Страница 175 из 217
Впрочем, — пронзила голову мысль, — не всё так плохо. Сеньор… Ведь мой собеседник по сути… Осуществляет вендетту. Не личную — семейную. Мстит за семью, ни много, ни мало. Его род опустили несколько поколений назад, и продолжают опускать. «Да он за собой мосты взрывает!» — осенило меня. — «Ему ж после этого здесь жизни не дадут! Сеньор задаёт не вопрос — он задаёт мне ответ!»
Я встал, отставил кубок и заходил по комнате. Свет от масляных ламп давал от моего силуэта причудливые тени, было плевать. Всё просто. Слишком просто! А так не бывает.
— Клавдий, где подвох? В чём? — открыто спросил я, остановившись.
— Ты о чем? — нахмурился он.
— Я беру тебя на работу. Мне нужен хороший претор. Человек, который будет ведать борьбой с преступностью и разбоем ВО ВСЁМ графстве. Под его командованием будут отряды стражи, сыск, оперативники, агенты внедрения. Стукачи. Это третий по значимости пост после моего консула и квестора. Но в чём подвох, объясни? Я ещё слишком молод и не понимаю всего.
— Арбалеты, которые ты будешь клепать тысячами, — усмехнулся он. Судя по выражению лица, сеньор остался моими мыслительными способностями доволен. — Я слежу за тобой, юноша. Это не моя обязанность, но я привык следить за всем важным в регионе. ТЫСЯЧА арбалетов, Рикардо, это не просто очень много. Это охренеть как много!
Далее. Зерновой консорциум Юга. — Он неприятно нахмурился — видимо в торговле и монопольных сговорах понимал не так, чтобы очень. — Там пахнет вторым и даже третьим дном. Лично мне кажется, что за этой афёрой будет скрываться что-то куда более масштабное. Ты «кинешь» сеньоров, а не они тебя, если всё сделаешь правильно, пока они думают, что держат тебя за горло. Перекраивание реки и установка десятков мастерских… Они принесут тебе прибыль. И частично профинансируют создание гор оружия. Которое ты будешь раздавать всем своим людям, включая крестьян. Это, конечно, опасно, но у нас Приграничье, у нас, думаю, тебя поймут. После чего каждый посёлок, каждая деревня превратится в крепость, о которую степняки если не будут ломать зубы, то точно — нести существенные потери. А значит тебе не будет нужно столько войска в качестве наёмников, и ты создашь собственную дружину, как барон, только очень большую. А имея собственных рыцарей, получающих от тебя не только деньги, но и оружие, и броню, имея на своей территории укреплённые цитадели в каждом посёлке… Рикардо, я хочу в этом участвовать! — его глаза горели фанатичным огнём прожженного авантюриста.
Я не выдержал, вздохнул. Обошёл стол, сел. Вытянул ноги и крепко приложился к вину, осушив кубок.
— Клавдий, не факт, что мне удастся выжить. И тем более победить, — осадил я.
— Кто мне вчера сказал про тех, кто готов идти до конца? Я подумал и решил. Что готов. Цеплялся за старое, надеялся взять реванш, но потом понял — ничего у меня не получится! Нет у моей семьи ни прежнего влияния ни прежних денег. Зато к прежним врагам прибавились и новые. Надо решаться и рубить, пока есть возможность. С твоим уходом её не будет, и вряд ли судьба даст второй шанс.
А он честен. Блин, как же быть?
— Если думаешь, не понимаю, на что подписываюсь — тыне прав. Я знаю про пятьдесят тысяч лунариев от короля, — усмехнулся он, продолжая меня уламывать. — Это вся страна знает. Все провинции собирают этот налог. Но даёт тебе его в руки король, и потому ты считаешься его человеком. Мериде не даёт, хотя он номинально тоже пограничник. Алькантара граничит с болотами, ему мало что перепадает. Авилла держит рубеж по горам и реке — ему тоже дают меньше, как и тем, кто восточнее него. И только ты, удерживая дюжину фронтиров в чистом поле, непонятно для чего нужных, ибо степняки проходят их как меч через кишки, забираешь больше половины этого чрезвычайного налога.
Его глаза смеялись. Мне же смешно не было. Я мнил себя гением, что расколол, что отец — человек Карлоса Пятого. Был. А на самом деле об этом в королевстве догадывается каждая собака? Мне дают деньги на содержание войск на случай атаки на короля мятежников! И заговорщики в курсе!
Да и как иначе? Мерида — самый богатый герцог Юга, богаче всех остальных вместе взятых. В Овьедо у Бетиса данников в два раза больше моего, но, блин, у одного арьербан полторы тысячи копий, у другого — тысяча. А у меня — три. Не считая кучи пехтуры, прикованной к фронтирам и крепостям. То-то и суетился Солана, когда отец заболел. Кинулся к нам и попытался навести мосты с пьяным мной, пытаясь опередить короля.
А теперь, получается, если я создам систему, запитанную на себя, когда мне не нужна будет внешняя поддержка… То есть когда я создам собственную армию, не зависимую от короля и его милостей…
Блин, аж сердце схватило. Я думаю, что добиваясь финансовой независимости вытаскиваю графство из пропасти, а на самом деле веду его в могилу, ибо рушу установившийся века назад баланс и попадаю под раздачу с обеих сторон? Подвожу к краю той самой пропасти по принципу «благими намерениями вымощена дорога в ад»?
…И этот поросёнок «хочет во всём этом поучаствовать». М-да.
— Ты рисковый, Клавдий, — констатировал я.
Покровительственная улыбка в ответ.
— Берёшь?
— Беру. Но должен предупредить — я ни донжона не смыслю в розыскной и оперативной деятельности. Тебе предстоит с нуля создавать её на всей территории графства самому. Лично. Без чьей-либо помощи. Это капец как много.
— Если дашь денег — возьмусь, — кивнул он.
— Дам. — Всё, жребий брошен, Рубикон перейдён. Назад дороги нет. Я получу Магдалену, прогоню татей, надолго, а после мне прямая дорога быть знаменем местной гражданской войны. Причём без разницы, чью сторону выберу. И там и там буду знаменем.
— Пергамент оставляю — я его и так на память знаю, ночью разбуди — перечислю всех, кто там и в чём провинился, — усмехнулся Клавдий, поднимая попец с кресла. — Завтра зайду и расскажу план. Пока он у меня в голове только начерно — не было времени подумать. Высплюсь — и обмозгуем.