Страница 9 из 72
Глава III
Капитан оказался куда менее суровым, чем я ожидал. Обычный мужик с карими глазами и добродушным лицом. Встреть я его одетым в гражданское, никогда бы не подумал, что служит в армии. Когда мы отошли подальше от места встречи, он решил представиться более неформально.
— Меня Андреем кстати зовут, — проверив следующий пустой двор, сказал он.
— Меня Данилой, — решил соблюсти требования вежливости я.
— Да знаю я, — отмахнулся военный.
Потом достал из разгрузки фляжку.
— На, хлебни. А то я удивлён, что ты вообще говорить нормально можешь. Крепкий, ядрён-батон.
Бросив взгляд на флягу, я помотал головой.
— Меня Карл уже угостил. Мозги слегка вернулись в норму, — признался я.
— Вот же империалистические скотины. Тоже сварганить успели, — беззлобно посетовал капитан, пряча фляжку.
— Так у нас тоже давным давно капитализм, — на всякий случай напомнил я.
Офицер тяжело и с чувством вздохнул.
— Так-то оно так. Но осадочек от прошлого всё равно остался, — обратился к истории военный.
Задумчиво глянув на его лицо, решил уточнить.
— А тебе лет то сколько? Ты ж во времена холодной войны ещё под стол ходил.
— Может и так, но память в наших сердцах жива, — патетически заявил капитан. — Ты может револьвер мне отдашь? А то ещё подстрелишь сам себя, — попробовал сразу же перевести тему армеец.
— Не-а, — флегматично протянул я. — С ним спокойнее. Психологически, — о том, что где-то в моём разуме крутятся обрывки сознания военного из другого мира, я решил умолчать.
Минут десять мы прошли в тишине. Где-то совсем далеко что-то грохнуло и капитан остановился. Прислушался.
— Крипси, наверное. Хорошо, что не рядом с нами.
Когда мы двинулись дальше, я ради интереса уточнил.
— А кто это?
— Не знаю. Но по словам местных — убийственная хреновина, ё-моё. Свидетелей не оставляет.
— Угу. Понятно. А у тебя тут транспорта случаем нет?
Капитан глянул на меня с подозрением.
— Это секретная информация, — отрезал он.
— Перефразирую — мы будем пешком идти или всё-таки поедем?
— Как тебя швейцарец разбаловал то. Мы прошли всего ничего, а уже транспорт требуешь, — укоризненно ответил мне военный.
Я вздохнул. Значит придётся топать на своих двух. И расстояние неизвестно.
— А куда мы идём? Где это поселение местных? — попробовал я определить нагрузку на свои ноги.
— Недалеко. Километров двадцать ещё. Может тридцать, — хмуро изложил данные Скворцов.
— Это ты сам не знаешь или на местности не ориентируешься, — попытался прояснить я.
Военный остановился на углу дома и поднял руку. Потом повернулся ко мне и приложил палец к губам. Я кивнул и сжал вспотевшей рукой револьвер. Потом огляделся вокруг. Никого не увидел, но легче от этого не стало.
В таком положении мы простояли минуты две. Потом капитан сделал какой-то знак рукой и побежал. Посмотрев ему вслед, я пожал плечами и тоже двинулся с места. Когда добрались до следующего дома и прижались к его стене, Скворцов укоризненно глянул на меня, покачав головой. Правда ничего не сказал, молча отправившись дальше.
Следующие полчаса мы шли без разговоров. За это время я успел вдоволь наглядеться на местную архитектуру. Потрёпанные дома, выщербленный асфальт и что интересно — ни одного стекла. Степень разрушения зданий разнилась — от полностью обветшалых до относительно крепко стоящих на фундаменте. Дорожные знаки с истончившимся металлом и остатками краски. Проходя мимо бутика с одеждой на первом этаже, я заглянул внутрь. Посеревшие манекены, среди которых только единицы целых, какие-то лоскуты ткани разбросанные внутри — как будто прошло уже полсотни лет.
Капитан, который ждал рядом, с укоризной посмотрел на меня и мы пошли дальше. Через минуту, когда мы остановились, чтобы наполнить извлечённую им ампулу кровью, я не выдержал.
— Как здесь всё появляется? Если это отражение нашего мира, то тут должно быть хаотичное нагромождение всего подряд — от построек трёхсотлетней давности до современных домов.
— Моё дело маленькое — исполнять приказы. А заумь вся эта, работа ученых. Не зря же им столько платят, ё-моё, — выразил своё недовольство денежным содержанием спутник.
— Тебе всё равно должны быть дать какие-то вводные, — намекнул я.
Офицер подозрительно насупился.
— Выведываешь? Завербовался всё-таки? — поинтересовался он.
— Пытаюсь понять, во что я вляпался, — холодно парировал я.
Он помолчал. Потом печально вздохнул.
— Местная архитектура меняется. Постепенно, по мере изменения нашего мира. Единственное исключение — если на том месте, где раньше было какое-то здание, не построили ничего нового. Но у нас такое редкость. Всё забили спальными районами, — озвучил он своё отношение к планам градостроительства.
— А что за ступени? — решил я развить успех.
— Секретная информация, — вернулся к старой модели общения военный.
— А вот Карл отвечал на вопросы, — решил я надавить на больное место.
Не сработало — на этот раз угрюмый военный просто шагал дальше.
— Хорошо. Кого ты увидел в том дворе, где мы останавливались? — переключился я на другую тему.
— Пауки-разведчики. Где-то в том районе логово их матки. Значит и боевые особи тоже были близко. А с ними лучше не связываться, ядрён-батон. Порвут, — озвучил он наши перспективы выживания.
Дальше я топал молча, крутя головой по сторонам. Само собой у Скворцова оценивать обстановку получалось куда эффективнее. Но я тоже не оставался в стороне. Капитан правда истолковал моё молчание по-своему.
— Ты не бойся, тут не так много живности. Местные в лесах живут, где никаких зданий нет и изменения происходят очень редко. Тут они постоянно. То один дом рухнет, то второй. Или вообще земля просядет. В Москву если только на охоту залетают, да и то редко. Люди тут только недавно начали появляться, местная живность не успела освоиться.
Судя по длине тирады, офицер всерьёз озаботился моим психологическим состоянием.
— Я и не боюсь. Шмидт сказал, это из-за слияния. Мозги не работают, так как надо, — признался я.