Страница 56 из 181
Глава 20
Сареф плывет в какой-то безраздельной тьме, где не должно выжить ни одно живое существо. Но вампир продолжает существовать, а через некоторое время получается даже прийти в сознание. Сила Древних вампиров защищает от нахождения в пустоте, где нет Путей, хотя это не совсем можно назвать космическим вакуумом.
Юноша удивлен тому, что легко может здесь находиться, но потом вспоминает, что использовал «Кровавый пир» на Героне. Совокупная мощь Темпкрова и Фаратхи помогла одолеть ослабевшего врага, и сейчас сила Герона принадлежит Сарефу.
«Точнее, так говорить не совсем правильно», — корит сам себя вампир. Поглощение души еще не значит, что она не попытается уничтожить вампира, если он ослабит сдерживающее заклятье. На самом деле будет не очень хорошо, если вдруг Герон захватит тело и таким образом вернется в мир живых, хоть и не будет самим собой на 100 %. Алый меч Короны Штормов тоже полностью возвращен в башню, а временная сила Фаратхи исчезла.
Разум немедленно начинает анализировать ситуацию. Многие скажут, что Сареф не особо умеет вдохновлять и проявлять видимую эмпатию по отношению к окружающим, но все в один голос скажут, что котелок у него варит. И чем сложнее встает задача, тем даже интереснее. Да, именно что интереснее, юноша не понимает, когда начал думать о таком. «Похоже, Темпкров все же повлиял на мою личность».
Родоначальник Линии Крови славился тем, что являлся идеальным хищником. И как хищник, он научился получать удовольствие от охоты. А охотник может гнаться не только за дичью, но и за ответом для сложной задачи и за победой в неравной схватке. Мысли скачут от одного решения до другого, пока не приходит озарение.
Сареф закрывает глаза и погружается в мысленный мир, где над мертвой равниной возвышается Мхтаранг Окула с вонзенным мечом, а на небе сияет алая луна, что закрывает собой свет солнца души Герона. Сареф начинает ослаблять цепи с двух душ одновременно. Над башней поднимается циклон, пока исполинский алый меч тянется рукоятью к небу.
А над головой луна начинает смещаться в сторону, прекращая искусственное затмение. Темпкров скован пактом с Древнейшим и Сарефом, а вот Герон нет. Поэтому бывший бог солнца сразу усиливает атаку на разум носителя, чтобы наводнить своими воспоминаниями и знаниями, а также подавив своими ценностями. Это могло быть опасно, но Сареф лишь снял намордники с лютых псов, которые по-прежнему остаются в клетке.
Это закономерно приводит к тому, что они начинают грызться между собой. Корона Штормов не обещал Древнейшему, что не будет атаковать другие поглощенные души. Герону же нужно сначала одолеть могущественную душу собрата перед тем, как начать завоевание Сарефа. Две великие силы начинают взаимно друг друга сдерживать, а разбрасываемую ими силу Сареф будет использовать для своих нужд.
Юноша вновь открывает глаза и видит в пустоте пульсирующий алый овал. Легко узнать работу Легиона, теперь чувства действительно выходят на совершенно другой уровень. Сареф ныряет в портал и оказывается на Путях, где стоит Золотой Град. В глаза тут же ударяет солнце, а рядом возвышаются золотые здания. Даже без Герона этот мир продолжает существовать, но всего за пару лет придет к упадку, а после тоже растворится в пустоте.
— Молодец. — Хватил высший вампир. — Ты не только победил Герона, но сумел еще поглотить его.
Сареф встает и смотрит на выживших вампиров. Почти никто не пострадал, так как нежить после бегства Герона и Хейдена предпочла отправиться на другие Пути, где кипит еще более масштабная война. После вампир проверяет количество выживших их центрального мира:
Выжившие жители: 10
Осталось всего восемь жителей центрального мира, хотя после разрушения тех Путей все должны были умереть. Хейден в одиночку бы не успел перенести их обратно на этот Путь. «Ладно, это никуда не уйдет».
— Двигаемся дальше по плану или есть изменения? — Спрашивает у Легиона.
— По плану. Сейчас на других Путях гремит война между духовными существами, демонами и нежитью. Пора и вампирам к ней присоединиться.
— Нас осталось мало.
— Демонов тоже немного, а по сравнению с духовными существами, коих на Путях миллиарды, даже Могильная Мгла кажется песчинкой.
— По-настоящему боеспособных духовных существ у них не так уж много. Я переживаю насчет мэтра Вильгельма. Он чертовски умен и является стратегическим гением. Он вступил на тропу войны с подготовкой, что лучше даже нашей.
— Ничего не поделать. — Пожимает плечами высший вампир. — К тому же ты стал сильнее, так что можешь попробовать скрутить его в бараний рог.
— Нет, я по-прежнему остаюсь старшим вампиром. И биологически, и физиологически, и психологически. Герон и Темпкров сейчас борются внутри меня, так что я не могу использовать полную их силу. Если и стал сильнее, то все равно чуть слабее высших вампиров, хоть и намного сильнее старших.
— А если запереть Герона и воспользоваться только помощью Короны Штормов, который обещал сохранность твоей души?
— Я просто развалюсь. Барьер Темпкрова я возвел на фундаменте того, что создал мэтр Вильгельм. При всем желании я не могу повторить его шедевр. Барьер же вокруг Герона я создал почти что инстинктивно, а результат получился топорным. На поддержание этого барьера уходит колоссальное количество ментальных сил, поэтому я решил дать своим внутренним демонам сдерживать друг друга и освободить меня от этого занятия.
— Внутренние демоны, ха! — Смеется Легион. — Ладно, я понял. Тогда еще немного отдохнем и отправимся прочь отсюда. Тебе ведь нужно время, чтобы подготовить удар?
— Да.
— И поговори с Кастулом, пожалуйста. Я его тоже успел вытащить.
— Мне поговорить? Разве не ты его бог-отец? — Удивляется Сареф.
— Он в смятении, а ты ближе к людям, чем я. Он дрался с магистром Клаусом Видаром во время штурма Золотого Града, а после был насильно перемещен на другой Путь, где заснул волшебным сном. Все же Герон не мог выбрать, кого брать или нет, так что забрал всех, кто не является вампиром, нежитью или демоном.