Страница 21 из 23
— Ах так… — и тут я открыл рот в удивлении. Вопреки всем законам и нормам понятия «белого флага», это подлое величество сделало движение руками, и из них вылетел яркий сноп света и ударил неожиданно в капитана. Он превратился в каменную статую. Следующим был Горвум, он в недоумении посмотрел на меня и окаменел. Я как во сне повернулся от Кощея, сделал шаг и почувствовал, как мои конечности сковало в вечной игре в «замри».
— Знания — иногда вредят, детки! Какие же вы наивные, глупцы… за свою долгую жизнь я переступил все законы в Срединном Мире! Но вы должны радоваться, я одарил вас вечной жизнью, бесплатно! Пока я буду жив — вам наслаждаться «вечностью»! Не благодарите меня! А теперь я, пожалуй, удалюсь, надо ещё поговорить с вашими великанами-друзьями…
Глава № 23
В поле моего зрения попал пьяно бредущий, шатающий, Кощей Бессмертный, сами понимаете, ничего не кушать почти три тысячи лет, ни к чему хорошему не приведут, это я вам говорю, как доктор. Он шёл один, у меня закралось подозрение, что он так же превратил в каменные статуи своих рабов, и воеводу Бума Разящего, и тех, двух орков, а всему виной то, что они слышали про смерть в яичке. Я замер, повернутый спиной ко всем, наверно вы скажете, в трусливой позе, ну уж извините, инстинкт самосохранения преобладал всегда у меня над всеми другими чувствами. Интересно, сколько может провисеть над землёй наш челнок, на котором мы застыли? Учитывая ядерный реактор да нейтральное положение, возможно несколько тысячелетий. Вот будет прикол, когда предки эльфов, троллей или орков, такие, найдут нас и будут гадать природу ковра-самолёта и удивляться… Хотя с другой стороны, если планы Карачуна воплотятся в жизнь, то и Срединного мира не будет, как такового. Голая пустошь с каменными истуканами на ней и ходячие железные роботы, с душами детей… Нда, та ещё перспектива…
Я прекрасно видел, как этот Доктор Зло, своей медленной, радикулитной походкой дошёл до отдыхающих наших друзей Огнеши и Коко. Дракон и великан, в своих спящих позах, так и окаменели… интересно, их сны тоже будут длиться вечность? Вот даже немного позавидовал им, ей богу… А вот нам тут стоять и бодрствовать до скончания веков.
Теперь у нас появилось много времени на раздумья, надеюсь, командир, там, стоящий позади, осмыслит свои глупые поступки? С другой стороны, кому нужно это «осмысление»?.. Мимо пробежал тролль, старый пень поленился пешком переться в свой замок, вызвал, так сказать, такси… На обратном пути этот волосатый ракша остановился, и повернулся ко мне спиной, ну конечно же, там висел этот «ходячий скелет», он так дружественно помахал рукой.
— Глупцы вы… а вон к вашей вечности прибились и дружки. Как там тебя называли? Какаша? Видел, как я их, они даже не проснулись?.. Кто тебе придумал такое «вонючее» имя? Если мама с папой, то они тебя ненавидели очень сильно… — Кощей так противно хохотнул, после чего тролль побежал дальше с этой зловредной ношей. Вот испортил полностью настроение! «Другое значение», «другое значение», ни фига не другое, а то же самое во всех мирах… Тот, кто придумал, наверно стоя сзади, сейчас чувствует свою вину? Не в имени моём конечно, а в сложившейся ситуации, хотя и в имени тоже…
Прошёл день, неделя… месяц… А потом сбился с счета… Не спать, а только думать и думать, это я вам скажу мучения, что же чувствовали те герои-воины, которые так стояли пару тысячелетий? Иногда мимо проезжали обозы с брёвнами, пару раз прошли дети под чутким контролем гоблинов, эти дни хоть какое-то вносили разнообразие от одного и того же пейзажа пустоши. Всё чаще я представлял Гену, как там он наверно скучает по нам… Сидит такой в своей противопожарной будке, на крыше беседки и тоскливо смотрит в лес, ждёт меня… Эх, как обидно то… и поплакать не получается… Ладно я, у меня нет детей, а вот у Сан Саныча две дочки и один сынок, они же не дождутся своего папу… пропал без вести в пятом измерении… Как же рыдать охота! И команду по спасению в нашем мире не смогут послать за нами, а всему виной законы сохранения параллельных миров, будь они неладны. Маячок «заячьей норы» в нашу вселенную заложен в компьютер на основном корабле, и только нам по силам вернуться обратно.
