Страница 26 из 40
Я молча пошёл по направлению к выходу с мостика. Думаю, задерживаться мне не стоит, ведь если я ещё немного задержусь, адмирал может случайно улететь поплавать и уже никогда не вернуться. У меня ведь разговор короткий, а наездов я не люблю. Если не умеешь держать себя в рамках приличий, не стоит общаться с людьми. Сиди себе где-нибудь дома и ори там на стенки, сколько угодно.
— Пошли все вон с моего мостика! — опять послышался вопль адмирала.
— Н-да. Нервный он какой-то, — пробормотал я себе под нос.
А вот то дерьмо, которым набита голова этого Кадзи мне совершенно не понравилось. Думаю, стоит его навестить чуть позже. Шпионы мне не нужны, особенно с тем, чего и сколько я уже успел в НЕРВ натворить, а уж тем более тройные шпионы. Этот крендель работает и на НЕРВ, и на SEELE, и на японскую армию. Мерзкий он человек. Ну, точнее, SEELE я уже упразднил, а вот этого — пропустил. Оказывается, они и не знали, что он шпион. Да он уже прикидывает, как бы соблазнить Мисато, чтобы через неё подобраться ближе ко мне и к внутренним секретам НЕРВ, а заодно уже прикидывает, кому бы ещё пихнуть эту информацию и за сколько.
***
— …и когда я экстерном закончила школу, я поступила в университет, закончив и его с отличием.
Аска всё продолжала хвастать, пытаясь всячески задеть меня. И то, что я вообще никак на неё не реагировал, бесило её неимоверно. Прям до зубовного скрежета. Это и есть психоз. Вот если, к примеру, Мисато спокойно смогла перебороть свои замашки и теперь общается и со мной, и с Рей нормально, то у Аски злость только нагнеталась, словно скороварка, грозящая взорваться. Детские травмы, наложенные на психическую болезнь плюс комплекс неполноценности, ведь тот самый Кадзи уже сказал ей, что мы успешно завалили уже трёх Ангелов, складываясь — выливался в некую гремучую смесь.
— …эй, третье дитя! Ты оглох? — продолжала разоряться та.
В этот раз мы находились в матросской кают-компании, где отдыхали простые работяги. Таким нехитрым образом Адмирал показывал, насколько он нам не рад, а находящаяся тут матросня, в этот самый момент с интересом следящая за Аской и моей реакцией, делала ставки.
— Аска! Немедленно оставь Синдзи в покое! — крикнула на неё Мисато, но та проигнорировала её и подошла ко мне, стоящему к ней спиной и созерцающему океан через узкий иллюминатор.
— Эй, ты! Чурбан! Ты вообще меня слышишь, или ты такой тупой, что даже не понимаешь человеческий язык? — протянулась её рука, чтобы дать мне подзатыльник.
А может они с Мисато в одной школе учились? — подумал я, перехватывая и выламывая её руку.
— Ай-ай-ай, ты что, мне же больно! — заорала Аска.
— Скажи мне, Аска, у тебя вообще инстинкт самосохранения есть? — спросил я у этой рыжей дуры.
— Ай! Отпусти меня, извращенец, мне больно.
— А станет ещё больнее, потому что, если ты не заткнёшь своё поганое хлебало, я выкину тебя за борт, и на этом всё закончится, — сказал я и отпихнул её от себя.
— Аска! Сядь и заткнись! Это приказ. — рявкнула Капитан Кацураги.
— Девчонку ты побил, герой, а меня так же сможешь? — выкрикнул один из матросов в робе сержанта-техника. Это был высокий и мускулистый бугай почти двухметрового роста, который ухмылялся мне кривой улыбкой.
Пребывание на этом корабле уже достало меня до печёнок.
— Запросто. Есть ещё кто-то, кто хочет заступиться за эту стерву? — указал я на лежащую на полу в слезах Аску.
Из толпы вышли ещё двое матросов.
— Придётся поучить тебя манерам, сопляк, — высказался один из них, одетый в яркий жилет с флуоресцентными полосами, который хорошо видно в любую погоду и днём, и ночью. Видимо, это был ответственный на взлётно-посадочной площадке.
