Страница 132 из 134
- В ванной.
Дочь метнулась из комнаты, и ее телефон зазвонил. Лина. Наверное, уже подъезжает. Я сняла вызов, сказала, что Мариза будет готова через пятнадцать минут и предложила заглянуть на кофе. Когда дети дружат между собой так, как наши, волей-неволей взрослым тоже приходится тесно общаться, и я была рада, что мы с родителями Кайли и Марианны действительно симпатизировали друг другу. Положив мобильник, направилась на кухню и снова раздался звонок. В уверенности, что Лина забыла мне что-то сказать, я не глядя нажала «принять».
- Ты передумала заходить на кофе?
В трубке молчали и я, уже подозревая неладное, посмотрела на экран.
«Мишель»
- Ева, прости, я просто хотела пожелать Маризе хорошего уик-энда.
Затолкав желание выключить телефон, я смогла ответить Роуз.
- Ничего страшного. Мариза …она в ванной. Собирается в последний момент…
«Я скучаю без тебя»
- Как ты?
«И я скучаю»
- Все нормально. А ты?
«Я схожу без тебя с ума»
- Отлично. Все еще во Флориде. Ты получила мою открытку?
«Я не могу тебя забыть»
- Да. Красивые пальмы. Как там погода?
«Я все время думаю о тебе»
- Отлично, нежусь на солнышке. Рассекаю волны на доске.
«Прости меня»
- Здорово.
«И ты меня прости»
- Ну, мне пора. Записалась на йогу, бегу на занятие. Пока.
«Люблю тебя»
- Да, конечно. Я скажу Маризе, чтобы она тебе попозже перезвонила.
«Люблю»
Она повесила трубку, а я просто стояла и тупо смотрела на пустой экран.
- Мам? Что с тобой?
Я вздрогнула и очнулась.
- Все в порядке. Нашла топик? Лина звонила, с минуты на минуту будет у нас. Пойду включу кофеварку.
Я решительно направилась к двери, но в последний момент затормозила.
- Мариза.
- А? – дочка отвечала рассеянно, беспорядочно запихивая в сумку вещи для ночевки, которые я немногим ранее заботливо разложила аккуратными стопками на кровати.
- Ты знала, что у Роуз второе имя Мишель?
- Угу. Когда мы были у нее на работе, ну тогда, перед Рождеством, её все так называли.
- А почему ты мне не сказала?
Мариза недоуменно пожала плечами.
- Я думала, ты знаешь. А ты не знала?
С усилием я выдавила из себя улыбку.
- Знала. Конечно, знала.
***
Целое лето я чего-то ждала. Звонка, стука в дверь, письма.
Один раз, подходя к магазину, увидела мужчину, удаляющегося по тротуару. Не соображая, что делаю, я бросилась за ним: «Майк». Он обернулся – незнакомый, чужой человек. Я извинилась за беспокойство.
Однажды меня попросили посоветовать что-нибудь из Этвуд и я, продав покупательнице «Лакомый кусочек», едва за ней закрылась дверь, разрыдалась прямо за прилавком. Прижав к груди «Слепого убийцу», устроила истерику, кричала Джуду, что увольняюсь, переезжаю в Нью-Йорк, бросаю все, ненавижу всех, ненавижу жизнь, хочу умереть. Он молча обнимал меня, пока я не пришла в себя, а потом заварил ромашку с валерианой. Чай помог.
От Майка не было никаких известий.
Открытка от Роуз пришла на исходе июля. Голубое море, желтый песок, небоскребы и пальмы, томно изогнутый силуэт девушки на шезлонге, надпись: «Майами». На обороте фраза «Выполняю свое обещание» - без обратного адреса.
День за днем перечитывая эти три слова в поисках смысла, я в какой-то момент осознала, что она не вернется. Они оба не вернутся. Они отпустили меня и лишь я, не в силах сбросить страх одиночества, цепляюсь за прошлое, убивая свое настоящее.
Наверное, это понимание должно было сопровождаться проникновенной музыкой и фейерверками в небе – если о моей жизни когда-нибудь снимут фильм, я попрошу, чтобы выглядело именно так. На самом деле принятие правды произошло не за один день – и поэтому довольно буднично и скучно. Однажды я отметила с удивлением, что подумала о Роуз только после завтрака. Постепенно этот разрыв увеличивался, а боль – сглаживалась. Я знала, что она никогда не уйдет. Майк и Роуз – они оба, каждый по-своему, каждый по-разному – навсегда рубцы на моем сердце, навсегда шрамы, которые порой нестерпимо чешутся и вызывают слезы. Но больше не кровоточат.
Лето прошло.