Дождь, зной, ветер, ураган, нам было всё одинаково. Мы не чувствовали ни боли, ни жары, ни холода, только мысли — мыслились, обмысливались и замысливались, до тошноты. Хотелось кричать а не моглось… В какой-то момент я почувствовал, как у меня зачесалась нога, это была какая-та фантомная чесотка, с каждым днём всё нестерпимей и невыносимей. Я пытался молиться Богу, Аллаху, Одину… и как там называл Сансан?.. Ра… не помогало…
Однажды из воздуха, с хлопком появился мой дружок, Геннадий. Он завис в воздухе передо мной и так холодно смотрел в мои глаза. Поначалу я подумал, что брежу — к чесотне добавились «галюны», а потом понял — не, это явь.
— Родной, милый ты мой… — только не плюйтесь, вы там снобы — сюсю мусю никто не любит, а вот постойте, в качестве эксперимента, на одном месте хотя бы день, тогда может посочувствуете нам, — Гена, ты уж прости нас… мы тут немного задержались… Как там наш дом? Лишаем ещё не покрылся?
Вроде мою «думку» понял дракончик, он так бойко замахал своим чешуйчатым хвостиком и рыгнул в меня своим огненным теплом, но это от избытков чувств, это я знал. Ладно уж, жги меня огнём, всё равно камень не чувствует боли, а мне хоть какое-то развлечение. Потом Геннадий свернулся калачиком возле моих ног и заснул, теперь мне было не так одиноко… Иногда он улетал на охоту и не появлялся по нескольку дней, надо полагать, кругом выжженная земелька, далеко надо улетать за добычей. В эти дни я скучал и переживал за него, но он всё же возвращался…
Даже вы поняли, что я дурила? До меня «дошла» эта истина через пару недель!!!
— Друг ты мой ненаглядный! — стал я жечь своей мыслью мозг Гены, и представлять картинку, для лучшей визуализации, — нам нужна твоя помощь! Лети и ищи самую высокую гору в Срединном Мире, поспрашивай своих собратьев, они, может, подскажут, где она находится. Там, на верхотне растёт такое гигантское дерево (почему-то я представил сначала сосну, потом дуб, и на всякий случай, пальму, мало ли). В ветвях этого дерева висит на цепях хрустальный сундук, ты же всё-таки огненный, попытайся расплавить эти цепи! Когда сундук разобьется, из него вылетит утка, может чайка или другая какая птица, кто его знает. Тут ты уже в своей ипостаси… Ладно, забудь про «ипостась», а то голову забьешь всяким мусором. Вон у капитана, чего только нет в башке, а толку? Короче, лови этого пернатого и делай с ним, что хочешь! Только у него ещё внутри есть яичко, смотри не проглоти его в порыве чувств! Надо разбить его и там, внутри, будет игла, возможно, шило или ещё чего. И вот эту колющую штукенцию надо разломать или расплавить… тогда, мы можем ожить! Брат, как ты понял меня?
Дракоша встрепенул свои крылья и поднялся в воздух, я даже услышал его писк.
— Давай, Гена! Выручай… вся надежда на тебя! Остерегайся всю эту нежить и старайся быть невидимым!.. Ты спасёшь Срединный Мир, а я наловлю потом тебе много рыбы! Обещаю! — дракон выпустил из пасти струю огня в сторону Севера и пропал.
Глава № 24
Я отдаю себе отчёт, что Геннадий животное, хоть и очень умное и вполне он мог понять не то, что я пытался ему внести в голову. Но других вариантов у нас и не было, вся последняя надежда на нашего летуна! Ещё, наверняка, этот сумасшедший Кощей выставил препятствия и защиту на пути к этому месту, всё же смерть в игле, это его «ахиллесова пята». Бедный дракоша… взвалил я на него слишком много…
Первую неделю моя надежда была максимальной, я ждал спасения нашего с нетерпением каждую минуту. Потом прошла ещё неделя, пыл мой с каждым днём стал таять. Через месяц меня сковала депрессия, я печально смотрел на проносящие облака, изредка, сквозь тучи и смог, проступало солнце, но радости от этого не прибавлялось. Чтобы хоть как то отвлечь мозг, считал в уме, мой рекорд — двести тысяч триста восемьдесят, примерно, но потом сбился, и пришлось начинать заново. Нога продолжала чесаться, вызывая почти физическую боль, хоть бы тля какая-нибудь каменная завелась бы в ней, глядишь — развалилась и может, помогло бы…