Страница 45 из 100
вот, вся дворовая челядь кричала, хлопала и смеялась, поздравляя
новоиспеченного Старка, а сам же виновник торжества застыл гранитным
изваянием, отчаянно отказываясь осознавать смысл произнесенных слов. В
смятении Джон поднял взгляд на Дядю, и встретился с пронзительно черными
глазами, что так пугали его брата. Шаман, ничего не говоря, ободряюще ему
улыбнулся, а после, неуловимым движением, поднял его, и посадил себе на
115/283
плечо, давая гомонящей толпе получше его рассмотреть. Джон же чувствовал, как на его глазах наворачиваются слёзы, но тихий голос Дяди не дал ему
расплакаться у всех на виду:
— Не стоит разводить сырость, Волчонок. Этот день — начало твоего пути, так
пусть он запомнится тебе только радостью и счастьем.
И Джон радовался, радовался как никогда в жизни, не замечая безмолвную
дуэль взглядов, что разразилась между Леди Винтерфелла и Безземельным
Лордом.
***
— Что ты наделал?! — в ярости вопрошал взбешенный Нед Старк, расшагивающий из одного конца своего кабинета в другой. Довольно редкое
зрелище, между прочим, но повод у него был весомый, признаю.
— Я? Раздал подарки. Ты не представляешь как сильно меня достали Южные
Лорды, и шагу нельзя было ступить, что бы кто-нибудь не попытался всучить
мне дар «от чистого сердца». Вот я и решил брать только то, что может
доставить радость, пусть и не мне.
— Хватит! Хватит словесных игр, хватит притворства! Ты хоть представляешь
что натворил?!
— Исполнил заветную мечту ребенка?
— Ты подверг его жизнь опасности! Пока он был бастардом ему ничего не
угрожало, но теперь! Теперь за ним будут наблюдать, и если…
— Если они узнают чей он сын, ты не сможешь сдержать клятву данную
покойной сестре. — закончил я речь Старка, а он, осознав смысл моих слов, сбился с шага, и уставился на меня в недоумении и страхе. Хм, а ты прав, страх
на его лице такой же редкий гость, как и гнев. Сегодня, действительно, необычный день.
— От-откуда ты… Как?
— Тени нашептали, они до крайности болтливы, и не умеют хранить секреты, по
крайней мере чужие.
— И, зная правду, ты всё равно сделал это?
— Да. Но эта правда ни на что и не влияет. Был бы он сыном дракона, или же
будь он рожден падающей звездой… Это значения, для меня, не имеет. Я сделал
так, как было надо. Сделал то, что ты должен был сделать 12 лет назад.
— Я не мог…
— Или же не желал? Ты дал слово, что позаботишься о нём, о сыне своей сестры.
И такова твоя забота? Каморка в углу замка и клеймо бастарда? Этого
заслуживает сын Лианны Старк?
116/283
— Не смей!!!
— Нет, это ты не смей! Не смей прикрываться горем! Не смей прятаться за
долгом!!! Ты взял на себя смелость быть человеком чести, так будь им до
конца!!! — сорвался и я на крик, а в месте со мной кричали и воздух в кабинете, и камни замковых стен, и тени, пляшущие в углах. — Ты спас его, спору нет. Но
клятвы своей не сдержал. Ты следовал лишь букве её, но не духу. Ты предал
сестру, предал память о ней.
— Замолкни!!! — проорал Старк и бросился на меня с кулаками, но лишь для
того что бы отлететь к своему столу, отброшенный моим ударом. Я подошёл к
Лорду Зимы и наклонившись произнес:
— Не веришь мне? Не хочешь верить, не хочешь слушать. Что ж, быть может
послушаешь её.
— О чём ты… — прохрипел было Старк, но в ту же секунду замолк. Он молчал
долго, смотря на фигуру появившуюся в кабинете, что ещё в начале нашего
разговора был заперт на ключ, не в силах оторвать свой взгляд, пока наконец не
смог выдавить из своего горла всего одно слово:
— Лианна.
