Страница 6 из 8
— А я Эмма, кухаркой служу вот. Да не стойте вы. Присядьте за стол, я вам чаю подам. Что вы так вцепились в эту бумажку? Наказы жрецов никак?
— Не совсем, — усмехнулась я, присаживаясь на хлипкий стул. — Эта бумажка — назначение меня управляющей замком и прилегающих земель.
— Ох, ты ж… — оторопела Эмма. — Никак жрецы посодействовали. Навязали девочке молоденькой такую проблему. Зря… Зря согласились, Виолетта.
— Всё настолько плохо? — поинтересовалась я, делая глоток вкусного, горячего чая.
— Так прошлый сбежал именно потому, что не справлялся. Как понял, что на плаху попадёт, так и сбежал. Золота нет, земли толком не дают ничего. Да и не спешат люди работать в замке, боятся.
— Чего же? Привидений, чудовищ? — усмехнулась я, втайне надеясь, что в замке нет призрака почившей бабули.
— Так принца же! Вот и не идут работать. Мы с Лиской в замке, а дед Агафон с лошадкой на конюшне.
— Не понимаю, — нахмурившись, пробормотала я. — Как можно бояться пятилетнего ребёнка? Или он какой-нибудь маг, который убивает всех подряд?
— И то правда, откуда вам, пришлым, знать, — буркнула Эмма.
— А вот отсюда поподробней, — я напряглась. Неужели здесь много людей с Земли?
— Ну так отказываются наши за Его Высочеством присматривать, поэтому жрецы и тащат людей из других миров. Вы вот, третья за этот год. Не выдерживают люди, не справляются. Жрецы рассказывают красиво, много золота обещают… А на деле, эх! — повариха махнула рукой и вернулась к готовке, продолжая говорить. — Тащат девочек молоденьких, едва справивших восемнадцатый день рождения, а они пугаются и отказываются. Только договор тот не имеет обратной силы, нельзя его разорвать. Вот и попадают на плаху. Сколько вас было, а сколько ещё будет. Правда, никого управляющим не ставили.
— Ну мне и не восемнадцать, — хмыкнула я, стараясь не поддаваться страху и панике. — А расскажи мне, откуда страх перед маленьким ребёнком.
— Расскажу, отчего нет, — вздохнула Эмма. — Значит, началась эта история ещё лет двадцать назад…
Глава 4
(Столица человеческого королевства Айлард — Шанард. Двадцать лет назад.)
— Сегодня мы приветствуем Дириана Вилениума Айлардского, нового короля. Правь справедливо, ваше величество.
Старый жрец с улыбкой опустил корону на голову молодому королю. Площадь взорвалась криками “Ура”. Народ радовался, благословлял нового правителя. Лишь один человек грустью наблюдал за происходящим на крыльце дворца. И не только потому, что он знал многим больше, чем те, кто сейчас утирал слёзы радости. Он знал, что Дириан проживёт недолго, а что будет потом….
Старому прорицателю сам священный лес послал пророчество. Страшное, запутанное. И не смотря на то, что было это пятнадцать лет назад, старик помнил каждое слово.
“И взойдёт сын Вилениума на трон, и начнёт править справедливо. Но не долго продлится спокойствие. Умрёт король во цвете лет, но оставит наследника, что разрушит королевство. И начнётся новая эра, после долгой смуты. И станет вновь цвести вечный лес. И откроет королевство ворота для добрых друзей”
Вздыхал прорицатель над словами пророчества. И стоял старик в стороне, наблюдал, как радуется юный Дириан, не подозревая, что жить ему не долго.
Через четырнадцать лет бракосочетание короля праздновал весь мир, съехались эльфы, драконы, оборотни и даже гномы. Юная, но мудрая не по годам, герцогиня Аманда Мираль стала прекрасной королевой, сделавшая множество добрых дел для подданных. Ни один сирота не слонялся по улице голодный, ни одна деревня не умерла от голода. Поприветствовать маленького принца, которого Аманда родила спустя год после бракосочетания, прибыли даже из соседних королевств. Три дня и три ночи праздновали рождение Альфреда.
А спустя три года королевская чета погибла. Их карета перевернулась в горах. Трёхлетнему Альфреду повезло остаться во дворце в тот злополучный вечер.
