Счастливчик

А вы знаете, что в Южной Корее не очень любят смешанные группы (такие, где есть мальчики и девочки) группа Kard из таких. У них отличная музыка, но их недооценивают и иногда хейтят. Глупо ведь поют они прекрасно, послушайте Kard - Gunshot 

- Отец Микаэль, я не ожидал, что мне так скоро перезвонят, - отвечаю священнику. - Да у меня есть такая проблема. 

Вика, сидевшая напротив, кривится и встав идёт к холодильнику и открыв его долгим взглядом изучает содержимое. 

- Я бы хотел пообщаться с вами и понять, что за дух вас беспокоит, - говорит священнослужитель. - А затем провести обряд изгнания. 

- Я согласен, - отвечаю продолжая наблюдать как Вика копается в холодильнике. 

- Вы свободны завтра с утра? 

- Да, я пришлю вам адрес. 

- Скажите ваш дух не агрессивен? - спрашивает священник. 

- Нет, - отвечаю ему. 

- Он знает кто он и откуда? 

- Да святой отец. 

- Хорошо, завтра мы встретимся и я помогу вам избавиться от духа, - заверяет меня отец Микаэль. 

- Благодарю вас, - я отключаюсь и набираю сообщение с адресом своего жилого комплекса. А затем отправляю охране сообщение о том, что завтра ко мне приедут из церкви. Вика тем временем все ещё копается в холодильнике. Она перебирает контейнеры с едой и что-то тихо бормочет. Открытый слишком долго холодильник начинает пищать. - Да возьми уже что-нибудь наконец! 

Я встаю со своего места, подхожу к Вике и оттолкнув её достаю из холодильника вчерашний обед принесенный мамой. 

- Вот, это пибимпаб, - я ставлю контейнер на столешницу и открываю крышку, - ты видела, как его вчера ел Марк. Это вкусно и не слишком остро. 

Она все ещё стоит в нерешительности, поэтому я просто отодвигаю её в сторону стола и выкладываю на тарелку содержимое контейнера и подогреваю в микроволновке. 

- Садись за стол, - велю ей. Она подозрительно на меня смотрит, но помалкивая садится. 

Я ставлю перед ней тарелку с едой и кладу палочки, ложку и даже вилку. 

- Есть надо вместе с закусками, тогда блюдо будет ещё сытнее и с их помощью можно регулировать вкус. Мясо нужно окунуть в соус, положить поверх риса и зацепив направить в рот. 

Объясняю ей вполне очевидные для меня вещи и показываю как правильно есть пибимпаб. Она повторяет мои движения и направляет кусочек мяса с рисом и овощами в рот. Тщательно жуёт и задумчиво хмурится. 

- Вкуса все равно нет. 

- Потому что ты мертва! - напоминаю ей. - Мёртвые не могут чувствовать вкус. 

- Мёртвые и есть не могут, - бурчит она после того как прожевывает ещё одну порцию мяса. - Я ведь не зомби. К тому же если я умерла, где моё тело? 

- Я откуда знаю? 

- Но ты уверен в том, что священник меня прогонит, - ей не нравится, что я хочу от неё избавиться. А она бы как поступила, свались ей на голову призрак? 

- Я не уверен, я надеюсь тебе это поможет. 

Дальше мы обедаем в тишине. Она жуёт и смотрит в окно, а я вновь читаю новости. Доев мы разбредаемся по разным комнатам. Она ложится спать в спальне, а я иду в свою домашнюю студию и сажусь за аппаратуру. Мы встречаемся только вечером, когда я готовлю ужин и накрывают стол на двоих, попутно объясняя ей, что приготовил и как это есть. Она не язвит и не сопротивляется, когда я предлагаю ей пробовать новое блюдо. Просто ест и благодарит меня. Этот момент, когда мы сидим рядом, едим и передаём друг другу закуски, мне приятен. От него словно исходит тепло, хотя объяснить почему так мне сложно. 

После ужина мы опять расходимся по разным комнатам и теперь до следующего утра. Она спит в моей спальне и мне бы разозлится на это, но я не злюсь. Наоборот после ужина я возвращаюсь в студию и записываю небольшой музыкальный отрывок, который тут же пересылаю ребятам. 

Получаю от них кучу одобрительных сообщений. Им нравится отрывок и это вселяет в меня больше вдохновения. Поэтому я не сплю почти всю ночь сочиняя музыку. Засыпаю лишь под утро, но вскоре подскакиваю от звонка в дверь. 

В коридоре встречаю Вику, она потирает глаза после сна и бурчит о том, что ей не дали поспать. Я иду к двери и открываю её пропуская внутрь одетого в черную рясу священника. Видимо это отец Микаэль. 

- Мистер Ли? - он здоровается со мной и осматривать коридор. Вика подошла поближе и уперев руки в бока презрительно осмотрела священника. 

- Он больше похож на старика-извращенцы, а не на экзорциста. По любому он мошенник! 

- Доброе утро святой отец, я не думал, что вы так рано приедете, - я предлагаю ему пройти в гостиную. И отмахиваюсь от Вики, которая брелет следом за нами. 

- Изгнание духа не простое дело и может затянуться. А по вечерам, как известно они становятся только сильнее. 

- О, я не знал, - мы садимся на диван и священник начинает задавать мне вопросы.

Когда появился дух, что этому предшествовало. Проявляет ли он агрессию, разговаривает, разумен, чего хочет и ещё множество вопросов на которые сложно ответить не показавшись сумасшедшим. 

В конце концов отец Микаэль выслушав меня кивает и достаёт свой чемоданчик. 

- Придётся выключить домовую вентиляцию и не открывать окна ближайшее время. Духи не выносят аромат шалфея, у этой чудесной травы есть особенность, она может изгнать любую нечисть. 

Священник вытаскивает ручки шалфея, бутылки со святой водой и маленькие крестики. Раскладывает их по комнате и принимается за работу. Я ухожу на кухню, мне хочется пить и одновременно не хочется видеть как исчезнет Аика. Отчего-то я вдруг начал чувствовать перед ней вину, за то что хочу избавится. 

Пока я стою на кухне по квартире распространяется трпкий и горьковатый аромат шалфея. Он одновременно и приятен, и сводит с ума. Хочется заткнуть нос и проветрить апартаменты. Как жаль что я не могу сделать это прямо сейчас! 

- Именем господа нашего и сына его Иисуса Христа, изгоняют тебя! - из просторной гостиной раздаётся громкий мужской бас. - Изгоняю и освещаю! Изыди! 

Я морщась от вони, захожу в гостиную и молча наблюдаю сцену. Преклонного возраста священослужитель, обрызгивает дорогую мебель и технику святой водой, и машет тлеющими пучками шалфея. Крохотные искорки срываются с сухих веток и сгорают ещё в воздухе, пропитывая его новыми порциями надоедливого аромата.