Страница 40 из 63
- Только, что-то я расслабился, он наверняка не один меня ждал.
Негромкий хлопок, и жгучая боль в груди – показали, что мои запоздалые подозрения, текли в правильном направлении. Лежа, на промокшей от недавнего ливня земле, я уже не видел как невысокий мужичок, с лопатообразной бородой, сноровисто ощупал карманы моего пиджака и, разочарованно крякнув, денег не было, быстрым шагом затерялся среди кустарника.
Пробуждение, отразилось болью во всём теле. Как будто, танком переехали.
- Пить хочется, подумал я, открывая глаза. Увиденная обстановка, порадовала своей убогостью. Железные, с панцирной сеткой кровати, небольшой деревянный стол посредине комнаты, пара неказистых тумбочек и несколько табуретов, составляло всё убранство, этой комнаты отдыха. Не внушало оптимизма и широкое окно, затянутое стальной паутиной кованой решётки. На кровати, у противоположной стены, сидел молодой парень в арестантском халате, с любопытство меня разглядывающий.
- Проснулся? Э…брат, горазд же ты спать. Вторые сутки уже, лёжнем лежишь…- парень, вскочив с койки, подошёл ко мне поближе.
- Пить хочешь? – спросил он, смешно шевеля маленькими рыжими усиками.
- Сам, как думаешь?
- Держи тогда, - протянул он мне глиняную кружку, доверху, наполненную, прозрачной, тепловатой водой.
- Кипячёная? – спросил я, с сомнением, оглядывая невзрачный сосуд.
- А, как же, - обиделся рыжий, - Это ж больница, понятие имеем. Только утром с самовара.
- Значит, я в больнице мелькнуло в голове, наверняка тюремной.
- По нужде, захочешь – ходи туда,- показал он на угол, завешанной штопаной простынею. У нас не камера, - сливают и утром, и вечером.
- Погожу ещё! – утолив жажду, я с сомнением оглядел угол деревянной бадьи, выглядывающей из-за допотопной занавески.
- Хозяин-барин. – шмыгнув носом, согласился со мной сосед. – Везучий ты! Доктор сказал, чуток в сторону – и кранты. А, так пулю, вынул, и ништяк.
Еле дождавшись обеда, похлебал жиденький супчик, закушав такой же консистенции, пшённой кашкой. Разносолами в больничке для уголовных, не баловали. Ну, хотя бы чисто, и то хорошо.
В неспешных разговорах, прерывавшихся на сон, протянулись два дня. На подходе третьих суток, палату наконец-то посетил доктор, бодренький живчик средних лет с небольшой остроконечной бородкой.
- Вы голубчик, в рубашке родились! А, какое быстрое заживление ран! Никогда не видел, подобного.
- Взгляните, господа, - обратился он к двум молодым людям, ботанской комплекции, по пятам следующим за эскулапом.
Практиканты, студенты-медики, - я внимательно оглядел мятые белые халаты, будущих светил медицины.
- Заметьте, юноши, как ровно закрылось отверстие от пули. Нет, это просто поразительно.
Будущие светила, покорно кивали головами, их измученные лица, говорили о том, что даже молодость не является полноценной панацеей, от разгульно проведённой ночи.
- А, вас, пожалуй, завтра, можно на выписку. Следователь уже дважды спрашивал у меня, когда можно допросить подозреваемого.
На допрос в недавно созданное Сыскное отделение, меня доставили два дюжих городовых. Решил особо права не качать, а посмотреть по ситуации.
Что, скажу. Достаточно вежливый следователь, задавал стандартные вопросы. Как, что и почему - оказался я рядом с трупом, с пулей в груди. Представился потерпевшим, объявил о самозащите. Следователь вежливо покачал головой, видно было, что я ему не особо интересен. По окончанию допроса, он, собрав бумаги, велел дожидаться его в кабинете. Оставив меня наедине с урядником, следак, пошептавшись с каким-то молоденьким чинушей, быстрым шагом покинул кабинет. Через пять минут, чинуша, на пару с одетым, в форменный вицмундир помощником, быстро и профессионально сняли у меня отпечатки пальцев. Похожую процедуру я уже как-то проходил в будущем, в родной российской полиции. Даже умилился, столько лет прошло, а в принципе, почти ничего не изменилось. Разве что состав чернил, а цвет одинаковый. Лишь отмывать труднее. Надо думать, теперь мои отпечатки проверят по картотеке преступников, подходящих по описанию. Наша полиция по дактилоскопии ведь впереди планеты всей, даже Скотланд-Ярд у неё учился. Странно только, что меня допрашивал судебный следователь, вроде не по регламенту. Учитывая, что компьютер у полиции появится не скоро, устало вытянув ноги, я приготовился к долгому ожиданию.
