Страница 56 из 128
Когда оба искателя приключений отправились в свои комнаты, Стан бросил ремень на кресло, выдохнул и плеснул в бокал ориса из высокого хрустального графина. День отдыха превратился в очередное испытание нервов и сил. Он сделал глоток и вытащил из кармана артефакт. Небольшая пирамидка в три пальца высотой легко размещалась в центре ладони, и вся была исписана Вертилем – рунами дэвиан и Эринором – обычным рунескриптом, но таких вязей Стан не знал.
Новый сплав, явно современная плавка – артефакт к старинным точно не относился. Откуда он у Рэна? Надо будет чуть позже выяснить, а то за всеми эмоциями сейчас Стан забыл это сделать. Приходил в голову только Натан, но лучше было бы уточнить. От племянника теперь он мог ждать любого. Это ж надо изменить частоту функционирования Духа! Кто бы мог подумать! Как придут в себя, обязательно надо будет расспросить и поощрить за интересные подходы. И любопытно, что Дух подарил Айре? Похоже, что-то полезное для дэвиан.
В дверь постучали. Стан машинально отозвался, разглядывая артефакт, потом положил его в верхний ящик стола и тотчас забыл о нем – на пороге стояла Джессика. Стан поставил бокал на стол и быстро направился ей навстречу.
– Проходи. Как ты себя чувствуешь?
Он жестом пригласил ее пройти вглубь кабинета к эркеру с небольшим столом и мягкими креслами. Она выглядела бледной – без сомнений сильно устала. Но Джесс придержала его за руку и встревоженно спросила:
– С мальчишками все в порядке?
Стан хмыкнул.
– В целом, да, – посвящать ее в подробности разговора с ними он не хотел.
Джесс слегка нахмурилась, присмотрелась и явно догадалась, потому что недовольно заметила:
– Ну зачем ты так строго?
Стан мягко улыбнулся – так хотелось снова прикоснуться к ее волосам, погладить, успокоить, но, сдерживая себя, ответил:
– По тяжести проступка и наказание, Джесс. Пока я их Учитель, воспитываю так, как воспитывали меня.
– Стан, они же еще дети, – Джесс тяжело вздохнула. – А для детей нормально любопытство.
Похоже, племянница не поделилась с тетей, чем они занимались в лесу, и Стан решил ее не тревожить.
– Нормально, но не с угрозой для жизни, Джесс.
Она помолчала и нехотя кивнула.
– Возможно ты и прав, но все-таки…
Стан перебил ее, сглаживая грубость мягким тоном.
– Джесс, пожалуйста. С ними все хорошо. Неужели ты думаешь, что я могу навредить мальчишкам? – Джесс немного смутилась под его укоризненным взглядом, но Стан не дал ей ответить, подхватил под руку и проводил в эркер. Он отодвинул кресло и предложил: – Хочешь вина или сока?
Джесс садиться не стала и грустно улыбнулась, поправляя прядь волос.
– Лучше ориса.
Стан удивленно посмотрел на нее. Джесс не любила крепкие напитки. Похоже, она сильно перенервничала.
– Точно? Ты же его не любишь.
Она грустно усмехнулась, внимательно посмотрела на него и обронила:
– А ты, как всегда, все про меня знаешь. – Джесс вздохнула, а потом с шутливым вызовом произнесла: – Буду! Только совсем чуть-чуть.
Стан улыбнулся, на мгновение задумался и достал из шкафа новую бутылку ориса. Он слегка ее взболтал, раскрывая вкус напитка цвета ангрового меда, потом взял бокал с толстым дном, бросил пару ледяных камней и налил совсем немного. По кабинету сразу же поплыл приятный сливочный запах с нотками цукатов, фруктов, специй и легким оттенком дыма – этот сорт ориса относился к мягким, но превосходил качеством практически все прочие.
Джесс забавно втянула носом запах и с улыбкой приняла бокал.
– Невероятный аромат, – она сделала маленький глоток и поморщилась. – Мне так нравится, как орис пахнет, но привыкнуть к резкости вкуса не могу.
Стан подвинул ей тарелочку с лином – нежной фиолетовой ягодой, которая отлично снижала резкость и дополняла вкус. Джесс благодарно кивнула, взяла кусочек, откусила, и Стан практически заставил себя отвести взгляд от ее губ. Джессика тяжело вздохнула и тихо произнесла:
– Я думала, сегодня поседею.
Станислав сам не понял, как оказался настолько близко, крепко обнял, прижимая её к себе, как самое драгоценное сокровище. И на его удивление Джесс не стала вырываться, не отодвинулась, просто замерла – застыла, но не освобождалась из его рук. Через мимолиту, которая для Стана стала литой, он услышал ее тихий уставший голос:
– Спасибо тебе, Стан. За то, что спас детей. За то, что любишь… их, – ее слова едва можно было различить. – Я до сих пор не могу понять тебя до конца. Иногда мотивы твоих поступков для меня абсолютная загадка, но я чувствую, что Рэн тебе очень дорог.
Стан боялся лишний раз вздохнуть и спугнуть мгновение. Он чувствовал ее хрупкую фигуру в своих объятьях и сам не мог в это поверить.
Она мягко попросила:
– Отпусти меня, пожалуйста. Прости за мою слабость, я безумно испугалась за детей, – Джесс уперлась в его грудь рукой и осторожно попыталась отодвинуть, – и…
Тут она замерла. Испуганно и одновременно удивлённо посмотрела на него, крепко прижала руку к его груди, и Стан почувствовал легкий ток энергий, а потом Джесс вырвалась и отскочила. На ее лице читался страх и потрясение. Станислав растерянно смотрел на нее. Он не понимал, что происходит.