Страница 7 из 56
— Мне дедушка рассказывал, что Тёмный король явился в облаке чёрного тумана, уничтожающего всё живое на своём пути, — прошептала Селенира.
— И лик его был настолько ужасен, что обращались в бегство даже слепцы, — подхватила Улари.
— А те, кто не успел сбежать, тут же покорились и начали повиноваться чёрному злу, — продолжила Марилка.
— Многие королевства объединились, чтобы противостоять общему врагу. Теперь их нет… — задумчиво протянула Беарина.
— Да что о прошлом думать! — воскликнула Манола. — Он есть, и это неоспоримо. Откуда бы он ни взялся, обратно не собирается.
— А было бы замечательно, если бы он вернулся туда, откуда пришёл, — мечтательно произнесла Улари.
— Мда, негусто, — подвела я итог. — Явился неизвестно откуда, слабостей нет, а силы хоть отбавляй. Ещё и помирать не собирается. Так себе расклад.
— Ты забавная, — улыбнулась Марилка.
— Сама умиляюсь, — пробурчала я.
— Всё, я так больше не могу! — вскочила с неудобной твёрдой кушетки Манола. — Мы всё же принцессы и заслуживаем соответствующего обращения.
— Вот Тёмному об этом и скажи, — флегматично ответила Беарина.
— Одна из нас станет королевой. И это буду я! — заявила Манола и пошла к двери.
— Стой! — окликнула её я, подскочив со стула. — Не нужно…
Договорить я не успела.
Дверь открылась неожиданно и беззвучно. Ни поворота ключа в замке, ни шороха. Манола замерла с занесённой для стука по ней рукой, охнула и попятилась. А в комнату вошла высокая седовласая женщина в длинном чёрном платье, поклонилась и произнесла:
— Его величество Тёмный король Дарэл выражает сожаление о причинённых неудобствах и даёт своё нерушимое слово, что подобного не повторится. Прошу следовать за мной. Вам будут предоставлены соответствующие статусу покои.
Манола обернулась и одарила нас торжествующим взглядом в стиле «Я же говорила». Однако я не спешила радоваться. Это, по всей видимости, простая служанка, которой досталась сомнительная честь возиться с нами. Вряд ли сам король озаботился удобствами для новых игрушек. Но дарёному коню в зубы не глядят. Вспомнили, и то хорошо.
— Я не хочу оставаться одна, — прошептала Марилка, когда мы выходили из комнаты.
— Я тоже, — всхлипнула Селенира.
— Извините, — поравнялась я со служанкой. — Как мне к вам обращаться?
— Арсила, — поклонилась женщина.
— Так вот, Арсила, мы бы хотели общие покои, — дружелюбно улыбнулась я ей.
— Такого распоряжения не поступало, — безразлично ответила женщина.
Она вообще вела себя, как робот. Говорила, двигалась, но не проявляла никаких эмоций. И кланялась как болванчик, не из уважения, а по привычке.
— Но вы же можете что-то сделать? — прикоснулась я к её локтю.
Женщина вздрогнула и отскочила от меня, будто её током ударило. Я подняла руки и тоже отступила.
— Прошу прощения, ваше высочество, я только выполняю приказы, — склонила она голову.
— И нас, конечно же, опять запрут, — фыркнула Манола.
— Вы вольны передвигаться по замку, ваше высочество, — повернулась к ней служанка.
— Но?.. — протянула я.
— Его величество не любит, когда кто-то посторонний заходит в его крыло, — прошептала Арсила.
— Учтём, — кивнула Беарина.
И шествие отряда принцесс на выданье продолжилось. Мы шли за затюканной, пугливой женщиной по сумрачным ночным коридорам, освещённым тусклыми серыми светильниками, развешенными по стенам. От этого скудного освещения вкруг плясали нечёткие тени, нагоняющие жуть и тоску. А в замке царила замогильная тишина, разбавляемая только шорохом наших шагов. Больше никто не решался заговорить, все были настороженны, будто вот-вот из-за угла выпрыгнет Тёмный король и сожрёт нас всех разом. А я бы не удивилась, если бы он и людоедом оказался!
