Страница 189 из 217
— Сеньоры, после того, как рассчитаемся с аквилейцами, как посчитаем расходы и вернём вложенное, я хочу занять у НАС всю полученную от афёры прибыль под беспроцентный кредит на развитие графства. Потому, как то, что мы сделаем, нам дадут провернуть только раз. А жить графству надо будет и дальше. Я перегораживаю реку, чтобы поставить мастерские, я строю порт, я буду создавать ремесленный кластер, и более того, я создаю мощное ополчение Пуэбло чтобы в принципе отказаться от наёмников. Но для развития мне понадобятся живые деньги. И взять их неоткуда.
Я могу оставить в заклад свои земли вам, но я вынужден просить взять у вас всё, что мы сможем заработать.
Отдельно хочу попросить уважаемого Никодима не распространяться среди своих о наших истинных планах. Аквилею и Магдалену надо играть в тёмную. Они не обидятся, так как заработают достаточно, а главное почувствуют свою власть и значимость.
— Согласен, — кивнул Никодим.
— Также у меня обращение к благородному Луидору. Сеньор Хоругвь, хочу сделать вашей семье уникальное предложение. В течение осени и зимы я готов покупать у вас, у вашей семьи, подчёркиваю, не у всей Валенсии, железо. В любом виде, в любой форме. И дрова. Но не за солиды, а за… Зерно. Зерно в обмен на железо по курсу цен, которые сложатся на пятнадцатое число месяца Юниуса.
— Ого! — воскликнул Хоругвь.
— Валенсия будет сыта, и накормит её род Хоругвь.
— Но железо… — Луидор вздохнул. — Его поставки расписаны. На месяцы.
— Когда люди хотят есть, это не имеет значения, — покачал я головой.
— Пожалуй, соглашусь, — закивал валенсиец. Всё, я его купил. До этого он сидел самый смурной из всех, ибо Валенсия — горный бург с развитой железодобычей, своего не то, что зерна, даже овощей своих не хватает. А я предлагал задрать цены на критически важный для бурга товар. А теперь, да с учётом, что благодетелем будет его семья…
— А меня чем облагодетельствуешь? — оскалился Варон, но я видел, он доволен. Ему придётся вносить во что-то, в какие-то планы, кучу поправок, и это касается политики всей Таррагоны, но в целом я его не разочаровал, и ушкуйники на его ладье проделали путь не зря.
— А ты, Лукреций, владеешь инсайдерской информацией, и не отягощен нашими гильдейскими разборками, — вернул ему довольный оскал. — И можешь тупо заработать на скупке дешёвого зерна в других регионах. И, кстати, стать для Таррагоны тем, кем станет Хоругвь для Валенсии.
— Но на свои, — нахмурился он.
— Но ты ЗНАЕШЬ как будет. И можешь взять у своих в долг. Только не говори, что Таррагона бедная и там не у кого занять. И в итоге наваришься больше всех. Синдикат — это сговор независимых субъектов, поймите. Мы все разные, но мы — одна команда. В этом наша сила.
— Я тебя понял, — кивнул он. — И подскажу то, что ты не учёл. У твоего плана есть сложности. Соседняя Вандалузия. Они могут поставить в королевство много своего зерна. Но… — Его глаза хитро сузились. — Ты прав, это хорошая информация. Как ты назвал?
— Ин-сай-дер-ская, — по слогам повторил я. — Это когда знаешь то, что не знают другие. Приём ты знаешь ВСЁ. Аквилея и Магдалена знают только половину. Мы дадим им заработать, это в наших интересах, но полноценными членами синдиката они не являются.
— Так ВОТ ЭТО и есть синдикат? — округлил глаза Томбо, только сейчас поняв масштабы.
— Да, — улыбнулся я.
— А сборище купцов, что обсуждали вначале…
Моя улыбка стала ещё шире.
— Ну, раз они сами не захотели — зачем их неволить? Логично же? Не захотели быть хищниками — будут закуской.
— Рикардо, если всё получится, я стану либо бургомистром Альмадены, — произнёс вдруг Гонзалес, — либо мне придётся бежать оттуда без оглядки и забыть про то место навсегда. Я, конечно, стану очень богатым человеком… — натужно скривился он.
— Фредерико, официально приглашаю тебя к себе! Магистратом торговли. — высокопарно произнёс я. — Если дома тебя не оценят.
Все сидящие за столом довольно заулыбались. Кажется, мы найдём общий язык. Остался дьявол — детали, сейчас станет тошно от их обсуждения, но в целом я был уверен, план сработает.
И что-то подсказывало, это не последний радикальный план крутой афёры в этой жизни.