Страница 2 из 3
Чёрная расслабилась, показывая «охотнику», что готова сдаться. Ответом ей стал довольный рык. Именно он и насторожил Зарану. Как звучит голос Данияра в двух ипостасях, она знала великолепно. И этот рык принадлежал не ему, а…
«Ворен!» – мысль ошпарила не хуже кипятка.
Мгновенно перехватив контроль и яростно зарычав, Зарана постаралась вырваться и убежать. Но разве хватит ей сил сдвинуть с места такую тушу?
Волк оглушительно рыкнул и сильнее сжал зубы, вырвав из горла волчицы жалобный скулёж. Придавив её к земле, он постарался зафиксировать гибкое тело, пока строптивица не смирится со своей участью. И чем больше она сопротивлялась, тем сильнее волк желал овладеть ей, окончательно утвердив таким образом свои права.
Только Зарана прекрасно понимала, какие желания сейчас владеют её пленителем, поэтому старательно припадала к земле, не давая волку и малейшего шанса. Не для того она так долго шла к своей цели, чтобы в решающий момент достаться другому!
Правда, вскоре волчица начала уставать. Зато волк, казалось, всё так же был полон сил и решимости покорить самку. Неизвестно, сколько бы ещё продолжалось её сопротивление, если бы неожиданно по лесу не разнёсся вой вожака. Тревожный и даже немного испуганный, как показалось всполошившейся волчице. Замерев, она вслушивалась в ночную тишину, и вскоре отовсюду начали доноситься голоса волков.
Серый мгновенно подскочил и тоже завыл. Оглянувшись на лежавшую на земле волчицу, он коротко рыкнул и мотнул головой в сторону посёлка, а сам скрылся в том направлении, откуда перед этим доносился голос вожака.
Устало поднявшись, чёрная понуро побрела вперёд. Она даже не подумала воспротивиться приказу, настолько была ошеломлена случившимся. Нападением Ворена, странным рыком вожака… А ещё неприятно побаливал загривок, на котором волк успел оставить след от своих зубов.
– Как ты могла?! – возмущалась Марита, с недоверием глядя на шею дочери. – Я столько лет ждала этого дня, а ты всё испортила!
– Мама, перестань, – устало попросила Зарана, свернувшись клубочком в глубоком кресле. На ней вновь была та же сорочка, что и в начале вечера. – Он только укусил, но не успел овладеть мной. Ты прекрасно знаешь, что по нашим законам другой волк может оспорить меня в схватке. И я надеюсь, что Данияр…
– Не говори глупостей! – Марита ударила рукой по столу и нервно потерла отозвавшуюся болью ладонь. – Он никогда не станет драться с Вореном из-за самки. Даже если это ты!
Слова матери неприятно кольнули сердце. Словно Зарана была всего лишь вещью, из-за которой не стоило ссориться. Зябко поёжившись, она обхватила себя руками. Огонь, ярко пылавший в выложенном из грубо обработанных камней камине, почему-то не согревал. И уж тем более не мог дать ответа, как ей теперь поступить.
В том, что Ворен придёт за ней, не стоило и сомневаться. Этот точно не упустит возможности поиздеваться над Зараной. Вот только она никак не могла понять, почему он решил сделать своей парой именно её. Насколько девушка помнила, друг вожака всегда презирал её и даже не стремился скрывать этого. Впрочем, она платила ему той же монетой.
– Иди, одень что-нибудь, – посоветовала Марита, неприязненно посмотрев на дочь. – Если, конечно, не хочешь идти к дому Ворена в сорочке, на потеху всему клану. А они не упустят возможности поиздеваться! Ты для некоторых была как кость в горле.
«А кто в этом виноват?» – хотела спросить Зарана, но промолчала и, встав с кресла, ушла в свою комнату. Вернее, в свою бывшую комнату…
Там, став перед раскрытыми створками шкафа, девушка некоторое время смотрела на одежду, не зная, что лучше выбрать. Вновь занывшая шея напомнила о метке, оставленной серым волком. Потерев саднящую кожу, Зарана вздрогнула от пришедшей в голову мысли.
Очень редко, но бывало так, что волк кусал волчицу, а затем, так и не соединившись с ней, уходил. Метка, конечно, через некоторое время сходила, и волчица получала шанс ещё раз обрести пару, но мало кто хотел прожить с ней свою жизнь. Ведь это считалось позором для самки – если волк останавливался на половине пути.