С такими-то данными, Тёмный король вполне мог оказаться кем угодно, но человеком он точно не был. А если и был, то так давно, что и сам, наверное, уже не помнит. Он само зло, страшное и неотвратимое. И мне было сложно понять, как Манола находит в себе столько храбрости, чтобы стремиться стать его женой. Всё же я не принцесса. По рождению только разве-что, но не по натуре. Нет во мне этой жертвенности и готовности пойти на всё ради своего королевства. Моё королевство это я сама. Я жила так всю свою жизнь, училась бороться только за себя. И никакие родственные чувства к родителям, которых я даже не знала, не изменят этого. Да у меня даже чувства семейственности нет, что уж говорить о чём-то большем. Да, я согласилась на это сомнительное мероприятие, потому что вроде как должна. Есть ощущение, что должна, а кому и почему — сама не понимаю. Пошла на поводу у малознакомого родственника, пропагандирующего подвиги во благо народа. Сработало так называемое чувство гражданского долга. Но сейчас, когда дядя Феонар и весь Власитар были далеко, эти чувства притупились. Осталось только ощущение грандиозной подставы. У какого-то левого королевства проблемы, а отдуваться мне!
Одёрнула себя, вспомнила яркий живой город, по улицам которого бегали задорно смеющиеся дети, и постаралась воззвать к чувству ответственности. Столицу Власитара я видела только один раз, дядя вывез в город, чтобы показать, за что мне предстоит бороться. Но мне хватило и этого одного раза, чтобы понять — я не смогу отказаться. И вот итог: иду по вгоняющему в тоску коридору дворца Тёмного короля, чтоб ему вечно кошмары снились!
Нас разместили в соседних апартаментах. Беглый осмотр показал, что тут есть вполне цивилизованные ванная и туалет, довольно просторная спальня, встроенный гардероб, не уступающий ей размерами, и совершенно пустая комната без окон, о назначении которой можно было только гадать.
Свои вещи я обнаружила в гардеробе, их уже развесили и разложили по местам. Учтём на будущее, что тут укромных мест не предусмотрено и о личном пространстве никто не заботится. Рука невольно потянулась к груди. Презентованное дядей кольцо сейчас показалось мне единственной личной вещью, островком индивидуализма и средоточием покоя.
— Оля?! — позвал меня кто-то шёпотом.
Вынырнула из размышлений, покинула гардеробную, вышла из спальни в небольшую то ли приёмную, то ли гостиную и улыбнулась Берине.
— Тут так тихо, — прошептала она.
— Да, жутковато, — согласилась я.
Едва слышно заскрипела дверь, мы насторожились, но это были Селенира и Улари. Следом пришла Марилка. Последней явилась Манола.
— Так и думала, что вы все тут будете, — криво усмехнулась она.
А я смотрела на девчонок и мысленно уговаривала себя «Оля, ты не отвечаешь за них, они взрослые девушки и сами могут позаботиться о себе. Да они знают об этой жизни побольше тебя». Но в голову не к месту лезли воспоминания о летнем лагере, в который меня, разгильдяйку по сути, но хорошистку по учёбе, отправили на целый месяц по окончании школы, заверив, что это зачтётся при поступлении. Соврали, кстати, в универе моё портфолио никому на дух не нужно было. Но опыт остался, и сейчас я ощутила себя той самой семнадцатилетней «взрослой», к которой бежали за помощью малыши младшеклассники. Почему они пришли именно ко мне? Я же ничем не могу им помочь! Да-да, именно так я реагировала на детей в лагере, но потом разобралась что к чему и уже не колебалась, когда мне задавали вопросы. Но тут далеко не летний лагерь, а я не вожатый. Мне самой помощь не помешала бы.
— И что будем делать? — огорошила меня вопросом Марилка.
Да с чего они вообще взяли, что я знаю, что делать?! Окинула растерянным взглядом чумазый свадебный отряд и предложила первое, что пришло в голову:
— Расходимся по комнатам, моемся, а там видно будет.
— Да, меня уже нервирует этот запах гари, — сморщила носик Беарина.
— Помыться не помешает, — передёрнула плечами Манола.
И девушки потянулись к выходу. Осталась только Селенира.
— Оля, а можно я у тебя останусь? — опустив взгляд, спросила она.
А у вас хватило бы жестокости, чтобы отказать ей? Вот и я не смогла. Мы вместе сходили в её комнаты за одеждой, а потом я минут двадцать ждала под дверью ванной, пока Сели помоется. В результате, когда я сама вышла из ванной, кутаясь в тёплый халат, меня уже ждал отряд чистых принцесс. И чего они от меня ждут?! Так и подмывало напомнить им, что я вообще-то ущербная наследница Власто, которую «долгие годы скрывали и почти не учили». Но опять вспомнились малыши из летнего лагеря и я саму себя уже проклясть готова была.