Страница 59 из 91
Луиза тренировалась буквально на износ, намертво вгрызаясь в магию с жаждой путешественника в пустыне, в авральных темпах осваивая все школы. Сколько раз её тренировки оканчивались полным истощением — не счесть. Хорошо ещё, что я приглядывал, да и накопители, заполненные её маной, были наготове. Имея магическое зрение, несложно понять, что человек делает не так, а потому я очень часто поправлял девушек, если руны, которые они выстраивали, были неверными.
К концу семестра Луиза из самой отстающей ученицы плавно перешла если не в круглую отличницу, то в хорошистку по многим предметам, а по магии воды и огня у неё было отлично. Моя Кирхе и даже Табита были круглыми отличницами по всем предметам, включая отвлечённое от классических заклинаний зельеварение. Всё-таки я как мастер зельеварения с развитой интуицией мог им помочь.
Мои личные неплохие отношения с преподавателями позволяли мне брать частные уроки у специалистов в каждой стихии. Хоть и дорого, но одним созданным алмазом больше, одним меньше, не такая уж и большая разница, да и всё, что мне было необходимо, это посмотреть на исполнение каждого из заклинаний, при помощи искина запомнить их и уже тогда тренироваться в самостоятельном исполнении. Слишком часто беспокоить их мне было без надобности. Лучше уж заплатить, посмотреть и запомнить эталонное исполнение у мастера своего дела, чем тыкаться вслепую, рискуя собственной жизнью.
Единственное, в чём была проблема, это заклинания, почерпнутые мной из гримуара Бримира. Того, кто мог бы продемонстрировать мне правильное исполнение заклинаний пустоты, как их тут называли, просто не было, и вдобавок ко всему подавляющая часть этих заклинаний была из разряда боевых площадных ударов, по типу жахнул и забыл, когда кипящая лава через неделю остынет, можно будет разобраться кого там зацепило, а потому приходилось, укрываясь всеми щитами, прячась за десятитонным гранитным валуном, очень аккуратно наполнять структуру самым минимальным количеством маны. Должен признать, этот Бримир явно был маньяком-убийцей, потому как список заклинаний, массово умерщвляющих ближнего и дальнего своего, был просто гигантским.
Некоторые заклинания мне пришлось тренировать чуть ли не в открытом океане, где опасность задеть или снести островок-другой сводилась к нулю, а иначе с моим наполнением и резервом карачун мог прийти к невинным жертвам. Ну или хотя бы испортил пахотные земли… хотя… мог и превратить в пахотные земли несколько… сотен гектаров непролазных гор, слегка измельчив оные в пыль на радость обделавшихся от ужаса крестьян.
***
Сегодняшнее утро ничем особым от остальных не отличалось, после завтрака девушки ушли на занятия, вот только моя медитация была прервана приездом семейства Луизы, а именно её матери и средней дочери.
Меня они обнаружили прямо на улице, а привел их один из слуг академии. Я как раз сидел на подстилке, сложив ноги и накапливая энергию для очередной прогонки моей восьмой чакры. За последнее время она заметно подросла и приближалась по своей консистенции к остальным моим вихрям. Вот что значит хорошо насыщенный энергиями мир.
Когда я открыл глаза, они уже подходили ко мне. Две очень похожие дамы с розовыми волосами, как у Луизы, карими глазами и в строгих платьях, лишь подчёркивающих их формы, немного украшений, однако весьма качественно и со вкусом подобранных и дорогих.
— Мадам Карин, — поклонился я более взрослой женщине, — мадемуазель Каттлея, — точно так же поклонился я средней сестре Луизы, — вы искали встречи со мной? — посмотрел я с вопросом на более старшую женщину.
— Всё верно, вы, видимо, месье Ичика, о котором рассказывала нам в письмах Луиза, но как вы так быстро узнали нас?
