Страница 55 из 217
Глава 6. О бабах, фанатиках и немного о политике… В общем о бабах
И чего это я, в самом деле? Как какой-то завороженный, загипнотизированный. Далась мне эта Астрид? И кроме неё прикольных рыжуль хватает. Нет, сестрёнкины груди они и сейчас перед глазами мысленно закручивают чарующий танец… Но ничего принципиально другого, просто хорошие груди… Хорошего человека.
— Уже проснулся? — раздался голосок феечки.
— Угу, — пробормотал я. Силы феечка выпила из меня все, что были. На подвиги больше не тянуло. Ещё пробежку бежать, надо такую традицию в замке внедрять, и только я могу это сделать. Принципиальное отличие средневековых феодалов от более поздних начальствующих особей в том, что мы не посылаем, а ведём. Всегда. Сами, показывая пример. Войско, если ты не хочешь его возглавлять и куда-то посылаешь без собственного присутствия, может «забить» и никуда не пойти. Или разбежаться. А зачем им это надо, если их сеньор лапки кверху? То же касается и гражданских. Покажи как — и мы всё сделаем! Так что надо забыть о системе управления будущего (или Роминого мира, если точнее), и адаптироваться в настоящее.
— Я лучше неё? — Мне на плечо опустился подбородок прекрасной сеньориты.
— Ну не хуже, — обтекаемо заявил я. — А ещё ты наглая. Она благородная, а вот ты — просто наглая. Может мне тебе вольную дать? — Я попытался закрыть глаза и подремать ещё хоть чуть-чуть. Солнце, слава богу не светило прямо в глаза, моя комната в донжоне выходила на север, но всё равно что-то рано меня торкнуло проснуться. И не ложился по сути, и не хочется.
— Вообще-то я из благородных! — взорвался рядом со мной фонтан искр, словно ломом зарядили в трансформаторную будку. Сеньорита вскочила, села на кровати на колени, запыхтела и за малым на меня не набросилась. Но не решилась. Я ж страшный зловредный маг огня. А так-то да, очень хотела. Но я, кажется, всё равно попал.
А, плевать. Шлюха — она и есть шлюха, что из-за неё напрягаться? Лениво повернулся к ней на бок, разглядывая красивое, но подтянутое тело. М-да, верно, излишней работой сеньорита никогда не была нагружена, видно по конституции и мускулатуре. Тупанул я вчера, спутав с холопкой. Да и в глаза она мне смотрела. В ГЛАЗА!!! Вот почему, оказывается! Холопки, да и просто вольные в глаза благородным не смотрят. Даже для благородных это было вызывающе, но в сексуально-совратительском контексте допустимо. От благородной — допустимо.
— Да? Тогда что делала среди служанок, греющих постель? — Кажется я непроизвольно улыбнулся.
— Личной служанкой сеньора быть не зазорно, — обтекаемо ответила она, успокаиваясь, и, судя по реакции памяти Рикардо, это так. Дочь вассала взять в личную прислугу — можно. Но вот драить котлы на кухню отправить — уже западло. Где грань хрен знает, надо интуитивно чувствовать, если не хочу, чтоб прилетело. Сейчас вроде прокатило, на первый раз, как безумному неадеквату, да ещё и пьяни мне простили, но только на первый раз.
— Понял. Карьеру делаешь, — констатировал я очевидное и зевнул, снова прикрыв глаза. Пусть делает, мне не жалко. Лишь бы и дальше так же здорово сосала.
— Эй, Ричи! Хватит спать! Давай ещё раз! — пошла она на меня в атаку.
— Слушай, отстань, а? — отмахнулся я. Ладно, потерплю, ибо завтра хочу продолжения. Именно с нею. И вообще до самого отъезда хочу. Я на войну еду, потом долго не до баб будет, надо оттянуться. Анабель красивая, но к бельгийке при всех её изюминках дышу ровно. Я её трахаю просто потому, что так надо, и ей надо в первую очередь. А вот Астрид… То есть не Астрид… Чёрт! Вот попадос! Втрескаться в девчонку, которая твоему телу-носителю родная сестра! М-мать, да что за жизнь!
— Хочешь пива? Похмелиться? — Сеньорита понимала, что нужно мужчинам по утрам. Мужчинам своего времени, конечно, но так и я для неё вчера пришёл накушавшимся. Хозяйственная! Не только ноги раздвигать умеет. Я снова улыбнулся.
— Я вчера не особо наклюкался. — Приподнялся, сел на кровати, сгоняя остатки и так хлипкого сна. — А вот водицы холодненькой дай.
— Твоя служанка принесла с утра. Вот, держи. — Она встала с кровати, покачивая бёдрами, прошествовала к столу, на котором стояли две бадейки, с водой и элем, попробовала обе на вкус и поднесла нужную. Я про себя улыбнулся — Роза все варианты посчитала и ко всему приготовилась. Учиться им всем салагам ещё до её уровня и учиться.
Вода уже нагрелась, зубы не ломило, пошла на ура. Вкуснее воды, чем здесь, я вряд ли пил. Наша, из Шексны, и рядом не стояла. А у бабули в деревне, на тамошних (Роминых) югах она вообще противная. Вкусная, но с каким-то грёбанным осадком, на зубах скрепит. Известковая, наверное. Хотя рядом рукой подать Кавминводы, минералка, а с другой стороны горы и ледники, там Кубань течёт с одной из самых мягких вод в стране… Но чуть в стороне вода в кране уже так себе. А тут мягкая, нежная… Вку-усная! И хмель от неё проходит на ура.
— Как звать-то тебя, карьеристка, — улыбнувшись, спросил её, чувствуя, что восстанавливаю форму и готов к новому дню и новым приключениям.
— Эстер, — бесстыже улыбнулась сеньорита. Ибо стояла передо мной, сияющая в своей наготе, распустив обалденные рыжие волосы по плечам. Они у неё чуть длиннее и гуще, чем у Астрид (бля, ну хватит уже эту цацу вспоминать!). Хотя сама сеньорита чуть выше сестрёнки и чуть-чуть мощнее в теле. «В теле» значит не толстая, а конституция такая. Тут почти не встречаются толстые среди дворян, ибо даже женщины воинского сословия хоть и не должны воевать, но обязаны уметь держать в руках оружие, и особо ловко нужно уметь управляться с чем-то вроде кинжалов и стилетов. Мало ли. Так что белоручек-нежинок среди них нет. Поправка, у нас, на югах, ибо что творится в столице — не знаю. Про тамошних ни на что не способных придворных хлыщей и изнеженных барышень легенды ходят… Хотя та же Катрин девчонка боевая.