О бедном монахе замолвите слово

Наскоро на стол им накрыл самый юный участник ОПГ, дурачок-сирота, которого на дело не взяли. В команде паренек выходил на поле под шестым номером, был ответственен за догляд за интересующим объектом на улицах города, за чистку и уборку, уход за лошадьми и прочим скотом в поместье, за подай, за принеси, за по роже получи, в общем, жизнь у него была насыщенной и без походов за хабаром. Так вот, приняв по доброй чаше вина и малость переведя дух, трое братьев решили, что около шести тысяч серебряных лян и мешок колотого серебра на четверых не делится (сироту-дурачка, разумеется, не считали), тем более, что за старшинство доля полагалась увеличенная, и составляла бы от половины до трети всей суммы. К их несчастью у старшего брата мысли в голове бродили схожей направленности, и, пока трое тугодумов маялись со своими ковыряльниками, свой длинный прямой цзянь он достал первым, наглухо устряпав всех троих. Тут бы и сказочке конец, славному воину на коня, да в чисто поле, но из доброго шэн (около литра, чтобы вам не напрягаться) вина, булькавшего у славного воина в животе, наверное, больше половины оказалось ядреной отравой, что позволило всем присутствующим прояснить непреложный факт: если кто тут и дурачок, то это явно не сирота на побегушках. Сколько он ждал подобной оказии — история умалчивает, но дождался. Терпение и яд всех победят, однако. На этом последний из братьев предпочел на время оставить суетное бытие, напоследок заблевав кровью предназначенные к погрузке мешочки с деньгами, коими, путем присвоения, умело распорядился бывший подай-принеси.

Я этим ребятам не сочувствовал нисколько, а таким вот залетным «братьям» в Цзиннане порой приходилось и прикус исправлять, когда они начинали вконец терять берега и обижать местных. Какими бы злыми эти парни ни были — как говорят в народе, пришлый дракон местного змея не осилит. А если этот лысый змей к тому же чертовски силен и крепок, да с метлой в руках, да еще и (чаще всего) не один — какой дракон сможет устоять?

Это так, к слову.

Сколько продолжалось серое небытие — бывшим братьям было неизвестно, но однажды они осознали себя в новой форме и качестве. Страх и гнев, слезы и сопли — не помогло ничего, и четверо духов обжили уже обнесенное к тому времени мародерами поместье. Пару раз его пытались восстанавливать новые собственники, однако, освоившиеся братья лишних на свою территорию более не пускали. Последней серьезной попыткой избавить дом от тараканов был приход в поместье бродячего мастера Фэн Шуй. Выпить старика не вышло, бояться этих скоморохов он не стал, амулеты защитили его от их убогого арсенала, так что пришлось на дедушку скинуть каменную вазу. Против вазы амулеты помогали так себе.

На этом я прервал полную жалости к себе повесть духа и попросил его быть ближе к делу.

В общем, духи за все прошедшие года сотню раз помирились и сотню раз поссорились обратно, убили несколько человек, создали поместью зловещую репутацию и, самое главное, с ним практически срослись. И таки нашли то, о чем вряд ли знал тот сын купца, который и пристроил поместье под разбойничью базу. А теперь пришла пора завладеть этим самым мне.

Руководствуясь пояснениями духа, я выломал несколько кирпичей из стены в углу разоренной библиотеки. Пошарил рукой в проломе, и нащупал огромный ком пыли, каковой и содержал в себе завернутое в расползающуюся мешковину главное сокровище этих мест, которым оказалась книга. Ее я поспешил предъявить учителю.

Высотой около полутора чи, и шириной около одного чи, толстенный том был зашит в переплет из грубой красной кожи, не слишком похожей ни на коровью, ни на свиную.

— Учитель, это то самое? Ну, что ты чувствовал, когда попал в ту… эээ… кучу лошадиных неприятностей?

«Именно то самое. Впрочем, не буду лгать, этот старик ожидал увидеть несколько иное».

Даже так? Ну, что ж. И на старуху, как говорится, бывает всякое. Но все же книга выглядит непростой. Вдруг там могучая техника?

— Старик, что это? — разочарованно спросил я учителя, нетерпеливо перелистывая страницы, и выхватывая кусками текст. — Какие-то поучения… Наставления… А это что еще такое? Притчи?

«Всего лишь еще один путь, который, к тому же, неизвестно куда приведет, и приведет ли вообще», — отозвался учитель, не испытывавший к текстам никакого интереса. — «Ты же пытаешься идти по пути боевых искусств. Вот и не хватайся за все подряд».

— Ну, и зачем мне тогда читать эту книгу, если она бесполезна?

«Читать не за чем. Но знал бы ты, из чьей шкуры сделан переплет!», — с непонятной мне усмешкой произнес в ответ учитель. — «Глупый Шао, я знал его. Паренек выучил технику Обращения в Саламандру, и довел ее до совершенства, настолько, что она стала частью его сути. Глупец в форме саламандры даже спать ложился в большой костер, так у него Ци быстрее восстанавливалось и раны заживали на глазах. Ну, и на баб действовало безотказно. Таракан, знаешь, куда ему засунули копье, когда пришли убивать, с учетом того, что глаза у него закрывались костяными щитками, ноздри он прикрывал лапой, а времени было лишь на один удар»?

— Избавь меня от подробностей, старик, — угрюмо буркнул я в ответ.

Вот это все, что пришлось этому старику затерпеть, все пинки и зуботычины, страхи и ужасы, преодоленные этим стариком — вот для чего это все? Чтобы почитать чьи-то полурелигиозные бредни, а один чертов старикашка смог вспомнить молодость?

«Утешься тем, что кожа Шао практически неуязвима к огню, и очень стойкая к силе грома».

Ну, да. Идти в бой, с метлой в одной руке, и книгой в другой?

Хотя, ауру праведности этого старика такая вещь, без сомнения, усилит.

В крайнем случае, продам старьевщику, вместе с барахлом мастера Фэн Шуй.