(Наши дни)
— И взойдёт сын Вилениума на трон, и начнёт править справедливо. Но не долго продлится спокойствие. Умрёт король во цвете лет, но оставит наследника, что разрушит королевство. Вот такое пророчество, — вздохнула Эмма. — Когда король и королева погибли, жрецы взяли на себя управление королевством, пока принц не вырастет. А как начал вечный лес умирать, так и границы закрыли. Нам остаётся только ждать, когда Альфред займёт трон и уничтожит королевство. Думаю, он будет кровавым королём. Да и не я одна так считаю. От того и не идёт никто служить няней. А ну как запомнит и казнит.
— Но это же абсурдно, — нервный смешок вышел сам собой. — Вы из пятилетнего ребенка сделали врага, понимаете?
— Он уже какой-то… Замороженный что ли. Злой, — усмехнулась повариха. — А что дальше будет? Через десять лет, например. Мне всё равно, я свой век отжила уже, да и детей нет, о которых стоило бы переживать.
— Какая несусветная чушь, — пробормотала я, поднимаясь из-за стола.
Общаться с Эммой резко перехотелось. Всё королевство! Все считают маленького сироту первостепенным злом! Вспомнив, что я вообще хотела, когда шла на кухню, я повернулась к поварихе и спросила:
— А где служанка?
— Так у родителей она, — отмахнулась женщина. — Пошла в соседнюю деревню, завтра вернётся.
— Выходной? — удивилась я. — То-есть она всё же что-то делает, раз ей требуется выходной? Удивительное королевство!
— Удивительное, как же, — усмехнулась Эмма. — Не знаю, как деревенские с голоду ещё не поумирали. Нам хоть продовольствие из столицы шлют, а им никак не помогают. Никак, проклятие принца действует.
Я не ответила. Просто молча вышла, не желая больше слушать о проклятиях по одной простой причине. В голове билась шальная мысль “А вдруг это правда? Вдруг принц и правда проклят и станет кровавым королём? Ведь здесь магия — не пустой звук.”
— Какая чушь в голову лезет, — буркнула я себе под нос и решила отвлечься.
А что отвлекает лучше всего? Правильно! Уборка!
Вернувшись в покои, я скрестила руки на груди и оглядела поле боя.
— Ну что же, не в первой, — буркнула я, подходя к сумке с химией, которую собрала дома. Порошки, средства для пола, щётки, губки — всё это можно было оставить, но я с такой злостью собирала вещи, что решила забрать всё, кроме мебели. Её мне тащить было некуда.
Вооружившись тряпкой и средством для стёкол, я в первую очередь решила отмыть окна. Ну хоть солнечный свет попадать будет. Правда, перед этим пришлось сдёрнуть тяжелые шторы. Наглотавшись пыли и прочихавшись, я принялась за уборку.
Спустя час спальня выглядела немного лучше, чем была. А я… Я наоборот. Штаны и футболку проще было выкинуть, чем отстирать. Я подошла к зеркалу и присвистнула. Из него на меня смотрело что-то жутко грязное и лохматое.
Именно в этот миг дверь в покои распахнулась, а на пороге появился маленький мальчик.
— Кто ты такая? — надменно спросил маленький засранец.
Так вот ты какой, главный злодей королевства…
— Виолетта Игоревна, — представилась я, оглядывая пацанёнка с ног до головы. — А ты кто?
— Я — принц! — надменно выдала мелочь.
— Хамло ты, а не принц, — грустно резюмировала я, понимая, что работы с пацаном непочатый край.
— Выйди, Виолетта! — надменно приказал Альфред.
Спинка прямая, подбородок задрал. Не знаю, что ему мешало войти в спальню, возможно зачатки воспитания.
— Это всех принцев учат хамству? — усмехнулась я, скрестив руки на груди. — И вообще, никуда я не выйду. Сейчас соберусь, переоденусь и смогу уделить тебе время. Кстати, я твоя новая няня. Буду учить тебя хорошим манерам и наказывать за плохое поведение.
— Бить? — Альф вздрогнул и посмотрел на меня расширившимися от ужаса глазами.
Не поняла, ребенка избивают?
— Нет, конечно. Но я могу запретить тебе играть с друзьями.
Маленький принц расслабился, а на лице вновь появилось скучающее выражение.
— У принца не может быть друзей. Кронпринц не должен испытывать привязанность к кому-либо и чему-либо кроме, своего королевства!