Стоунлэнд

   Я на мгновение открыла глаза и тут же зажмурилась. Вокруг всё плыло, как на карусели. Видимо, непредвиденный побочный эффект. Судя по городскoму шуму вокруг, возвращение прошло удачно. Странно только то, что, если для всех я до этого была в коме, почему тогда очнулась на улице, а не в больнице? Прохладно, однако. И голова болит так, словно меня ударили чем-то тяжёлым.

   – Какой кошмар! Как же так можно! – запричитал писклявый девичий голосок совсем близко, и чьи-то сильные руки решительно потянули меня вверх.

   – Олеся Сергеевна! Вы в порядке? - вежливо поинтересовался грубый глухой голос.

   Сделав глубокий вдох, я вновь открыла глаза и попыталась рассмотреть его обладателя. К счастью, зрение стало постепенно фокусироваться, и передо мной проявился здоровый лысый мужик с лицом, не выражавшим никаких эмоций. Интересно, откуда он знает, как меня зовут?

   – Вы кто? – напрямую спросила я незнакомца, аккуратно поднимаясь на ноги. – И что это за место?

   Оказалось, что лежала я на асфальтированном, слегка заснеженном тротуаре. В сапогах и длинной шубе. Судя по всему, на календаре уже где-то середина зимы. По правую сторону стоял припаркованный чёрный джип, слева располагалась стеклянная витрина какого-то торгового центра.

   – Ой, мамочки! Амнезия! Вы совсем ничего не помните? - снова запричитала обладательница писклявого голоса, которая оказалась юной девушкой лет пятнадцати. – Вам горшoк прямо на голову упал! Бывает же такое, не ближе, не дальше, как специально!

   – Я водитель Ваш, Андрей. Вы только вышли из магазина,и тут этот горшок! – представившись, подтвердил её слова мужчина. – Я с машины выбежал, смотрю, Вы не шевелитесь, так…

   – Будешь тут шевелиться! Махина такая стукнула! – бесцеремонно перебила Андрея девица. – Давно уже говорила, что надо запретить товар на балконах выставлять. Они такой рекламой скоро точно кого-нибудь прибьют ненароком!

   – Олеся Сергеевна, может быть, в больницу поедем? Как Вы себя чувствуете? - заботливо спросил водитель, открывая дверь автомобиля. – Или лучше сразу домой?

   – Домой, - коротко ответила я, садясь в машину.

   «Мне на голову упал горшок. Сейчас зима. У меня есть водитель. Он назвал моё имя», – мысленно суммировала я полученную информацию. Бросила беглый взгляд в зеркало заднего вида и увидела в отражении СВОЁ лицo. Хорошо. Хоть что-то радует. Итак, что в итоге? Имя моё, тело моё. Жизнь не моя.

   Игнат хорошо меня подготовил. Я всё-таки смогла переместиться из Стоунлэнда, не используя амулет. Только вот вопрос: куда?

   Где-то спустя час мы подъехали к дoму. Дом оказался двухэтажным загородным особняком, с колоннами и большим приусадебным участком. Андрей припарковал машину у входа и торопливо открыл мне дверь.

   Внутри всё выглядело не менее помпезно, чем снаружи. Интерьер каждой комнаты был продуман до мелочей. Роскошная мебель, картины в золотых рамах, сверкающие люстры… Этот дом напоминал небольшой дворец, хозяева которого явно были баснословно богаты.

   – Олеся Сергеевна, прошу прощения, - обратилась ко мне женщина средних лет в униформе горничной, когда я, осмотрев второй этаж, спустилась в гостиную. - Α Даниэль Дмитриевич сегодня будет ужинать?

   – Α Даниэль Дмитриевич это кто? - ответила я вопросом на вопрос, не зная, что сказать.

   Сначала женщина посмотрела на меня, как на сумасшедшую, но уже через мгновение, видимо, заподозрив в этом простом вопросе какой-то подвох, испуганно ответила:

   – Даниэль Дмитриевич – это Ваш муж.

   Не знаю, какие эмоции отразились на моём лице, но горничная поспешила скрыться из поля зрения, оставив меня одну в полной растерянности посреди гостиной.

   Личный водитель, дорогая машина, огромный особняк, а теперь ещё выясняется, что я замужем. Ничего не скажешь, чем дальше,тем интереснее.

   Даниэль… Мне хотелось верить, что в этoй реальности мой муж не просто человек с таким же именем, а именно тот Даня, которого я знала и любила, и что он объяснит всё происходящее вокруг. В то же время внутреннее чутьё подсказывало, что слишком надеяться на это не стоит, поэтому для начала я решила самостоятельно собрать хоть какую-то информацию из доступных источников.

   Первым таким источником стал компьютер, который я заприметила в небольшом кабинете на втором этаже. К счастью, он не был защищён паролем и имел доступ в интернет. На жёстком диске каких-либо полезных файлов я не обнаружила, а вот Всемирная паутина располагала довольно интересной информацией.

   Итак, три года назад свадьба сына местного миллионера Дмитрия Лисицина, сколотившего своё состояние на бизнесе, связанном с добычей редкоземельных искoпаемых, и дочери известного хоккеиста Сергея Калинина была чуть ли не самым обсуждаемым событием в городе. Их дети – Даниэль и Олеся (которые, судя по фотографиям, были абсолютными копиями Дани и меня) – познакомились совершенно случайно на вечеринке, посвящённой открытию новой спортивной площадки.

   Роман развивался стремительно, и уже спустя три месяца они поженились, устроив грандиозное празднование, фотографии с которого в изобилии были представлены во всех местных интернет-изданиях. В многочисленных интервью молодожёны охотно делились с журналистами своими планами и мечтами.

   «Мне несказанно повезло, что у меня такая замечательная жена. Я благодарю судьбу за нашу встречу и надеюсь, чтo никакие жизненные испытания никогда не смогут разрушить наш союз!» – эта фраза, сказанная Даниэлем во время одной из пресс-конференций, цитировалась практически в каждой статье.

   Идеальная пара, которой пророчили не менее идеальное будущее. Только вот уже через год семейной жизни что-то пошло не так.

   «Даниэль Лисицин и его горячие поклонницы», «Треснутая чаша любви», «Горький запах измен» – громкие заголовки статей говорили сами за себя. Только теперь супруги Лисицины уже не спешили приоткрывать занавес своей личной жизни, и журналистам приходилось довольствоваться компрометирующими фотографиями и комментариями из уст не очень близкого окружения.