвечать мужчине взаимностью, – я не чувствовала страсти, влечения, всего того, что не стесняясь показывал Росс.
Нас порою связывают странные обстоятельства. Причины, по которым мы выбираем одних и совершенно игнорируем других, для меня всегда оставались загадкой. Нестабильное эмоциональное состояние я связывала не только с этими двумя. Меня постоянно цепляло напряжение Патрика. Он был словно натянутый оголенный провод, и причиной послужило то, что, поселившись в гостевом домике с Софией, они стали походить на давно женатых людей, которые слишком много времени находились вместе и накопили много взаимных претензий, позабыв, что же все-таки объединило их в самом начале.
Молодому волку необходимо общение, охота и, скорее всего, новые женщины. София это понимала, поэтому в дозор старалась уходить или с Мариной, или с Россом. Старательно избегала партнера, давая время ему соскучиться. Но тот, казалось, не обращал внимания на все ее старания. Лидерские качества и желание быть в гуще событий звали его в неизведанное. Он убегал дальше всех и возвращался позже со всех вылазок.