Я вышел на центр зала прямо рядом с ними и заявил:
— Нападайте все вместе.
*** Мисато. ***
Мисато была вне себя от ярости на эту рыжую корову, на Адмирала, на Кадзи и на всех этих придурков из матросни. Теперь она начала сама понимать Синдзи. Очень уж хорошо понимать. Она ведь старается защитить этих людей. Уберечь их от смерти, а они же ещё и плюются на неё, ставят ей палки в колёса и ненавидят за то, что она просто не желает им смерти.
А ведь Синдзи много раз рассказывал именно про такие ситуации, когда ты помогаешь людям, стараешься, а тебя же ещё и ненавидят за это. А ведь он прошёл через такое за свои жизни очень много раз. Именно поэтому он так ко всем и относится. Всегда тактичен, всегда вежлив, но никогда не терпит хамства и не даёт садиться себе на голову.
Его теперешнее поведение с Аской это ещё верх самоконтроля и самообладания. Будь у неё столько силы и возможностей, сколько у него, весь тихоокеанский флот уже давно бы перестал существовать, ну или у него бы появился новый Адмирал, посговорчивей.
А Аска? Чего она на него взъелась? Сама ведь виновата. Синдзи ведь ни словом, ни жестом, ни даже бровью не намекнул на своё отношение к Аске, и вдруг такая враждебность.
Мисато закрыла лицо рукой в классическом, известном всем жесте. Все её призывы к порядку, даже прямой приказ не подействовали на Аску. Как же сложно с подростками... Ну тут, перед всеми Мисато не хотела выносить сор из избы, но как только они приедут в Токио-3, разнос, который она устроит Аске, будет эпическим! Мисато даже подумывала посадить её на пару суток на гауптвахту за такое непослушание, а уж когда Синдзи явно вывели из себя матросы, решившие показать “сосунку” его место… Мисато приготовилась к проблемам.
Синдзи вышел на свободное пространство, и когда тройка матросов бросилась на него вместе, банально пропал из видимости, а секунду спустя три изломанные и стонущие куклы, раньше бывшие матросами, с явно стоящими под неестественными углами руками и ногами, с выломанными пальцами и разбросанными по полу зубами уже валялись на полу, живописно раскиданные в неестественных позах. Похоже они ещё очень долго не встанут в строй, если вообще будут способны продолжить служить в ООН. Вот что значит не на того нарвались.
— Мисато, ты как хочешь, а я не намерен больше терпеть такое. Ты со мной или остаешься? Если мы не уйдём, начнутся разборки, и кончится это тем, что тихоокеанский флот ООН перестанет существовать, — послышался голос Синдзи, уже стоящего рядом с ней.
— А вернуться мы сможем? — вырвалось у неё на автомате.
— Сможем в любой момент.
Мисато оценила обстановку трезво. То, что сейчас сказал Синдзи, было правдой. Сейчас прибежит военная полиция и начнёт наезжать на всех подряд. Синдзи попытаются арестовать, а он такое терпеть не будет, и тот самый сценарий с потоплением всего тихоокеанского флота, ну или хотя бы вот этого самого авианосца, на котором они находятся в данный момент, становится реальностью. Мисато бросило в холодный пот, и она взвесила всё именно как военный командир.
Что лучше… прямо сейчас потерять доверие существа, от которого зависит выживание человечества и который уже спасал их и лично её из лап смерти несколько раз, или…
А что или? На самом-то деле, ну вот что она теряет? Уважение Адмирала? Да она его не имела изначально, и его она уже ничем не заслужит. Уважение от Аски? Так вот как раз Аске она ещё покажет, когда они прибудут на берег. Карцер по ней плачет, и как только они сойдут на берег, Аска, за своё поведение и несоблюдение приказов пойдёт на трое суток в карцер.
Мисато встала, поправила одежду и, ни на кого не глядя, подошла к Синдзи.
— Идём, — серьёзно сказала она.
Они вышли из помещения, зашли за угол и исчезли с авианосца.