Страница 105 из 119
Глава 24. Молния с неба
Удар.
Голова пленника качнулась в сторону. На уголке рта показались несколько кровавых капель, которые тут же стекли по подбородку и с хлюпом упали на холодный тюремный пол.
Не первый удар. И не первые капли.
Более того, под усыпанном синяками и ссадинами мужчиной уже образовалась небольшая лужица из крови, которая грозила стать больше с каждой секундой.
А все потому что Императору не нравились ответы.
— Что значит, ты не знаешь?! Говори!
Пленник только пошевелил разбитыми губами и устало взглянул на мучителя сверху вниз. Мужчина молчал. Не потому что хотел, а потому что сказать было нечего. Он ничего не знал. А все что знал — рассказал еще два дня назад, когда его поймали во время захвата торгового центра.
Не мог не рассказать. Государственные тюремщики отлично знали свою работу.
Император во второй раз занес руку для удара, как вдруг… Чужая ладонь ухватила его за запястье и несильно сжала.
— Успокойся.
Мужчина попытался выдернуть руку, но ладонь держала крепко. Император скрипнул зубами.
— Отпусти. Немедленно.
— Нет.
Агелай спокойно встретил разъяренный взгляд господина и друга и даже не моргнул. После нескольких секунд игры в гляделки, Император глубоко вздохнул и расслабил руку. Короткий кивок показал, что он снова себя контролирует.
Безопасник тут же разжал ладонь, отступил на шаг назад и спокойно склонил голову, готовый принять наказание за свою дерзость.
Которого… Не последовало. Император и сам знал, что перегибает палку. Чтобы сам правитель громадной страны дошел до тюрьмы и лично избивал заключенного… Немыслимо. Но у него была причина.
Он был в бешенстве.
Нет, преступления случались. Теракты, ограбления, даже работа иностранных группировок. Но чтобы так, среди белого дня в столице? Да еще и с целью захватить его дочь. Его. Дочь.
Кулаки снова сжались.
С момента ограбления… Катя изменилась. Обычно бойкая, говорливая девочка последние два дня наотрез отказывалась выходить из комнаты. Говорила мало и большую часть времени сидела в интернете. И ее запросы… пугали.
«Ритуальные убийцы, белые монстры, механические машины». Если бы Император не знал, что ребенок перенес травму, то точно решил бы, что дочь потеряна. На полном серьезе решила бросить школу, пойти по стопам старшей сестры и удариться в оккультизм.
Мужчина механически пригладил золотую гриву волос. Через секунду осознал, что пальцы проходят сквозь воздух и раздраженно поморщился.
Проклятая усталость.
В последнее время он почти не спал. Только и делал, что разгребал последствия. Медиа, Великие Дома, послы чужих стран… Каждый из них требовал ответа, каких-то гарантий, стабильности. И к каждому требовался свой подход. И мужчина находил. Это было его работой.
Вот только было кое-что похуже волнения аристократов.
Люди. Ответа требовали простые люди. Всего за неделю в столице прогремели сразу два чудовищных теракта. И что в одном, что в другом случае у властей не было ни ответов, ни виноватых. А если добавить к этому резню между бандами в Эксархии и возросшее напряжение между Домами из-за действий Лекс… Скажем так, рейтинг Императора бывал и выше.
Веков семь назад, когда власть правителя считалась абсолютной, это не сыграло бы никакой роли, но сейчас… Сейчас, многое изменилось. Среди не-аристократов стали появляться «белые», Великие Дома сосредоточили у себя в руках практически всю торговлю, а над богами возникла серьезная угроза вторжения со стороны конкурентов…
Император внезапно осознал, что его власть не настолько крепка, как ему казалось раньше. И если он хотел сохранить благосклонность своих реальных хозяев — ведь часто они, а не кровь решали, кому достанется престол — то мужчине следовало постараться.
А это значит действия. Результаты. И вот тут-то и возникали проблемы.
Десяток трупов, которых — если верить донесениям Агелая — убили оказавшиеся в торговом центре аристократы, да нескольких пленных… Императору просто нечем было похвастаться.
Большая часть бандитов улизнула. Как и куда — неизвестно. Люди Агелая предлагали теории одна безумнее другой, а сам Император… Сам Император все больше и больше хотел вызвать во дворец одного нахального юнца и хорошенько расспросить. Долгий опыт правителя и банальная логика говорили ему, что между телепортацией паренька во дворец и исчезновением бандитов была, обязана быть связь. Не случайно же Адриан находился в торговом центре в момент захвата.
Вызвать во дворец, да. Он бы так и сделал, но…
— Господин, нам не следует тут задерживаться, — раздался из-за спины спокойный голос Агелая. — Встреча с Гордианом через два часа, а до этого у вас еще три мероприятия.
Да. Встреча. Причина, почему Император решил потянуть с решением. На ней решится судьба Адриана, его отца и, возможно, всего Дома Лекс. И если тот не перестанет мутить воду, то… От некоторых проблем можно избавиться только одним способом. Силой.
— Господин?
— Уходим. Но сперва…
Он повернулся лицом к пленнику. На голове мужчины возник олимпийский венок. Второй, третий. Символ Зевса, Артемиды, Афины… Они не копились над головой, а наоборот переплетались, сливались в один.
Один единственный.
Символ Двенадцати. Символ Власти. Символ Императора.
Тюрьму пронизывали волны силы, камень шел трещинами и крошился под ногами, а пленник… Пленник с выпученными от ужаса глазами смотрел на фигуру из чистого света и хрипел. Он хотел бы молить о пощаде, кричать от страха, звать на помощь… Но не мог произнести ни звука. Из-за присутствия такой силы вблизи, такого… давления. Легкие просто отказывались втягивать воздух.
Бандит, который на самом-то деле оказался простым наемником из низов со случайно пробудившейся кровью, попросту задохнулся. Задохнулся от страха.
Символ погас. В тюрьме наступила тишина.
— Уходим, Агелай, — с непроницаемым лицом повторил Император. — У нас еще много дел.
— Что-то мне все это не нравится, — пробухтел Семен, с трудом поправляя на груди тяжелый бронежилет. — Неудобно, блин.