Мою сладкую дрёму, прервал какой-то неуклюжий пентюх, который буквально ворвался в комнату и, не заметив мои вытянутые ноги, споткнувшись о них, с грохотом растянулся на полу. Вскочив, он начал орать, брызгая слюнями во все стороны. Ещё окончательно не проснувшись, тем более мне ностальгически снились памятные места из моего прошлого-будущего, я буркнул, забыв о своём незавидном нынешнем положении.
- Ну, прости мужик, ты сам виноват, надо под ноги смотреть.
- Что! – пентюх, одетый в форменный мундир, в чине пристава, покраснел так, что казалось ещё немного и его хватит апоплексический удар.
- Какой я тебе мужик! Вошь тюремная! Как смеешь? Да, я тебя…- разорялся этот мудак, забивая мне уши ненужными словами.
- Слушай, господин хороший, - не ощущая за собой особой вины, выдавил я. – Отойди чуть-чуть, ты мне солнце заслоняешь.
- Что! Да, ты…! Встать, курвье семя!
- Нет, вот орёт, зараза, ещё и обзывается, - я отвернулся к стене, чтобы не видеть надоевшую рожу. Тут меня с такой силой дёрнули за воротник, что даже немаленького веса, моё тело чуть было не сверзилось со стула. Да, и то…в этом борове за центнер мяса наросло. Вон брюхо, какое отъел на казённых харчах. Мои размышления, пока я пытался восстановить утраченное равновесие, прервала мощная плюха, прилетевшая мне по физиономии. Расквашенный нос, закапал кровавыми каплями.
- Ах, ты сука! – все благие намерения моментально покинули моё сознание.
- Получай, млять поганая! – яростно заработал я кулаками, осыпая обидчика увесистыми ударами. Тот, пытался отмахиваться, явно имея, какое-то представление о технике английского бокса. Когда, на помощь супостату подоспели оба городовых, я понял, что пора заканчивать. Долго, просто отмахиваясь, я против этих амбалов не продержусь. Резким с подшагом ударом ноги осадив одного из нижних чинов, я точным прямым с правой, отправил второго в глубокий нокаут. Но, полюбоваться делом своих рук, мне не дал зачинщик этой драки. Кряхтя, поднявшись с пола, где товарищ вроде уже надолго затих в обнимку со стулом – он не нашел ничего лучше, как подойти и тупо пнуть меня по заднице, носком своего грязного сапога. Было не так больно, как обидно. Естественно, я сильно разозлился. Да, так, что налетев на него подобно бешеному буйволу, я протащил его тушу через половину комнаты и вылетел вместе с ним через распахнутое окно. Благо, что первый этаж, - встав, попытался отряхнуть замаранную одежду, но увидев направленные на меня дуло револьверов, набежавших полицейских чинов, благоразумно поднял руки.
- Да, сдаюсь я, сдаюсь…
Выскочивший из дверей, начальник сыскного отделения, взглянув на произошедшее, коротко бросил:
- Этого в Тюремный замок, надеть кандалы. Передайте коменданту, просьбу – назначить ему, не меньше трёх дней карцера. Да, и помогите, кто-нибудь, господину приставу. Что вы, стоите, как неродные!
Три! Три дня карцера. На, хлебе и воде. В компании с мышами и крысами. Жрать охота, вдобавок скукота страшная. Про антисанитарию и говорить нечего. Самое неприятное, вши. Я второй раз в жизни, почувствовал активность этих мелких паразитов. Первый раз, подцепил от кого-то в школе, в то время это было мелкое ЧП. Мать, помню, травила их каким-то порошком, после чего постригла налысо. И вот, опять, только теперь всё серьёзней. Она, гады мелкие, ещё и спать не дают.
Последствий от своего буйного поведения, я особо не боялся. Посадят, так посадят. Сбегу при первой возможности. Опасность для жизни, меня в этом времени не волновала. Умру, так умру, не в первой раз. Значит, судьба такая. Чему быть, того не миновать. Посланником, какой-то неведомой силы, для решения задач вселенского масштаба – я себя, считать давно перестал. Глупость какая! Спишем произошедшее на какой-нибудь глюк временного континиума. А, все мои сверхспособности, на системную ошибку. Тем более, ничего нового я не приобрёл, только старое усилил. Может, это особенность такая, побочный эффект от переноса. Подушка безопасности, для попаданца. Только местным, о своём попаданчестве лучше не говорить, чревато. У них, тут всё через религию. Или ты за чёрта, или за ангела. Иного, не дано. Атеисты имеются, но себя не афишируют, запрещено законом. Тоже приходится, иногда в церковь захаживать. Сестру и Лизу, сопровождая. Я, вообще-то, крещёный. И не сказать, что атеист. Если принять, что законы, действующие во вселенной – это особый вид Высшего Разума, то есть Бог, то я в такого бога верю. А, церковь - человеческая организация, костыли для слабых духом.