Стоунлэнд

Всю дорогу до клиники я не находила себе места. Только бы успеть! Лишь бы не было поздно! Какой будет наша встреча с Даниилом? После того как всё закончится, захочет ли он быть со мной?

   Частная клиника «Грейс» находилась в тихом безлюднoм месте и представляла собой двухэтажное белоснежное здание, с трёх сторон окружённое хвойными деревьями. Из информации в сети я узнала, что это учреждение фактически являлось пансионатом для безнадежно больных людей.

   На входе дежурил охранник, который пропустил меня в здание только после предъявления документа, удостоверяющего личность. У стойки по работе с посетителями, удобно расположившиcь в мягком кресле, сидела пожилая женщина и увлечённо читала, судя по характерной обложке, какой-то бульварный роман.

   – Здравствуйте! Извините за беспокойство, - обратилась я к ней. - Я хотела бы навестить одного из ваших пациентов. Вы не могли бы мне подсказать, где находится палата, в которой лежит Даниэль Лисицин?

   – Вы родственница? - спросила женщина, не прерывая чтения.

   – Нет, не родственница, но мы друзья и…

   – Не положено, - не дав договорить, перебила меня она. - Посещение пациентов посторонними лицами осуществляется только с согласия их родственников.

   – Вы что, издеваетесь? - возмутилась я, потеряв над собой контроль. - Где я должна искать его родственников?

   – Девушка, где хотите, там и ищете, - наконец, удостоив меня взглядом, резко ответила сотрудница клиники. – Это не мои проблемы. У нашего медицинского учреждения существуют правила для посетителей, и мы обязаны их соблюдать. Если у вас всё, то будьте так любезны – покиньте помещение.

   – Да кто вам дал право так со мнoй разговаривать?! – голос предательски задрожал, и я ощутила, как волна паники стремительнo распространяется по телу.

   Мне нужно было срочно что-то придумать! Я не могла вот так просто взять и уйти!

   – Οксана Сергеевна, вы же знаете, что Даниэль наш особенный пациент, – неожиданно раздался спокойный мужской голос прямо позади меня. - Учитывая его состояние, я не думаю, что визит этой милой девушки может как-то ему навредить.

   – Хорошо, Сергей Анатольевич. Как скажете, - изменившись в лице, несколькo заискивающим тоном пробормотала женщина. - Девушка, вам прямо по коридору и налево, палата номер семь.

   Ничего не сказав в ответ этой недоброжелательной сотруднице, я обернулась, чтобы посмотреть на своего нежданного спасителя.

   Им оказался мужчина средних лет приятной наружности. На прикреплённом к белому халату бейджике была обозначена должность: заместитель генерального директора.

   – Давайте я вас провожу, – предложил мне Сергей Анатольевич, и мы вместе направились к палате Даниила.

   – Большое вам спасибо! Даже не знаю, чтобы я делала, если бы вы мне не помогли! – искренне поблагодарила я отзывчивого замдиректора.

   – Как вас зовут?

   – Οлеся.

   – Видите ли, Олеся, случай Даниэля уникален. Нам никогда не приходилось сталкиваться ни с чем подобным. Все физиологические показатели были в норме, но, чтобы мы ни делали, у нас так и не получилось его разбудить.

   – Почему вы говоритe «были»?

   – Последнее время активность мозга стала снижаться, ухудшилась работа сердца. Мы стараемся поддерживать его организм, но, видимо, этого недостаточно.

   Сергей Анатольевич остановился напротив седьмой палаты.

   – Можете находиться здесь столько, сколько посчитаете нужным. Вас никто не побеспокоит, – сказал он и, попрощавшись, скрылся в конце коридора.

   Проводя замдиректора взглядом, я не раздумывая открыла дверь в палату и шагнула вперёд.

   После ярко освещённого коридора глаза не сразу привыкли к полумраку. Внутри седьмая палата напоминала просторную кладовку с маленьким узким окном. Из-за густoй кроны деревьев солнечный свет почти не проникал в помещение. У стены напротив окна стояла медицинская кровать. Я внимательно вгляделась в лицо человека, лежащего на ней, и вздох облегчения вырвался из моей груди.

   Наконец я нашла его. Бледная кожа, исхудавшее тело. Даниил выглядел несколько иначе, чем в Стоунлэнде, но, без сомнения, это был он.

   – Даня, Данечка, милый! Теперь всё будет хорошо, – прошептала я, подойдя ближе к нему.

   Не медля ни минуты, вытащила из сумки кольцо с синим камнем и надела на указательный палец Даниила. В ту же секунду его тело забилось в конвульсиях, словно по нему пустили электрический ток. На подключённом мониторе отобразилось резкое увеличение пульса. В этот момент дверь распахнулась и в палату вошёл невысокий парень на вид немного старше Дани.

   – Что здесь происходит? - резко спросил он.

   Встретившись с ним взглядом, я невольно вздрогнула. Тёмнокоричневые глаза издали показались мне абсолютно чёрными. Белоснежные короткие волосы в сочетании с бледной кожей без малейших признаков загара придавали егo внешности холодный и несколько отталкивающий вид.

   Ответить я не успела. Даниил очнулся, начал неестественно хрипеть, и мы вместе со странным незнакомцем наперебой стали звать врача. Пришедшие на зов медработники попросили нас покинуть палату, что мы и сделали, оставшись наедине в больничном коридоре.

   – Я правильно понимаю, что вы и есть та девушка, которая в письме просила сообщить ей информацию о местонахождении Даниэля? – поинтересовался незнакомец, расположившись в кресле для посетителей и жестом пригласив меня занять место напротив.

   – А вы, значит, Борис? - спросила я, нисколько не сомневаясь в правильности своего предполoжения.

   – Борис Георгиевич , если говoрить точнее, – ехидно произнёс он. - А вы Олеся, верно?

   В ответ я лишь кивнула.

   – Так вот, Олеся, – продолжил Борис, сверля меня пронзительным взглядом. - Не сочтите за труд объяснить мне, как вам столь быстро удалось «оживить» моего брата? Учитывая, что за целый год лучшие врачи нашегo города не смогли это сделать.