Двойной генерал

Глава 6. Всё не так плохо, всё намного хуже

28 марта, пятница, время 11:25.

Высота ХХ.ХХ в районе дислокации 56-ой дивизии.

— Ты безнадёжно проиграл, — тускло и холодно говорю капитану комбату-2, — поглядим ещё, всухую или нет, но проиграл.

Комбат 2-го батальона 184-го полка помалкивает. Спорить не о чём. Комбат-1 того же полка сдерживает ликование. Я его не сдерживаю, у меня его нет ни по поводу победителя учений, ни по какому другому.

Мы на длинном холмике, вершина которого неширокой полосой протянулась метров на сто. Холм и вершина покрыты робкой пока травкой, низенькой, как короткая щётка на голове недавно обритого. Кое-где кустарник. Высота номер там какой-то на карте. Вчера, с местным командованием выбрали её, как основную точку небольших, в масштабе полка, учений.

Я не стал свирепствовать и поднимать подразделения по тревоге, среди ночи, выбивая красноармейцев из привычного режима. У них до обеда марш-броски и прочие тактические занятия, вот в их рамках небольшие учения и провели. Это приграничная часть, боеспособность должна быть на высшем уровне. Кстати, я сам провёл утро по казарменному распорядку. Встал, как все, кросс на три км пробежал, позавтракал… с утра не курил, и пока держусь. Вот первые итоги подведём, тогда позволю себе и генералу папироску.

Ночную, экстремальную тревогу не стал использовать ещё по одной причине. Эффекта неожиданности с моей стороны нет. Вчера мы обсуждали условия учений, и никто местному командованию не мог воспрепятствовать предупредить комбатов. Очковтирательство в этом времени оборотов не набрало, но рисковать не хочу. И необходимости нет. Так что всё было спокойно. Зарядку красноармейцам сократили, завтрак дали на полчаса раньше, объявили о тактических занятиях в форме учений и дали им час на подготовку. И сами готовились. Расставили наблюдателей, пару временных НП снабдили связистами с радиостанциями. После этого поставили комбатам задачу, дали старт и включили отсчёт времени.

— Занять высоту № ХХ.YY, опередив противника. Продержаться полчаса, отбить вероятные атаки. По возможности уничтожить противостоящее подразделение, — так звучала задача.

По мере хода учений, поглядывал на переговаривающихся командиров, стараясь не показывать падающее всё ниже настроение. Мне не повезло ещё и с выбором. Я монетку бросил, кто из нас, я и Анисимов, где будет. Догадался я вчера вовремя вызвать полковника из штаба. «Кто у нас по обороне?», — как-то спросил царь из сказки. Вот и я себя спросил: кто у нас по боевой подготовке? И на самолёте-наблюдателе его сюда и доставили. И моя монетка определила его следить за первым батальоном.

— Он не по уставу сделал, — ухмыляясь, рассказывал полковник, — выделил из батальона восемнадцать человек, самых крепких и быстрых. Разгрузил их, оставил только боезапас и оружие. Потом дал два пулемёта, толкового сержанта, соображающего в картах, и отправил весёлым аллюром на точку.

Любит он пользоваться кавалерийскими терминами, несмотря на то, что всю жизнь в пехоте провёл. Комбат-1 молодец, нестандартное решение принял, поэтому и победил. Комбат-2, поняв, что высота занята, сдуру кинул пару рот в атаку. Хорошо, что только пару. Как они в атаку ходят… у меня при виде этой картинки чуть зубы не заныли. Удручающее зрелище! Налёт неорганизованной орды, вот что это. В реальном бою они бы половину дистанции не пробежали.

Ну, что, начнём?

— Решение выделить быстрый авангард ты, товарищ комбат, принял правильное и удачное. За счёт чего и выиграл, — капитан сияет, но следующие слова быстро гасят его радость, — но это единственный плюс для вас обоих. Хотя нет, ещё один, небольшой. Преодоление батальонами десяти километров по пересечённой местности с частичной загрузкой за час — хороший показатель. Но на этом всё хорошее кончается.

После паузы вопрос комбату-1. Именно в этот момент закуриваю папироску. Люблю сочетать разнообразные удовольствия одновременно.

— Скажи, товарищ капитан, почему твои люди не окопались и не оборудовали хоть какие-то позиции? Хотя бы для пулемётчиков? Да, у вас фора была всего десять-пятнадцать минут, но и за это время многое можно сделать. Твой противник не догадался ударить по тебе миномётами, но нельзя брать в расчёт глупость неприятеля. А в окопах ты был бы в относительной безопасности.

— У меня тоже миномёты есть, — бурчит капитан. Комдив смотрит предостерегающе. Ну, как же, осмеливается спорить с командующим. Выпускаю в сторону струю пахучего дыма. Голову приятно кружит.

— Да, есть, — останавливаю жестом комдива, — но только координаты твоих позиций ему известны, а тебе местоположение его миномётов нет. Так что он мог снести твой авангард с вершины, организовать заградительный огонь по противоположному склону и без хлопот занять вершину. После этого окопался бы, используя воронки от мин. И ты бы его не сковырнул оттуда.

— Так что победа твоя не убедительна, — вздыхаю напоследок и обращаюсь к комбату-2, — твоя атака с бухты-барахты, без предварительного обстрела, выявления и подавления огневых точек выглядит идиотской. Вряд ли хоть кто-то из твоих людей добежал бы до вершины. Три четверти положат ружейно-пулемётным огнём, потом закидают гранатами. Ты ими воспользоваться не успеешь. Они выше, поэтому их гранаты будут лететь дальше, чем на ровном месте, а твои — ближе. Обе роты ты потерял. После этого комбат-1 при поддержке миномётов мог атаковать тебя сразу с двух направлений, имея двукратное преимущество в численности. И если бы его атака была организована по-умному, от твоего батальона ничего не осталось бы. Кроме трофеев.

Гляжу на дорогу чуть вдалеке. По ней весело бежит грузовик. Показываю всем на него.