Страница 74 из 80
Сформировав внутри тела несколько кристаллических костей, Ясно Мыслящий придал им вид манипуляторов и, взявшись за органы управления, прибавил мощности.
– Никогда еще у космического корабля не было более подходящего прозвища, подумал Ясно Мыслящий, когда «Летающий Туалет» отделился от главного судна экспедиции и переместился к левому иллюминатору – где остановился на расстоянии чуть меньше метра от носа Пьера.
Понедельник, 20 июня 2050 г., 22:30:17.2 GMT
Проследив взглядом за падением Амалиты, Пьер крепче ухватился за поручни, чтобы не дать себе последовать следом за ней в тот же конец каюты. Он повернул голову к иллюминатору, где от главного облака, находившегося в нескольких метрах от Драконоборца, отделилась маленькая сияющая крупинка, которая подлетела к стеклу и остановилась снаружи – примерно на расстоянии вытянутой руки. Пьер перевел взгляд на миниатюрную светящуюся сферу. Она была чуть больше горчичного семени.
Ясно Мыслящий поднял глаза, вглядываясь в нависавшее над ним призрачное лицо человека. По размерам оно в полдюжины раз превосходило самую высокую из гор Яйца. Без особого труда ему удалось разглядеть лишь череп, освещенный темно-фиолетовым цветом мягких рентгеновских лучей, исходящих от дуговой лампы. Глаза выглядели, как зияющие дыры размером с кальдеру вулкана Исход. Между глаз располагался пещеристый разрез носовой полости, а ниже – два ряда плотных зубов, напоминающих воздвигнутые одна над другой горные цепи. В бледном бело-голубом ореоле, окружавшему череп, Ясно Мыслящий видел плоть и волосы, отражавшие ультрафиолетовое излучение дуговых ламп, и представлял, как на него сверху вниз смотрят глаза Пьера.
– Что ж, времени для длинных речей нет, – сказал самому себе Ясно Мыслящий. Он активировал управление линией связи и обратился к человеку.
– Здравствуй, Пьер, – произнес он, направляя в аудиодатчик тщательно смодулированную акустическую волну, созданную пульсацией его подошвы. Приветствие так себе, конечно, но Ясно Мыслящий надеялся придать ему немного индивидуальности, произнеся имя «Пьер» с тщательно отработанным французским акцентом. Пока сообщение направлялось к коммуникационному компьютеру, который должен был раздробить его на отдельные фонемы для передачи Пьеру в течение нескольких оборотов, он встряхнулся, поместил трубку с кашицей в свое ротовое отверстие и приготовился к долгому испытанию, которое возложил на себя по собственной воле.
Первым делом он сформировал внутри каждого глазного стебелька кристаллическое ребро жесткости, чтобы зафиксировать положение глаз. – Нет нужды делать их толстыми при сниженной гравитации, – напомнил он самому себе. – Кристаллий мне еще понадобится для остальной структуры.
Затем он сосредоточился, и вскоре его глазные стебельки были укреплены сетью сцепленных друг с другом кристаллических костей, сводивших его движения к минимуму. Эта методика была ему в новинку, ведь Ясно Мыслящий, как и большинство чила, использовал свои возможности по отращиванию костей лишь для создания манипуляторов, глазных стебельков и буксирных стержней. Однако ученые-медики, узнавшие о возможностях организма чила от одной религиозной секты, добившейся незаурядного контроля над функциями собственного тела, обучили его технике создания взаимосвязанных костей.
Закончив подготовку, он перевел глиссер на автоматическое управление, всосал немного кашицы и устроился для Встречи со своим исполинским другом.
– Итак – значит, ты и есть Пьер Карно Нивен, не так ли? – пробормотал он, обращаясь к неподвижному черепу. – Ладно, Пьер, давай-ка посмотрим, кто из нас моргнет первым.
Понедельник, 20 июня 2050 г., 22:30:18.2 GMT
Пьер сосредоточил взгляд на маленькой, раскаленной добела крупинке, парящей перед ним по другую сторону густо затемненного стекла. Глиссер имел вид радужной сферы диаметром около пяти миллиметров. На обращенной к нему стороне располагалось молочно-белое тело Ясно Мыслящего, почти целиком закрывающее собой половину сферы. Различные его части меняли цвет, подобно сияющей капельке жидкого кристалла, отражая смену температур внутренних токов горячей жидкости и прохладных излучающих поверхностей. По периферии сплющенного эллипсоидального туловища торчала дюжина красных, точечных глаз, светящихся, подобное крошечным уголькам вокруг миниатюрного костра.
– Прямо как сплющенный миниатюрный гребешок на половинке раковины, – подумал Пьер. – Правда, у морских гребешков не бывает манипуляторов, а их глаза синего цвета.
Когда его глаза и жужжащие автоматические камеры, наконец, зафиксировали образ Ясно Мыслящего, терпеливо сносившего тяготы своей вахты за пределами иллюминатора, из динамиков коммуникационной консоли раздались звуки его приветствия.
– Здравствуй, Пьер.
Как только эхо последнего слога пронеслось по консольному залу, яркая крупинка исчезла во вспышке света, оставив лишь желто-зеленый послеобраз на сетчатке Пьера. Только ощутив пропавшую силу притяжения, Пьер, наконец, понял, как болит нос, который только что был прижат к окну силой трех g.
Понедельник, 20 июня 2050 г., 22:30:19.3 GMT
Кашица закончилась, бак-накопитель уже начал распространять неприятный запах, и пришло время прощаться.
– Ты победил, мой друг, – произнес Ясно Мыслящий, обращаясь к призрачному фантому, даже не успевшему сменить положение за время его долгой вахты. Надо сказать, что Ясно Мыслящий справился с задачей даже лучше, чем ожидал – целых шесть оборотов, проведенных без единого движения, если не считать отдельных пульсаций тела. Изоморфные упражнения не дали его внутренностям забиться, хотя кожа по ощущения должна была треснуть, стоило ей только шевельнуть. Он шевельнулся – кожа осталась цела – и тогда она начал двигаться активнее; затем, в блаженном танце, который едва не оторвал его от глиссера с его почти незаметным гравитационным полем, Ясно Мыслящий растворил кристаллические кости, придававшие его телу неподвижность, и, взявшись за органы управления, направил «Летающий Туалет» обратно к главному кораблю.
Как следует поев и немного приведя себя в порядок, Ясно Мыслящий вновь занял место во главе экспедиции. Пришло время собираться и лететь домой. Специалисты были все еще заняты съемкой Пьера с дальнего расстояния и вовсе не горели желанием возвращаться. Но припасы уже начали истощаться, и в итоге они, как и весь остальной экипаж, свернули свою работу и направили оборудование к главному кораблю.
В действительности за перемещение инструментальных сфер, конечно же, отвечал бортовой компьютер, который, помимо прочего, отслеживал и траектории индивидуальных летательных аппаратов. Взаимное притяжение сфер заметно усложняло навигацию – даже для пилотов, скорость реакции которых была близка к скорости света.
К несчастью, никто из чила не довел до сведения компьютера тот факт, что модифицированный рентгеновский излучатель, использовавшийся для лечения рака Амалиты, был надежно соединен с довольно крупным источником питания, снабжавшим его энергией. В результате компьютер, не видя подвоха, выбрал для излучателя траекторию, проходившую вблизи иллюминатора. Когда излучатель пролетел мимо, следовавший за ним, как на привязи, массивный источник энергии своими приливными силами пробил в многослойном трехсантиметровом стекле целый иззубренный каньон. Гигантские осколки, каждый размером с гору, помчались прямиком к источнику питания. Падая, они растерлись в порошок, и ударившись, о поверхность сферы, исчезли во вспышке яркого света.
Понедельник, 20 июня 2050 г., 22:30:20.0 GMT
Почувствовав неладное, акустические детекторы микрометеороидов, встроенные в раму иллюминатора, автоматически захлопнули наружные металлические ставни. Моргнув, Амалита пристально взглянула на крошечную трещину в толще стекла.
– … Тысяча десять, – произнесла она.