Страница 83 из 100
своей он мало чем отличается от того же оборотничества, и является
благословением могущественного Духа. Вот только все мои сделки с Тотемами
не котировались. Требовалось нечто куда большее. И я это получил.
Я уже давно понял, что системе не интересны подробности, нюансы и иные
тонкости мира смертных, ей важен только результат. И потому Дар, что вобрал в
себя немалую долю безликой божественной мощи, она приравняла к
благословению, коего мне так не хватало, а вместе с ним предоставила и так
желанный мною Ранг.
Сам же Глас Небес представлял из себя занятное приобретение. По сути
своей он нивелировал одну из моих главных слабостей как Шамана, а именно —
невозможность непосредственного влияния на Явь. Теперь я мог одним лишь
Словом изменять Мир вокруг себя, вот только… всегда есть но.
Несколько часов практики наглядно показали мне мой предел — три слога.
Именно столько я могу произнести используя Глас, по крайней мере сейчас. Так
я заставил молодой саженец дуба, за считанные секунды, стать огромным
деревом, произнеся лишь одно слово: «Расти». Подобное я мог бы сотворить
используя Духа Растений, и вероятно процесс прошёл бы даже быстрее, но тут
важен именно факт отсутствия поддержки Духов. Впрочем затраты маны, даже
при условии соблюдения мною ограничения в виде трёх слогов, всё равно
зависели от масштабности действия и личной силы того, на кого это самое
действие приходится. И по сему выходило, что данный Дар будет лишь
дополнительным инструментом в моих руках, ибо Духи по прежнему оставались
лучшим из возможных вариантов. Однако, как показала жизнь, я не всегда могу
рассчитывать на них, а потому возможная альтернатива не могла не радовать.
Со знаниями, что мне открылись по достижению сорокового уровня, всё тоже
было более чем приятно. Помимо сглаживания шероховатостей в уже известных
мне дисциплинах, я открыл для себя нечто абсолютно новое — Проклятия.
Я и раньше приходил к мысли, что Шаманы, будучи буквально «генетически»
235/283
предрасположенными к тонким манипуляциям с энергетическим телом и
энергиями в частности, должны прекрасно себя чувствовать в направлении что
полностью посвящено работе с ними, и так и было. Шаманы действительно
могли проклясть так, что и в последующих перерождениях аукаться будет. Вот
только были тут и свои нюансы.
Что вообще такое проклятие? Это независимый магический конструкт, что
внедряясь в энергетическое тело жертвы, влияет на него тем или иным образом, что в свою очередь сказывается как на сознании несчастного, так и на его
физическом теле. Вот только каждое живое и неживое существо обладает
пассивной защитой от подобных воздействий, и чем сильнее проклинаемый, тем
сильнее его сопротивление. Из этого выходит что данную защиту нужно
преодолеть, вопрос как?
Настоящий Малефикар как правило не задаётся подобными вопросами, ибо, как и в случае с Шаманами, мана представителей этого Пути имеет весомые
отличия. Она куда более агрессивная и едкая, а потому даже неоформленный
сгусток магической силы малефика несёт в себе существенную опасность.
Однако, Шаманы такими способностями не обладают, а потому нашли свой
способ доставки проклятия к адресату — Духи Болезней и Голода. Эти обитатели
Нави сами по себе прекрасно приспособлены для того чтобы преодолевать
энергетическую защиту других существ. Первые для того чтобы заразить её
болезнью и не позволить излечиться, а вторые подобно пиявкам выпивают из
своих жертв все соки. Мана или же Прана, этим ненасытным обжорам плевать
что есть, лишь бы есть. Они самые настоящие паразиты Мира Духов. А те, кому
не повезло подцепить их вскоре и сами становятся неудержимы в своём Голоде
и тщетных попытках его утолить. Стараясь восстановить то, что сожрал Дух, они
едят и едят, попутно, сами того не ведая или же намеренно, вытягивая всё
больше маны из окружающего мира, надеясь пополнить её недостачу, но конец
у несчастных всегда один. Если вовремя не избавиться от паразита, его жертва
умрёт от потери духовных и жизненных сил, оставив после себя лишь обтянутый
кожей скелет.
Даже сами по себе эти существа могут доставить множество бед, но если
Шаман накачает их своей маной, тем самым значительно усиливая Духа, прикрепит к нему созданное им проклятие и задаст цель… Что ж, как я и
говорил, даже в следующей жизни подобное может доставить проблем, или же, как минимум, имеет все шансы значительно ускорить её приближение.
Однако есть и другие способы. Можно извратить Дух какого-либо предмета, сделав его кровожадным и одержимым жаждой разрушения, а сам предмет
проклятым. Можно связать Дух живого существа и Дух предмета, дабы
воздействие на последнего влияло и на первого. Существует действительно
много способов причинить вред кому бы то ни было, и многие из них я теперь
знаю. Однако, знать и уметь отнюдь не одно и тоже, а потому я решил пока что
не злоупотреблять новыми возможностями. Слишком уж велик шанс, что что-то
выйдет из-под контроля.
Подобные размышления проносились в моём разуме, пока физическое тело, незримой тенью скользило по коридорам замка, что радостно гудел, приветствуя меня. И как бы мне не хотелось сейчас встретиться с Арьей, устроиться в любимом кресле у камина, потягивая травяной отвар, что так
прекрасно готовит Нафаня, или же вовсе уединиться с Динарой на пару дней в
своей башне, дела не ждали, а потому, пройдя ещё несколько коридоров, я
оказался возле двери за которой сейчас решалось будущее всего Севера и моего
племянника, пусть он этого пока что и не знает.
***
236/283
В хорошо освещенном Зале, за просторным столом, держали совет все знатные и
не очень Лорды Севера.
— Да что тут спорить! Предателей на плаху, а земли поделим меж собой! —
проревел Большой Джон Амбер.
— Это не нам решать, — осадил его Рид. — А Королю Севера. К тому же ты
забываешь, что сын Русе не участвовал в гнусном предательстве своего отца.
Так что и земли Болтонов его по праву.
— Вот только кто может это подтвердить? — вставил своё слово Лорд Минога.
— Я могу. — проговорил Джон Старк. — Три месяца кряду я и мои люди, вместе с
Домериком и его отрядом, отбивали рейды Ланнистеров, близ Каменной
Мельницы и Шутовского Брода, в то время как Русе Болтон готовил свой мятеж.
За всё это время мы ни разу не получали ни одного ворона, а связь с остальным
войском держали через моего ястреба. Домерик не мог связаться с отцом, а
следовательно, не мог и знать о его планах.
— Только с твоих слов… — начал было Клей Сервин, как тут же был осажен
Мормонт:
— Заткнись, молокосос. Лютоволк не раз доказывал нам, что слово его не пустой
звук, и не тебе говорить иное.
— Все мы верим Джону. — премиряюще проговорил Доннел Локк. — Но Болтоны
действительно заслуживают кары. И пусть с самого Русе и его бастарда, — на
этом моменте не мало Лордов, в особенности бывших вассалов Болтонов, что не
поддержали своего сюзерена в измене, скривили лица в злой усмешке, — нам
спросить нечего, но Домерик, причастен он к мятежу или нет, несёт
ответственность за преступления отца.
— Как я уже сказал, — вновь взял слово Рид, — Это решение может принять
только Король, а у нас его нет. Робб Старк мертв.