Страница 8 из 12
Я прислушалась: говорили о том, кто и как выбирался из кризиса.
Кто-то продал квартиру, чтобы рассчитаться с кредитом, и переехал в деревню, кто-то подал заявку на банкротство, переждал и открыл новый бизнес. Кто-то заложил имущество. А кому-то нечего было заложить и продать, его задушили налоги и проценты, и он просто ушел в запой.
– Девушка, а вы чем занимаетесь? – раздался волнующий баритон прямо у меня над ухом.
Я обернулась и почувствовала волнение. На меня смотрели внимательные серые глаза.
– Я? Я в рекламном бизнесе.
Идиотка, тут же обозвала я себя. Еще в обморок грохнись от полноты чувств.
– И как в целом дела у рекламщиков?
Стараясь скрыть так некстати подступавшее волнение, я пожала плечами:
– Иных уж нет, другие странствуют далече.
– Но вы-то здесь! – Мой собеседник улыбнулся так, что у меня в легких остановился воздух.
– Просто я упрямей других, – выдохнула я. – А вы? Вы чем занимаетесь?
В ответ Евгений порылся в карманах и протянул мне визитку. Хозяин визитки обладал редкой в наших местах фамилией – Иванов.
Евгений Максимович Иванов оказался владельцем сети спортивных клубов «Самсон», а также одноименного частного охранного и сыскного агентства.
Я вертела в руке визитку (класс «люкс», дизайнерская бумага – «античное золото», можно было, при желании, придраться к шрифту, но о вкусах, как говорится, не спорят) и осмысливала прихоть судьбы.
Все чаще разглядывая себя в зеркале, я мечтала начать бегать по утрам или заняться йогой. Или записаться на танец живота. И вот сама судьба подносит мне на блюдечке владельца фитнес-клуба!
Так романтично!
Спохватившись, я выступила с ответным номером, достала и протянула Иванову визитку.
Едва взяв ее, Иванов удивленно поднял брови – по рассеянности я перепутала визитки «члена союза адвокатов Аркадия Степановича Бирюкова» и свою – они у нас с Аркадием похожи.
Я почему-то покраснела. Извинившись, достала свою визитную карточку, и мы произвели обмен.
Вернувшись после перерыва в зал, мы с Евгением сели вместе, а после конференции Евгений предложил посмотреть один из своих клубов, и я, не задумываясь, согласилась.
Почему бы не разогнать застоявшуюся кровь, не внести в мою жизнь хоть какую-то интригу, не связанную с поиском денег? Не хлебом единым, как говорится…
Тренажерный зал с тренажерами от Proxima, бассейн с местами для зрителей и фитобар, где продавались свежеотжатые соки – хозяин владений показал мне все.
И если бы не Бирюков, вечер бы удался.
Аркадий звонил каждые полчаса, в конце концов достал меня, и я отключила телефон. В воспитательных целях, чтобы Бирюков привыкал к мысли, что я хожу сама по себе.
Здание, в котором располагался клуб, находилось в квартале от моего офиса, в отместку Бирюкову я решила купить клубную карту, и уже достала кошелек. Но тут Иванов коснулся моей руки:
– Не спешите, – перейдя на интимный шепот, попросил он. Его пальцы оказались сухими и горячими, дыхание чистым.
У меня вспотели ладони. Это был тревожный сигнал. Надо было бежать без оглядки, обходить десятой дорогой клуб «Самсон» с его тренажерами от Proxima, спортивным бассейном, зеркальными витринами фитобара и личным инструктором в придачу! Но я была так самоуверена, что подумала: «Я не такая дура, чтобы влюбиться в красавца да еще и владельца фитнес-клуба».
Экскурсия была окончена, сок выпит. Я посмотрела на часы – пора было ехать домой.
Евгений с сожалением проводил меня к машине и взял слово, что я приду на тренировку.
… – Семь звонков за два часа – это нормально? – с порога накинулась я на Бирюкова.
– Злая ты мне нравишься еще больше, – признался он. С моей точки зрения, от признания за версту несло психиатрией.
– Ты извращенец?
Аркадий не побоялся подойти ко мне, обнять и поцеловать в щеку.
– В каком-то смысле, – согласился он.
Я не собиралась быстро его прощать.
