Страница 102 из 105
А когда все выпили, я снова встал прочитал из классика:
«Слух обо мне пройдет по всей Руси великой,
И назовет меня всяк сущий в ней язык,
И гордый внук славян, и финн, и ныне дикой
Тунгуз, и друг степей калмык.
И долго буду тем любезен я народу,
Что чувства добрые я лирой пробуждал,
Что в мой жестокой век восславил я Свободу
И милость к падшим призывал.»[4]
Лучше классика и не скажешь, и затем, как все прочие стал закусывать выпитую минералку. Прадедушка тихо стал объяснять супруге смысл моих слов. Он многое знал об этих событиях, так как с ним я откровенничал, чуть ли не больше чем со всеми остальными. Надеялся на его мудрость и жизненный опыт, что позволяло оценить такое больше чем прочим.
Правда, за этим столом не было ни одного человека, кто воспринимал бы эти вопросы иначе. Семьи всегда были интернациональными и вовсе не благодаря пропаганде интернационализма в советское время, а просто за счёт высокой культуры. Это только тот, у кого за душой ничегошеньки нет, станет вылезать на пещерном национализме и принадлежности к избранной нации.
Двое из присутствующих воевали с немецкими фашистами, а большинство прекрасно помнят ту войну, и потому на больных национализмом, смотрят как на скорбных умом людей. Именно благодаря единству всего советского народа и удалось остановить, и загнать в его логово фашистского зверя.
Это трудно объяснить ущербным людям, но это необходимо обязательно довести до понимания всех без исключения. Потому литературные, сценические и кинематографические работы не менее важны и необходимы для меня, чем все прочие.
Необходимо поднимать электронику и другие сферы народного хозяйства, но ещё более необходимо поднимать культурный уровень народа и учить не плакатному интернационализму, а истинному воспитанному на уважении традиций всех народов Советского Союза.
Глупо посмеиваться над обычаями и жизнью всеобщей союзной притчи во языцех – чукчи. Вся их культура и жизненный уклад вырабатывались многовековым существованием в экстремальных климатических условиях. Они там выживают тысячелетия , а приезжий двинет кони, если не отнесётся внимательно к их традициям и не научится у них этим умениям.
В армии меня многим из таких умений научил якут Володя, более чем вдвое старше меня. Скорее всего, чувствовал моё уважение к нему, как к человеку со сложной судьбой. Он многое рассказывал про юность и свою глупость. По какой нелепости угодил в лагерь по 58-й, и строил БАМ ещё при Лаврентии Павловиче, про условия содержания в лагере.
Вот как ни странно, но не озлобился и после лагеря продолжил жить нормальной жизнью охотника и связиста, на нем держался его линейный участок, и я часто ему помогал в ремонте и восстановлении связи, когда очередные взрывные работы, или действия некоторых умельцев, повреждали её. Немало сотен километров мы отмахали вместе, коротая за разговорами о жизни, и о её правде.
Безусловно, надо подымать культурный уровень всех народов, но это станет бесполезным, если начать смеяться и недооценивать их многовековые традиции. Надо уважать каждого человека в первую очередь за то, что он человек и мыслящее разумное существо. Какой бы цвет кожи и разрез глаз у него ни был. В семье у нас всегда посмеивались - «русский, русский – только глаза узкий». Это наследие от прабабушки из вотяков.
После некоторой паузы за столом слово взял Всеволод Никитич, и произнес тост за завершающийся год и всё лучшее в нём. Отметил крупные достижения в прошедшем году, и пожелал всем, чтобы Новый Год стал ещё более успешным.
Третий тост произнесла Вероника Степановна, и ощущалось, что на неё произвело неизгладимое впечатление всё рассказанное ей супругом, что она, неожиданно, подняла тост: - За мир, и чтобы никогда не было войн и конфликтов!
Все дружно поддержали этот тост с большим воодушевлением.
В это время стрелки приблизились к полночи, и все выслушали новогоднее поздравление советскому народу от дорогого Леонида Ильича. И с энтузиазмом встретили новй 1973 год.
Посмотрели «Голубой огонёк», названный так из-за голубоватого свечения монохромного кинескопа, так как цветные телевизоры, что выпускает промышленность ( и не только советская), более всего напоминают вещь в себе, а не вещь для себя. До сих пор они остаются ещё теми ящиками, и добиться от них надёжной работы - очень непросто.
Правда сам я больше общался с окружающими за столом, так как кроме атмосферности и соответствия времени, он был мне совсем неинтересен, а в следующем веке я абсолютно прекратил просмотр телевидения. Стало абсолютно неинтересно смотреть на говорящие головы, а «Голубой огонёк» не блистал в этом плане особыми режиссёрскими изысками.
Точно надо будет пробить постановку бенефисов, хотя бы на местном телевидении. Практически все смотрел по несколько раз и прекрасно помню.
Оживлять надо застывший эфир, а то того и гляди забронзовеет...
[1] – Timeo Danaos et dona ferentes (с лат. - Бойся данайцев, дары приносящих) - латинская крылатая фраза, впервые встречающаяся в поэме Вергилия «Энеида». Употребляется в случае, когда некий подарок или благодеяние представляют потенциальную опасность для принимающего эту мнимую помощь.
[2] – Джим Кей (англ. Jim Kay, родился 4 апреля 1974 года) - британский художник и иллюстратор, которого для работы над своими книгами выбрала сама Джоанна Роулинг: : «Иллюстрации Джима Кея поразили меня до глубины души. Мне нравится его взгляд на мир Гарри Поттера, и для меня большая честь, что Джим согласился украсить этот мир своим талантом».
[3] – Ташкентское землетрясение - катастрофическое землетрясение, произошедшее 26 апреля 1966 года в 05:23 в Ташкенте. Зона максимальных разрушений составляла около десяти квадратных километров, и в результате землетрясения центральная часть Ташкента была практически полностью разрушена.
Город был полностью восстановлен за 3,5 года. Такая масштабная реконструкция центра крупного города стала возможна в результате помощи всего СССР в восстановлении Ташкента.
[4] – отрывок из стихотворения «Я памятник себе воздвиг нерукотворный» А.С. Пушкина.