Страница 38 из 72
Призраки закончили свою работу, за этим пришло и облегчение – ритуал подошел к концу. Постаревший на десять лет отец тяжело опустился на землю. Он вернулся в шатер и занял место, на котором сидел я. Трон по праву теперь принадлежит мне, отныне я принимаю решения и несу ответственность, а ошибки предков не позволят совершить их вновь. Пошатываясь, я поднялся земли как вожак! Альфы других стай склонили головы, приветствуя нового лидера.
Злость обуревала меня за произошедшее на встрече: злость на себя, на Андрея, на своего отца, на недальновидность вожаков. Призраки пробирались в сознание, пытаясь отобрать новую территорию, но пока общее не смешалось с личностью, предстояло кое-что успеть сделать.
Я бегом направился в сторону палаток. На шум стекались воины и женщины. Оборотни чувствовали произошедшие изменения на животном уровне.
– Анна моя! – огрызалось и кричало сознание, отбиваясь от духов в голове. – Не отдам!
Они могли распорядиться моей жизнью, тем более сейчас, когда эта жизнь более не принадлежала одной личности, но я выведу Анну из этой игры, никогда она не будет принадлежать ни поганому огребью Андрею, ни любому другому волку, пока я хожу по этой земле и дышу!
Анна ложилась спать, когда я ворвался с горящими глазами в палатку, схватил девушку, не говоря ни слова, вытащил наружу. Она кричала, упиралась, но я закинул ее на плечо и побежал подальше от лагеря.
Справа выступили волки, надеясь остановить. Я лишь злобно улыбнулся. Попробуйте остановить вожака, когда он схватил свою добычу. Анна – моя, и лидер сметет любого на пути.
– Я альфа! – рыкнул на все поле.
Безусловное подчинение! Оборотней смело волной боли. Подкошенные, они повалились на землю, волчицы жалобно скулили, а брыкавшая до этого Анна притихла.
Ночь опускалась на степь. Двое были уже далеко, их никто не посмел преследовать. Я опустил свою ношу и взглянул девушке в глаза. Никто не произнес ни слова.
Мы замерли, разглядывая друг друга, как в первый раз. Я вдыхал запах добычи, своего желания и вполне понимал, что напугал своим появлением, что она не понимает происходящего между нами, поэтому дал ей видимость выбора.
Анна осторожно провела рукой по моему лицу, а я закрыл глаза, наслаждаясь легкими прикосновениями. Девушка не испугалась, не убежала. Дотянувшись, она снова поцеловала меня, как тогда, в первый раз.
Понимала Анна, что сделала, на что согласилась?
– Ты только моя! – прорычал, сминая ее в объятьях. – Ты принадлежишь только мне! Никто не смеет к тебе больше прикоснуться! Ты станешь моим собственным миром! Моей вселенной!
Мы упали в траву. Молния пробила тучи, и гром прокатился по окрестностям, отзываясь глубоко в сердце. Она тянула руки, отдавалась поцелуям, я вкладывал в свои ласки всю силу чувств. Ничто не могло отвлечь нас: нещадно льющийся с неба дождь, холодный пронизывающий ветер. В сакральном месте она стала моей.
– Люблю… – выдохнула Анна, и ее всхлип заглушил новый раскат.
– Прости, – прошептал я. – И я…