Страница 140 из 181
Глава 48
Две силы сталкиваются над пропастью с чудовищным грохотом и светопреставлением. Копье из солнечных лучей вонзается в щит, сотканный из отрицательной энергии, а после пробивает защиту и сносит лича как раз в зал, где находится Громовой отряд.
Микилинтурин подхватывает Элизабет, а Клаус — Йорана. Элин в этом плане в помощи не нуждается, хоть и не может соперничать в скорости с мастерами боевых искусств.
Небольшое промедление сослужило плохую службу, так как поток ветра ударил в спину и понес кубарем вперед. Эльфийка остановилась только потому, что магистр Видар подхватил второй рукой. Лич лежит на полу посреди зала, и над мертвым телом поднимается настоящий пар. Элин быстро приходит в себя и снова против воли устремляет взор на того, кто однажды заменил отца.
Сареф перешагивает через пропасть. Это действительно выглядело как шаг! Не прыжок, не полет, не телепортация. Вампир просто шагнул в пропасть, а потом пространство исказилось, извернулось и постелилось под ступню уже на другой стороне «колодца». Глаза просто не могут проанализировать произошедшее, но разум думает вовсе о другом.
Впервые после прощания в Порт-Айзервице Элин снова встретилась лицом к лицу с Сарефом. Он действительно почти не изменился, ведь кровопийцы получают долголетие при достаточном «питании». На лице юноши нет никаких особенных эмоций, даже равнодушия, за которое получил свое прозвище. Разве что усталость, что скользит во взгляде.
Элин часто воображала себе встречу с Сарефом и обещала себе, что обязательно убьет его. Но когда приходит черед делать дело, то тело и разум входят в ступор. Очень трудно понять, что это за чувство, но оно какое-то неестественное. Только через несколько секунд в памяти возникает картина ночной площади в Петро и гнома-вампира.
Тогда одно лишь присутствие высшего вампира лишило сил и воли. Сейчас происходит то же самое, фигура Сарефа словно излучает силу, что вполне физически сковывает движение. И при этом еще атакует разум, заставляя дрожать как осиновый лист. Сейчас девушка не знает, что делать.
А тем временем противостояние высшей нежити и старшего вампира входит в активную фазу. Раскаленный клинок оставляет в воздухе размытый след и блокируется черным клинком в руке Сарефа, по острому лезвию которого бежит священный огонь Герона. Лич обладает феноменальной силой, скоростью и прочностью тела, но быстро победить противника не может.
Сареф не пытается соревноваться в физической силе, и наносит более изощренную атаку, заставляя пространство вокруг врага повернуться на сто восемьдесят градусов. Вместе с кусочком территории поворачивается и высшая нежить, чем открывает спину для удара. Новое солнечное копье пронзает фигуру, которая исчезает в черном облаке. Похоже, победа осталась за вампиром.
Элин пытается заставить себя сделать хоть бы шаг, раскрутить внутреннюю энергию, ведь теперь предатель целого мира стоит перед Громовым отрядом. Нужно защищаться и атаковать, но сначала предстоит заставить тело двигаться.
«Ну же!» — мысленно орет на себя эльфийка.
Но среди товарищей есть как минимум двое, кто гораздо лучше справляется с невыносимым давлением. Клаус Видар лишился физического щита, но может использовать техники и без него. Микилинтурин начинает испускать яркие разряды внутренней энергии. Мастера вновь готовятся стать первой линией обороны против нового страшного врага.
«Возможно, нам изначально было не суждено победить в этой гонке?» — Элин допускает мысли о поражении.
Рядом поднимается сосредоточенная Элизабет с волшебной палочкой в руке. Раз лич пропал, то и магия вернулась. Теперь положение выправляется, и Йоран встает рядом, сложив руки в сложном пассе. Но при этом эльфийка помнит рассказ Элизабет об иллюзии некроманта, где Сареф в одиночку вырезал почти весь Громовой отряд. И несмотря на то, что это была иллюзия, сейчас фигура юноши внушает больший трепет, хотя внешне ничем не примечательна.
«Стоит ли что-то сказать? Или говорить уже не о чем? Нужно попробовать связаться с фениксом», — в голове волнующейся Элин пролетают десятки мыслей о том, как действовать. Сареф смог уничтожить лича, который бы размазал всех их. Значит, он намного сильнее всех присутствующих вместе взятых.
Юноша продолжает медленно шагать вперед, но кажется, что даже не смотрит на выживших жителей центрального мира. Вместо этого резко поворачивается налево, когда доходит до коридора, из которого ранее появилась коронованная нежить. От подобного у Элин все взрывается внутри.
«Ему же совершенно плевать на нас!».
Равнодушный Охотник теперь оправдывает прозвище, полностью проигнорировав готовых к бою людей, прижавшихся к дальней стене. Вампир почти исчез в проходе, как Йоран делает свой ход. Судя по искаженному лицу, его поведение Сарефа тоже взбесило.
«Хотя нет, дело в другом. Он ненавидит его по более важной причине», — Элин вспоминает знакомство с чародеем и его обещание убить Сарефа.
Мощное заклятье создает огромный взрыв, который легко крошит камень. Даже вампиру придется несладко, но Сареф продолжает движение, словно ничего вообще не случилось. Элизабет просит товарища остановиться, но Йоран уже не слушает. Он наконец увидел цель, ради убийства которой потратил много времени и сил. Сын герцога словно с цепи сорвался и бросился вдогонку.
— Стой! — кричит чародей-гравмейстер и бежит следом. В этот момент его догоняет Микилинтурин и подсечкой опрокидывает на пол. Маг пытается вырваться и кричит, но из рук грандмастера может вырваться только другой грандмастер. И не нужно смотреть на женские руки, которыми воительница может разбивать скалы и пробивать латы.
В этот момент канал с теневым фениксом восстанавливается, и в тело вливается огромная сила. Про себя Элин ликует, так как Плач Забытых Народов передает, что пробился в Башню. Вампирская аура моментально перестает оказываться воздействие, а тело переполняется жаром. Когда страх прекратил сковывать, приходит черед гнева. Теперь уже Элин бросается вдогонку, никому ничего не сказав.