Мог ли Ворен так поступить с ней? Вполне возможно. И если он не придёт, то уж лучше броситься с обрыва, чем терпеть насмешки соплеменниц. В том, что они после этого житья ей не дадут, сомневаться не приходилось.
– Вот же глупая! – недовольно пробормотала она. – И о чём только думаю? Сама же не хотела, чтобы он…
Прикусив губу, девушка стукнула кулаком о дверцу шкафа. Та недовольно скрипнула и глухо ударилась о стену. Вздохнув, Зарана быстро достала первое попавшееся платье. Хотела она стать невестой Ворена или нет, неважно уже – а вот изгоем девушка точно быть не желала. Значит, нужно собраться с силами и узнать, что случилось с Данияром, и почему он отказался от нее.
В душе ещё теплилась надежда, что она нравилась вожаку настолько, что тот бросит вызов Ворену и… Грустно улыбнувшись, Зарана обвела взглядом комнату. Здесь она прожила всю свою пока ещё короткую жизнь и, казалось, знала все трещинки и зазубрины на бревенчатых стенах. Все здесь излучало тепло и уют, принося некое подобие успокоения. Неожиданно девушка сравнила свою спальню с крепостью, в которой ей было хорошо и спокойно. Жаль только, что неприступной эту крепость назвать было нельзя.
Громкий стук разнёсся по всему дому, прервав её размышления. Испуганно посмотрев на дверь своей комнаты, Зарана, прислушалась.
– Где она? – донёсся до неё ненавистный голос, и, тем не менее, девушка испытала облегчение. Отказываться, и тем самым позорить её, Ворен не собирался.
Ответ мамы прозвучал совсем тихо, но судя по приближающемуся звуку шагов, она не стала скрывать дочь.
Когда дверь открылась, а в проёме показалась высокая и мощная фигура помощника главы клана, Зарана непроизвольно вскинула голову в горделивом жесте и смерила мужчину презрительным взглядом. Годы взаимной неприязни давали о себе знать.
– Когда я отсылал тебя в посёлок, то имел в виду свой дом, – спокойно сказал Ворен, словно и не заметил неласкового приёма.
– И что мне там было делать? – холодно поинтересовалась девушка, хотя внутри всё так и дрожало от переполнявших её эмоций.
– Дожидаться меня, как и положено избраннице.
– Я не желала становиться ею!
Возмущение и обида прорвались наружу, и Зарана сжала руки в кулаки, стараясь вновь успокоиться. Вот только насмешка, светившаяся в синих глазах Ворена, ещё больше раздражала ее.
– Тогда почему ты приняла участие в празднестве?
– Я не желала становиться твоей избранницей! – повторила она.
– Но ты ею стала, поэтому сейчас без скандалов и истерик пойдёшь со мной, – холодно ответил мужчина. – Если, конечно, не желаешь стать для всех меченкой.
Вздрогнув, будто от пощечины, Зарана яростно посмотрела на Ворена. Задетая гордость не дала возможности смолчать, и она прошипела:
– Лучше стать изгоем, чем жить с тобой!
В следующий миг мужчина оказался прямо перед ней и, обхватив рукой за талию, притянул к себе вплотную.
– Ты теперь моя, а значит, только я решаю, где и в качестве кого тебе предстоит жить.
От близости мужчины сердце тревожно заныло, а внизу живота скрутилась тугая пружина. Своим непрошибаемым спокойствием он внушал ей страх. Зарана никогда не знала, чего ожидать от него. Ворен был тайной за семью печатями.
– Надеюсь, ты всё поняла? – мужчина провел подушечкой большого пальца от виска через щёку, к уголку полноватой нижней губы, и, задержав на ней взгляд, отступил на шаг. – Следуй за мной.
Глубоко вдохнув, Зарана мысленно уговаривала себя успокоиться, заодно пытаясь угомонить свою волчицу. Чёрная, почувствовав присутствие волка, заявившего на неё свои права, рвалась к нему изо всех сил. И только железная воля человеческой ипостаси мешала обороту. Такого позора девушка не пережила бы.
Не суметь удержать контроль над телом и позволить волчице ластиться к мужчине – значило признать своё поражение.