– Твоя Ухватова сказала, что ты лукавишь со мной, и потребовала еще миллион.
Бирюков с улыбкой покачал головой:
– Ну Наталья, ну пройдоха. Завтра же я все улажу. Ужин стынет, давай скорее.
Я потянула носом:
– Чем это пахнет?
– Это ароматы любви. Сейчас будем исправлять твое настроение.
– Сам испортил, сам исправил – удобно.
После моей жареной картошки Аркадий Степанович окончательно выдавил меня из кухни. Он готовил какие-то сложно-сочиненные блюда, подливы и соусы, и я не совалась к нему с пошлым омлетом и пюре.
На этот раз меня ждали запеченные на гриле овощи с грибами и шоколадное суфле. Желание начать тренировки окрепло.
Я посмотрела на Бирюкова: шорты, майка, поверх всей этой красоты фартук. Неужели это все ради меня?
Ответить взаимностью Бирюкову я не могла, поразить его кулинарным шедевром – тоже. Что он во мне нашел?
– Я никогда не научусь так готовить, – предупредила я его.
– И незачем! – поспешил успокоить меня Аркадий. – Мне это в радость, а тебя никто не заставляет.
Мне стало совестно, и я дала задний ход:
– Может, стоит попробовать? Может, мне удастся тебя превзойти. Надо купить кулинарную книгу.
– Ты отстала от жизни. Сейчас все можно найти на ютубе, – проинформировал Бирюков, орудуя вилкой.
В этот момент я поняла, что свернуть Аркадия с генеральной линии будет сложно.
…Испытывая мое терпение, Бирюков взял за правило каждый вечер рассказывать, как идет ремонт дома, показывать эскизы. Он делился замыслами, рисовал чертежи, подробно объяснял, какую стену и куда перенесет, где прорубит вход и все в этом духе.
Но я наблюдала за всем будто со стороны, будто меня это напрямую не касалось, и все время надеялась на чудо – на то, что мне не придется выходить замуж за Аркадия и переезжать в его дом на ПМЖ.
Я слушала в пол-уха, соглашалась, кивала, но мысли мои блуждали далеко – меня занимал спец по сыску и охране Евгений Иванов.
Не могу сказать, что меня скрутило, как бывает с внезапно нахлынувшей страстью, и голова у меня была на месте. Я вполне могла контролировать себя, могла волевым усилием отогнать образ Иванова. Мой интерес к нему был замешан на любопытстве, романтических грезах и смутном желании. Просто Бирюков с ухваткой и в фартуке был так тривиален, а мне так хотелось полета…
Когда Аркадий попросил съездить с ним в строительный магазин, выбрать кафель для ванной, мне захотелось вернуть своему лысому другу долг. Так, на всякий случай. Вдруг мне понадобится свобода от него?
Мысль эта пробудила во мне дремавшего демона разрушения, я уже не могла не придираться к Бирюкову.
– Аркаша, я не влезаю в новую юбку, перестань кормить меня на ночь! – С набитым ртом попросила я. – Все выглядит и пахнет так аппетитно, что меня нет сил отказаться.
На секунду Бирюков перестал работать челюстями, посмотрел влюбленным глазами:
– Кто-то же должен о тебе заботиться.
После ужина я вызвалась мыть посуду и никогда еще не делала этого с таким рвением. Каждую тарелку терла, как для санитарной инспекции, драила форму для запекания. Тянула время в надежде, что пока я управлюсь, Аркаша заснет. Но стоило мне выйти из душа, как я наткнулась на Бирюкова.
Он обнял меня так крепко, что я поджала ноги и повисла в его объятиях.
– Ты обещала замуж за меня пойти, когда я улажу твои дела. Я уладил.
Слова не шли с языка. Испортить вполне мирный, приличный вечер – это так по-мужски!
И потом: я ничего не обещала! Напротив, попросила сначала закончить ремонт дома… Бирюков услышал то, что хотел услышать, и двигался напролом, как танк Т-90.
Я выбралась из его объятий и с невинным видом сказала:
– Аркаша, я до сих пор практически ничего о тебе не знаю.
– Асенька, спрашивай, я отвечу на любой твой вопрос, – неосмотрительно пообещал Бирюков.
Я задумалась на мгновение и брякнула первое, что пришло мне в голову: