Страница 25 из 47
— Гхм… Да, сэр!
Лейтенант отхлебнул воды еще раз, прополоскал рот, глотнул, сплюнул на землю и снова уставился на меня.
— Ты, наверное, считаешь себя охренительно умным?
— Никак не, сэр!
— Врешь! Точно считаешь! — Лейтенант поднялся со скамейки и подошел ко мне. Он был ниже меня на полголовы. — Ты, наверное, считаешь, что все, кроме тебя, здесь тупые бараны?
— Никак нет, сэр! — опять рявкнул я старательно глядя вдаль над его головой. Вообще-то, именно так я и считаю, но зачем вот так сразу признаваться. Я этого лейтенанта недавно знаю — еще не время для откровений.
— Так вот. Ты не прав. Армия — это машина. А Тренировочный Лагерь — это ее топливо. А топливо должно быть качественным, если ты хочешь, чтобы машина работала долго и передвигалась быстро. И у Армии есть свои методы контролировать качество «топлива». Что будет если в космический перехватчик вложить топливные ячейки, допустим, от транспортера?
— Не могу знать, сэр!
— Он даже не сможет запустить двигатель, баран! Это же очевидно! А если сделать наоборот?
— Транспортер взорвется, сэр! — выручил меня Котт.
— Вот именно! Молодец Кадет! А мой взвод сейчас, благодаря тебе, — он ткнул мне в грудь пальцем, и я пошатнулся — его худоба, оказывается, обманчива, — сейчас представляет, как раз, батарею от крейсера, которую вставляют поочередно в транспортеры, разнося их в хлам, один за другим! Я достаточно образно выражаюсь для тебя, Рекрут?!
— Так точно, сэр!
Лейтенант чуть успокоился и уселся обратно на скамейку, опять взяв бутылку. Но не стал ее открывать.
— Батарею от истребителя, нужно вставлять в истребитель. Только так! Намек понятен?
— Не совсем, сэр!
Лейтенант хлопнул себя ладонью по лицу.
— Как? Как, такой тупица смог устроить мне такой гембель?
Я навострил уши. Не, я предполагал, что ОНИ везде, но чтобы вот тут! Удивительно!
— Он, обычно, выглядит умнее… и наглее! — тут же отозвался Кнут.
Тор поднял глаза и, внезапно, улыбнулся.
— Прикидываешься дурачком? Ну-ну… Отвечу на свой вопрос сам. Раз вы такие высокоэффективные, что все вокруг вас смотрятся как шлемазлы, то вам дадут «истребитель» в качестве противника. — я, судорожно, сглотнул. — Но в следующий раз. Сегодня у вас будет ваш любимый «транспортер». Правда, будет один нюанс…
ВНИМАНИЕ!!! ВРЕМЯ ДО ОТКРЫТИЯ ПОРТАЛА 10…9…8…..1
Засиял синим светом портал, открывая вид на Полигон. На котором нас ждет, нюанс. Черт. А все так хорошо начиналось.
Мы с Коттом побежал к нашему Отделению, которое входило в Портал первым. За нами быстрым шагом последовал Сержант Кнут, ругаясь нам в спину нехорошими словами — ему в сегодняшнем бою опять была отведена роль «болванчика», сидящего на Базе.
* * *
«Нюансом» оказалось банальное численное превосходство противника. Двукратное. Когда на карте отобразились красные точки, я немного подофигел. В эфир посыпались нецензурные выражения. Матерились все три наших Отделения без исключения. Сержант Кнут сделал замечание: «Не засорять эфир!», на что был послан нахер. Одновременно пятью бойцами одновременно, так что после боя у нас будет массовая экзекуция. Если они, конечно доживут до конца боя. Что, маловероятно.
Три отделение УШО, плотной группой, неотвратимо надвигались к нам по земле. А три МШО бодро поперли к нашей Поддержке. Я напряженно думал. Кадеты запрашивали инструкций немного истерическими голосами. Думай! Думай!
— Клоун, забирай Буча, Тоню и Мику и бегом прикрывать «арту»! — из роя точек «блох», огибающих нас по флангу, отделилось девять, которые недвусмысленно завернули к нам. — Нет, стоп! Все на крышу, кроме Овцы! Блин! Буч, Тоня, Мика — вы не успеете! Так, что к «арте» бегом! Буч за старшего! Овца встречай тяжей!
По крыше застучали сапоги прилетевших. К Дрыщу, который живет на крыше, пожаловали гости. Пулемет на крыше замолк. Я подхватил винтовку и бросился к лестнице, но меня опередили.
Первым на крышу с радостным ревом взлетел Клоун. Я сразу за ним. Мне открылась следующая картина:
На крыше находилось пять живых «блох». Мертвых — две. Одного Клоун успел сходу располовинить, только появившись, еще одного, видимо, подстрелили Глен с Дрыщем. Их самих убили на боевом посту, тела лежали рядом. Только головы чуть откатились в сторону. Пулемет был перевернут. Я открыл огонь из винтовки, не позволяя всем сразу навалиться на нашу главную боевую единицу — Клоуна. Меня поддержал появившийся за мной Котт. Штурмовики прикрылись щитами, заряды из наших винтовок поглощались их силовым полем. Однако, это помешало им быстро расправиться с Клоуном. А тот второго шанса им не дал.
Взмах Секиры отбросил надрубленное тело врага через парапет крыши. Второй и третий противники бросаются одновременно с двух сторон. Клоун прыгает вперед между ними и дотягивается до обстреливаемого мной. Я еле успеваю перенести огонь, чтобы не задеть боевого товарища. Минус два. Третьего сбивает Котт, попав ему по ногам под щит. Оступившись, тот падает на колено, опуская щит, где мы совместным огнем его добиваем. Клоун разворачивается к оставшимся. Одного из них в спину валим мы, второй, пытаясь прикрываясь от пуль щитом, после удара Клоуна теряет свою руку с мечом, а затем и голову.
Что на карте? Тяжи идут, Овца работает. «Блохи» на наших позициях. Тяжи подождут, что с такой прорвой делать — будем думать потом. И чем больше наших «артиллеристов» выживет, тем легче будет думать.
— Клоун, помоги! — я хватаюсь за перевернутый пулемет. Клоун хватается с другой стороны, мы пытаемся поднять, но, вдруг, у него разжимаются пальцы и пулемёт падает. За ним падает Клоун. Под ним растекается кровь.
— Котт, посмотри, что с Клоуном! — я волоком потащил пулемет к той части крыши, которая выходит на позицию нашей Поддержки. Кое-как его установив, я заглянул в прицел. Враг теснил наши ряды.
— Кто не спрятался, я не виноват! — и нажал на гашетку.
Прыжковые ранцы, оказывается, взрываются, если в них попасть из крупнокалиберного пулемета. И взрываются громко. И я об этом только что узнал. С пятидесяти метров, что отделяло меня от наших позиций промахнуться было сложно. Штурмовики, спиной ко мне, расправлялись с последними защитниками «батареи». Такой «подставы» с тыла они не ожидали. Зря вы решили, что мы «тыл»! Пули разрезали людей пополам, отрывали руки и ноги, а когда попадали в ранец, тот взрывался не хуже гранаты. В голову влезла глупая мысль: «Черт, а я же с этой миной на спине воевал!» Хорошо, что я тогда об этом не знал!
Все было закончено меньше, чем за минуту. Части тел были равномерно рассеяны по небольшой площади наших позиций.
Навык «Тяжелое вооружение» повышен. Текущий уровень — 10.
— Фант, Пакля! Есть кто живой?
— Я! Только мне ногу отрубили! — подал слабый голос Фант. И, зачем-то добавил. — К хренам!
— Я в порядке! — доложилась Пакля.
— Сколько людей в строю?
— У меня двое… — Фант замолк. — А, нет! Уже один!
— У меня двое, — отозвалась Пакля. — И оба пока живы.
— Буч! Тоня!
— Они готовы.
— Фант, что из тяжелого осталось?
— Один миномет… И две или три ракетницы вроде в порядке. Но это не точно…
— Пакля, забирай своих людей, хватай ракетницы и бегом к нам! Фант, давай наводи миномет и начинай шмалять — там трудно промахнуться!
Я напрягся, и потащил пулемет обратно в сторону наступающего врага. Установил, глянул на карту — еще пару минут есть. Снизу грохнуло. Одна из красных точек погасла. Наша вундервафля не зевала. Рядом Котт заливал Полимедом спину Клоуна. Его успели рубануть по спине, рассекли броню и мышцы, но кости не задели. Я протянул свой иньектор с обезболивающим. Кивнул Котту.
— Добавь, он нам ещё понадобится! Ты как, дружище?
Клоун показал большой палец.
— В порядке! Сейчас отдышусь и продолжу!
— Че ты, блин, продолжишь — ты на ногах не стоишь!
— Нормально все будет, командир, отвечаю!
— Илай, что делать? — на крышу забежала Пакля с двумя Рекрутами. Рекруты тащили с собой ракетницы.