***
Холодные капли дождя моросили по крыше древнего замка. Солнце уже зашло
за горизонт, и кабинет Хранителя Севера освещался лишь неровным светом
свечей. Сам Лорд Винтерфелла в смятении сидел в своем резном кресле, всем
своим видом выражая недоумение, стыд и горе. Жаль, я действительно не хотел
доводить до такого, но выбора он мне не оставил.
— Это действительно была она? — хриплым голосом спросил меня Нед.
— Да.
— Ты… ты сможешь… вновь вызвать её?
— …
— Кайгал?
— Да, могу.
— Но?
— Но не стану.
— Почему?
— Мертвецы любви не просят — просят лишь покой*.
— Но сейчас ты вернул её.
117/283
— Нет, лишь проявил, на время. Я… я не могу тебя понять, но могу чувствовать
твою боль, прости. Я просто не знал как иначе дать тебе осознать, как донести
до тебя эту мысль… Я представляю насколько лицемерно будут, из моих уст, звучать слова о том, что ты должен отпустить её…
— Но всё равно произнесешь их?
— Так надо. Для неё, для тебя, для Джона. Это было необходимо.
— Ты невероятно жесток, Донгар. Ты обвинил меня в предательстве родной
крови, вытащив на свет всё то, что я хотел скрыть. После, ты явил мне мою
умершую сестру, и вновь заставил осознать себя предателем, а теперь хочешь
чтобы я забыл это?
— Напротив, я хочу что бы ты помнил. Помнил и принял.
— … Я не стану оспаривать решение Роберта.
— Благодарю. — проговорил я, повернувшись в сторону двери, чей замок издал
щелчок секунду назад. Уже стоя в дверном проёме я обернулся и произнес:
— Чуть не забыл про твой подарок.
— Мне ничего не надо.
— Уверяю, этот подарок придётся тебе по душе, хоть и вызовет в ней не
меньшую бурю, чем наш разговор. — вместе с этими словами на столе Старка
появился горшок, с фиолетовым цветком в нём.
— Смотря на него не вспоминай о боли, не воскрешай страх и стыд. Лучше снова
окунись в те мгновения, когда ты был счастлив. Не стоит давать мертвецам
мешать тебе жить, но и хоронить вместе с ними частичку себя — последнее
дело.
***
Кейтилин Старк была в ярости, она горела в её душе со всей возможной силой, но вместе с тем она ощущала и страх, не за себя, но за свою семью.
Она никогда не скрывала своего отношения к колдуну, но не могла не
признавать его полезность. Своей богопротивной волшбой он приносил пользу
Дому Старков, и она бы могла терпеть его пребывание на Севере, где-нибудь у
Стены, но уж ни как не в её собственном доме.
Однако, как будто этого было мало, этот проходимец пригрел у себя …
бастарда. Кейтлин, с самого детства учили, что бастарды — порождения греха.
Они алчны, злы и отвратительны. Блэкфаеры* тому яркий пример. Потому она до
сих пор не могла простить мужа, даже не за сам факт измены, а за то, что он
привел это отродье в их дом, а после приказал обучать его, будто бы этот
безродный мальчишка являлся ровней её детям!
По прошествии лет Бастард рос, а вместе с ним росло и её беспокойство.
Колдун явно имел планы на мальчишку. Он не только обучал его наукам, но и
прививал ему лидерские качества, взращивал в нём чувство собственного
достоинства и учил добиваться поставленных целей. Ничего из этого видеть в
Сноу Кейтлин не желала, но и сделать что-либо против этого не могла. Её муж
118/283
ничего и слушать не хотел, а все Лорды Севера благоволили Шаману, и, как
следствие, его воспитаннику. Никто кроме неё не видел истинных планов этого
богомерзкого язычника. Используя мальчишку-бастарда как знамя он явно хотел
прибрать к рукам весь Север. Этого Кейтилин не могла допустить, она была
обязана защитить свою семью, пусть даже она сама того не желала. С такими