Страница 85 из 91
— Что ты делаешь?
— Тебе следует снять очки.
— Зачем?
— За тем, что я предложил. — Он бросил ткань на кровать, быстро пересчитав полоски. Затем отступил и осмотрел кровать: — Как у нас всё получится без столбиков у кровати?
Дагмар просто вытаращилась на него.
— О чём ты говоришь?-
Он щёлкнул пальцами.
— Знаю, — Гвенваель быстро связал полоски и объяснил: — Я понимаю, что должен доказать тебе свою любовь. Для людей это обычно означает убийство кого-то или чего-то, но драконы делают это постоянно, так что для нас это не особенность.
— Что всё это значит?
— То, что я должен предъявить на тебя полноценные права.
— Полноценные?
Он закончил завязывать полоски и распластался на полу. Затем положил один конец на кровать, а другой — на пол, вытаскивая конец с другой стороны. Встав, он обошёл кровать и положил ткань поверх постельного белья.
— Теперь этот кусочек — твой выбор…
— Мой выбор?
Ему нравились нотки замешательства и разочарования в её голосе. Было нелегко застать Зверя врасплох.
— Теперь у тебя есть выбор: ты можешь раздеться и подчиниться — я думаю, это бы сделала моя бабушка — или мы можем сойтись в поединке. — Он поднял кулаки в стандартной боксёрской позе, наслаждаясь тем, как она начала смеяться, затем остановилась, снова надменно нахмурившись. — Так поступила Аннуил. Или ты можешь сбежать.
Дагмар нахмурилась ещё сильнее, посмотрела на разорванные простыни и снова на Гвенваеля, который выгнул бровь, и выражение её лица прояснилось.
Тогда она и попыталась сбежать.
Как она попала в такую ситуацию? И почему решила наслаждаться ей? Но что ещё она могла сделать, когда добралась до двери и потянулась к замку, только чтобы Гвенваель схватила её за талию. Она ударила ногой ему по щиколотке и оттолкнула.
— Ой! Гадюка!
— Зачем ты свою мать вспомнил?
Она снова потянулась к замку, но Гвенваель оказался прямо за ней. Она увернулась от его хватки и побежала через комнату. Дракон был всего в нескольких секундах позади, поэтому она бросилась к кровати, запрыгнула на неё и перебежала на другую сторону, чтобы броситься прямо в его объятия. Физически она медленная и в лучший день, но драконы двигались в несколько раз быстрее. Даже в облике людей.
Гвенваель прижал Дагмар к стене, с нетерпением срывая с неё платье, и опустошительно целуя. Она ударила его кулаками по плечам, а ногами по голеням и коленям. Дагмар знала, что попала во что-то важное, когда он хрюкнул и отстранился. Но он просто смог развернуть её и прижать грудью к стене, а самому навалиться на неё всем телом, удерживая на месте, пока не закончил срывать. Она застонала, когда он лизнул её в шею, и взвизгнула, когда он укусил за лопатку. Он скользнул рукой ей между бёдер и проник в лоно двумя пальцами. Дагмар задрожала и взяла другую руку, лежащую на её плече, поднесла ко рту, целуя и облизывая пальцы, пока он не расслабился. Именно тогда она прикусила плоть между его большим и указательным пальцами.
Гвенваель вскрикнул и отошёл, освобождая Дагмар. Он попытался вынуть руку, но она не разжимала зубы, улыбаясь.
— Отпусти меня, женщина!
Её улыбка стала шире, к его большому раздражению.
Гвенваель потянулся к ней свободной рукой, но Дагмар продолжала отступать или уворачиваться в сторону. Всё, что угодно, лишь бы держаться подальше от него.
Он нахмурился, уставившись на свою руку.
— Это кровь?
Она радостно кивнула.
— Сумасшедшая женщина, — пробормотал он. Зверь, и есть зверь!
Дагмар пожала плечами, слишком довольная собой. У кого было время на подобные глупости? Нужно составить планы, организовать поставки, отправить сообщения. Всегда были важные дела, и в перечень не входило. И всё же, ей было весело. Действительно ли имело значение, что время от времени она получала небольшое удовольствие, которое не включало в себя манипулирование другими и, в конечном счёте, мир или войну её народа? Было ли неправильно тратить время на себя и дракона, которого обожала? Которого любила? Она действительно любила его, и знала это, когда впивалась зубами в его плоть, и вкус его крови заполнил рот. Она любила Гвенваеля Растлителя всем своим жестоким, чёрствым, равнодушным сердцем. И тот факт, что она причиняла ему неудобство, а он не бил ей, говорил, что он тоже её любит.
