Страница 168 из 217
— Третий десяток, стена щитов! Шагом, вперёд! — Ещё один его десятник перегородил улицу и двинулся сужать кольцо, то бишь продвигаться дальше, на новые позиции. — Арбалеты! Не спим, вашу мать! — Сзади шеренгу «норманн» прикрывали свои же с арбалетами, всматриваясь в крыши и верхние этажи. Оттуда может легко прилететь, надо заранее держать сектора под прицелом. Почему арбалеты? А попробуйте держать всё время натянутым лук? Нет, у арбалета свои преимущества — пусть не скорострельный, зато один раз взвёл и можно ждать цели сколько угодно долго.
— Рикардо, это… Штурм городского района? — уточнил для чего-то Клавдий. На город опускалась ночь, сумерки, придавая происходящему атмосферу хоррора. Было жутко. Особенно жутко после вскриков внутри здания и женского истеричного визга.
— Вашмилость, сопротивление! Кидались с топорами! Двое! — выбежало из дома трое дружинников барона, один тащил сопротивляющуюся сеньору в не шикарном, но и не простом «простолюдинском» платье. — В доме ещё двое, но мелкие, детвора.
— Всех в амбары, — кивнул барон.
— Детвору оставить, — а это встрял я. — С детьми не воюем. Кто такие, почему сопротивлялись? — Это я бабе.
— Будьте вы прокляты! — выплюнула мне в лицо сеньора.
— Кармен Хуарес, — произнёс я, сверившись с номером дома. База данных моего мальчонки начала работать. — Скупщица краденого. Верно?
Жалко сеньору мне не было. Простые горожане, не связанные с законом, не бросаются с оружием на врывающихся в твой дом гвардов. Потому, что знают — они ни в чём не виноваты, помурыжат их и отпустят. А вот бандито есть что терять.
— Будь ты проклят, Пуэбло! — догадалась она, кто я. — Пока тебя не было, всё было хорошо!
— В амбары! — бросил я.
Увели.
— Рикардо, ты понимаешь, какие будут последствия? — нахально улыбался Клавдий.
— О, да, мой друг! — деланно вздохнул я. — Мне придётся кормить ораву преступников, убийц и грабителей, которых нагребу в вашем городе в этом и ближайшем следующем разбойном квартале. Они, правда, будут мне исправно строить дороги пока не сдохнут, но всё же это будет потом. А поначалу придётся их кормить.
— Ты псих! — покрутил он у виска, но тон его был предельно уважительный.
— Опасность! Болты! — раздалось ниже по улице.
— Забарикадировались, сучье отродье!
— Вашсиятельство! Вашсиятельство, баррикада! — А это, кажется, меня. Я быстрым шагом двинулся по направлению.
Десятник, зачищавший китовое нутро «У святого Ионы», уже занимался штурмом следующего дома. Не следующего, вру — через два дома, в которых не было сопротивления. Оттуда раздавались крики, звуки ударов и женские визги, но я приказал пресекать мародёрство со стороны своих солдат и не трогать тех, кто не оказывает противодействия. То, что этот район — гадюшник и притон, не значит, что все-все здесь бандиты и воры. Есть и просто не самые богатые представители жизни, и они нам не интересны.
— Дверь забаррикадировали, из окон стреляют. Держим их на прицеле, но не высовывайтесь на открытое место и за щиты, — предупредил он меня.
— Эй, кто внутри! Сдавайтесь! Выходите по одному, тогда вам гарантирована жизнь! — кричали мои бойцы.
— Иди на хер, дьявольское отродье! — отвечали из-за двери. Только в чуть более экспрессивных выражениях.
— Внимание, приготовиться! Сейчас сеньоры сами на вынос пойдут, — предупредил я, и, следуя командам десятника, бойцы отошли от двери. Я закрыл глаза и вызвал огненный вихрь внутри дома, пытаясь нащупать им хоть что-то что, сможет гореть. Попытки с пятой или шестой получилось. Внутри заорали: «Пожар!» и «Огонь!»
— Выходить по одному! — крикнул десятник.
— Воды! Где мать вашу вода? — Это крики внутри. Я напрягся и сделал ещё несколько пробоев.
Выбегать начали минут через пять. Вода в городе ценность, её продают водовозы по утрам. ПРОДАЮТ, понимаете? Она денег стоит. Водопровода тут нет, только уличная канализация типа «канава со стоком прямо в реку ниже города». А значит, чтобы потушить запылавший дом, эту воду нужно откуда-то взять. Что при блокированной двери проблематично.
— Этих спеленать и в амбары. Получится потушить — тушите, нет — нахрен пусть всё выгорает, — распорядился я и пошёл дальше Ибо воины действовали оперативными соединениями а-ля взвод: десяток латников плюс пяток лучников, и следующая команда уже зачищала дом стоящий далее.
Главстраж свалил, отговорившись делами, прислав нам взвод подчинённых «для препровождения под стражу». Снял с нас эту обязанность. Солнце окончательно село, из особняка притащили факелы, и мы продолжили зачищать в притоне дом за домом, через два на третий делая это путём штурма со смертоубийствами. Уже были потери — один дружинник Мериды подставился под болт по неосторожности, приказал его в особняк нести, там есть крепкое вино и аж два палача. А палачи обязаны уметь врачевать раны. Если не окочурится по дороге, их выходят — как обезораживать раны я всех-всех проинструктировал, достал этим в дороге, а в остальном местная медицина в плане врачевания ран не хуже нашей. И несколько легкораненых. Что у Ворона — не знаю. Дома, которые штурмовали, помечали, оставляя возле них людей из моей сотни или сотни Ковильяны — позвал для усиления. Пусть охраняют. Грабить будем после, организованно, когда подавим сопротивление.
И вот, наконец, на нас напали. Организованная толпа босяков с подручными средствами, видимо, пошла на прорыв. Вновь прозвучало:
— Стена щитов!
После чего профессиональные военные не оставили камня на камне от этого горе- воинства. Когда читаешь про норманн, про их стиль ведения боя, про норманнскую фалангу, это как-то звучит круто, но отдалённо, как сказка. Полностью понимаешь насколько это мощно только увидев эту работающую живую машину в действии.