— Я вижу ваши ауры и ваши души. Вы — родственницы Луизы, это я вижу точно. Она рассказывала о том, что у неё есть вторая сестра, которая больна, как раз это я и наблюдаю в вашей ауре, мадемуазель. Отсюда следует, что вы — Каттлея Иветта Ла Блюм Ле Бланк де Ла Фонтэйн, — я кивнул более молодой женщине, — а вы, соответственно, её мать, — кивнул я старшей женщине, — это тоже заметно из ауры, следовательно, вы, Карин де Ла Вальер.
— Поразительно, никогда о таком не слышала. Что такое аура? — удивилась Карин.
— Если кратко, аура это проекция или отражение слоёв души на уровень нашего мира, она имеет связь с нашим физическим телом и прикрепляет часть структур души к нашему телу. Чтобы это объяснить, мне придётся закатить лекцию на несколько часов. Не хотелось бы вас так сильно задерживать, дамы.
Я повёл рукой по воздуху и проявил три кресла-облачка, предложив дамам присаживаться.
— Так что же вы хотели, милые дамы? — спросил я, когда сильно удивлённые моим волшебством женщины расселись.
— Скажите, месье Ичика, вы упомянули болезнь Каттлеи? — взглянула на меня умоляющим взглядом её мать. — Моя дочь, Луиза, писала мне об этом…
За это время я уже успел всё проанализировать. Тут на лицо было мелкое проклятие, которое пережимало магические каналы и качало энергию из её источника так, что её тело работало с перебоями и вразнос. До тридцати она бы ещё дожила, а вот дальше - уже сомнительно. Если аккуратно “обесточить” ядро этого проклятия, оно тут же исчезнет само, так как ему постоянно требуется подпитка. Кстати, само это проклятие мне что-то отдалённо напоминало. Встроено в ауру оно было по принципам, которые я почерпнул в гримуаре Бримира. Видимо, тут были или есть ещё маги пустоты, что и немудрено.
— Ах да, конечно же.
Я посмотрел на Каттлею, пережал подачу маны в проклятие, проследил за тем, чтобы само проклятие распалось безопасно, а заодно поправил у неё перекос источника и глаза. Это было похоже на то, что было у Луизы. Видимо, предрасположенность к стихиям воздуха и земли.
Каттлея вздрогнула, вздохнула с облегчением и выпрямилась ещё больше, улыбаясь нежной улыбкой.
— Всё, — кивнул я.
— Э-э-э, простите, что всё? — удивилась Карин.
— Я убрал проклятие и заодно чуть поправил перекос в её средоточии, также убрал дефект зрения, оно начало слегка ухудшаться, теперь Каттлея — маг всех стихий, включая вашу таинственную пустоту, как и Луиза и она абсолютно здорова.
— Мама, боль прошла, я так легко себя чувствую, — улыбнулась Каттлея милой и нежной улыбкой, испуская наружу благодарность, счастье и всеобщую любовь.
— Доченька! — подскочила к ней Карин.
Она начала обнимать свою дочь, ощупывать и крутить в разные стороны, будто ожидая хоть что-то там увидеть. Все изменения в любом случае были внутри, так что Карин не смогла ничего обнаружить.
— Как ты себя чувствуешь, милая?
— Матушка, нигде не давит, и нет тянущего чувства. Я чувствую себя… — она задумалась, глубоко вздохнула, улыбнулась и умиротворённо выдохнула, — хорошо, очень, очень хорошо.
Когда женщина убедилась, что её дочь наконец-то здорова, она смогла успокоиться и присесть обратно.
— Вы оказали нам огромную услугу, месье Ичика, наша благодарность не имеет границ.
“Ага… в разумных пределах,” — про себя подумал я, а настроение повысилось.
— Что бы вы хотели в награду за ваш труд?
— Вообще-то я не думал о награде, когда предлагал помощь Луизе, — улыбнулся я, — но я ищу знания по магии. Луиза сказала, что у вас имеется библиотека. Если вы сможете дать мне доступ к книгам, я буду весьма благодарен. Есть ли там что-то, чего нет в местной обители знаний? — спросил я.