Это будет ненормальный союз. Ему бы и в голову не пришло принести ей цветы или устроить романтический ужин. И он всегда флиртовал с другими, если это заставляло улыбаться или давало ему то, что он хотел.
И всё же Дагмар знала, что может рассчитывать на то, что Гвенваель всегда будет верен, всегда будет защищать её, смешить и относиться так, как будто она важна, и никогда не будет играть с ней в игры. И она чувствовала уверенность во всём этом, потому что знала, к его любви к ней примешивалось немного страха. В конце концов, их верность и преданность будут принадлежать их семьям и их народу. Но они будут преданы друг другу. Ну… и, конечно, её собакам. Но он мог бы выяснить это позже.
Капля крови упала на пол, и Гвенваель закричала:
— У меня кровь! Смерть придёт за мной!
Дагмар не отпустила его руку, но с отвращением закатила глаза. И лишь это ему было нужно, чтобы отвлечь её. Вытянув свободную руку, он схватил грудь Дагмар, большим и указательным пальцем сжав сосок, слегка покручивая.
Гвенваель облизнулся и заставил Дагмар застонать, а тело задрожать.
— Дай мне свои красивые сиськи, леди Дагмар. — Она подсинилась, придвинувшись ближе, чтобы он не применял какую-либо силу. — Умничка. — Он просунул руку ей под зад, приподнимая так, чтобы обхватить губами грудь и с силой втянул в рот сосок, дразня языком кончик. Дагмар обняла его руками за шею, а ногами за талию. Чудесное ощущение его губ привело Дагмар к кульминации. Тело затрепетало, пока она, наконец, не отпустила его руку, чтобы запрокинуть голову и застонать.
— Ха-ха! — воскликнул он, выпуская изо рта её грудь и вскинув раненную руку в воздух. — Так просто, леди Дагмар.
Он отнёс Дагмар на край кровати, хотя она сопротивлялась, но на этот раз он держал свои конечности подальше от её рта, развернул и толкнул на матрас.
— Теперь я не могу обещать, что будет не больно, но обещаю, что оно того стоит.
Прежде чем она успела подняться, он привязал её запястья разорванными простынями. Если бы она потянула одну руку, то чуть не вырвала бы другую из сустава.
— Гениально, — усмехнулась она.
— Правда? — Он на мгновение откинулся на пятки. — Не скажу, что не доверяю тебе, но не доверяю твоим ногам. Они хитрые.
— В смысле?
Он ответил, обвязав простыни вокруг её лодыжек, а затем к ножкам кровати.
— Теперь просто идеально.
— Тебе когда-нибудь надоедает быть таким умником?
— Нет! — Он придавил её к кровати. — Не двигайся. Мне нужно несколько минут, чтобы осмотреть своё полотно.
Этот звук встревожил её.
— Твоё что?
— Ты двинулась.
— На то есть веские причины.
Он наклонился и спросил:
— Ты хочешь, чтобы я оказался внутри тебя или нет?
— Нет, — решительно ответила Дагмар.
— Забыл, с кем имею дело, — пробормотал он.
— Очевидно.
— Никогда не задавай трудных вопросов, — сказал он, скользнув двумя пальцами в её ноны. Она уже была влажной и готовой, а его пальцы только пробуждали отчаянное желание. Он гладил её, казалось, целую вечность, время от времени другой рукой касаясь клитора, как напоминание о том, что ей действительно нужно. Когда она поднимала бёдра при каждом толчке, и стонала в постель, он остановился.
— Итак, миледи Дагмар… Хочешь, чтобы я был внутри тебя или нет?
— Да, — прошипела она сквозь стиснутые зубы.
— Хорошо. Тогда не двигайся. Это очень точная работа.
Она снова закатила глаза и задумалась, какого чёрта он там делает.
Сначала она почувствовала жар и подумала, что с его стороны было довольно невежливо сжигать её без разрешения. Разве среди их вида не существовало правил для подобных вещей? Потом боль усилилась, и она не могла объяснить, откуда та взялась. Она чувствовала это всем телом, от пяток ног до макушки головы. Не уверенная в том, что, чёрт возьми, Гвенваель делает, но, как всегда, доверяя ему, она стиснула зубы, пытаясь сдержать крики. Его пальцы коснулись её лона, и крик сорвался с губ, когда она достигла оргазма, цепляясь пальцами за постель, а тело содрогнулось от силы.