Новая Неделя

Потом слепого юношу стало клонить в сон, достаточно резко. Буквально за минуту лёгкая сонливость сменилась непреодолимым желанием вырубиться немедленно. Нельзя сказать, что это было так уж приятно, но, тем не менее, вполне терпимо. Тем более что Исидор мог догадываться о том, что так на него действует наркоз, и что противиться этому не стоит. Что было дальше, он уже сказать не мог - сознание на время его покинуло. Не было никаких снов или видений - просто пустота, которая мгновенно затянула куда-то в свои бездонные глубины...

Под наркозом Исидор, действительно, потерял какое-либо ощущение времени и пространства. Слово «пустота» лучше всего описывало происходящее. Хотя к пустоте он привык, но тут она была чуть ли не полной. Ни звуков, ни других сигналов извне.

Со временем сознание начало возвращаться. Было совершенно непонятно, прошла ли минута или несколько дней. А сонливость отпускала достаточно неохотно. Ощущалась слабость, голова была тяжелой, и хотелось ещё поспать. Может быть, так и стоило поступить. В принципе, Исидора никто не тормошил. Нириан, похоже, предполагал, что в отключке его пациент пробудет несколько дольше. Может, его сейчас вообще не было в комнате, ибо было подозрительно тихо вокруг.

Постепенно все чувства возвращались. Сон потихоньку отпускал его, но все равно держал на короткой верёвке. Это напоминало пробуждение по утрам, когда вроде как встал, но в любую минуту готов опять заснуть. Тем не менее, сложно было не заметить новых ощущений в глазах.

Хотелось резко и быстро открыть их. Но помимо приятных чувств ещё и вернулось некое раздражение. В глазах ощущалось некое давление, покалывание в голове рядом. Под закрытыми веками фотомант мог шевелить глазами, но это выходило тяжело и как-то лениво. Наверно, организм ещё не до конца воспринимал свою новую часть, и с недоверием позволял некоторые движения.

Опробовать новые глаза так сразу не вышло - помешала повязка. Так что, открыв их, Исидор увидел лишь темноту. Но, в принципе, повязку можно было и снять. Вот только стоило ли? Или лучше было дождаться Нириана, который всё объяснит и даст какие-то рекомендации?

Слегка привстав на локти, Антокиборг обратился туда, в пустоту. Его слух цеплялся за каждый звук, которых, впрочем, было немного.

- Есть тут кто-нибудь? - спросил ещё хриплым после сна голосом Исидор. Сейчас он стоял на пороге выбора: снять повязку и снова увидеть мир или подождать ещё чуток. Он надеялся, что Нириан поможет ему с этим выбором.

- «Интересно как он сейчас выглядит?» - подумал Исидор, вспомнив, что отчётливо не видел друга несколько лет.

Довольно скоро послышались торопливые шаги - прибежал и Нириан.

- О, ты проснулся! Отлично! - обрадовался друг. - Тут такое!

И действительно, вскоре завыла какая-то сирена. Зазвучали объявления о срочной эвакуации населения. Всех просили собрать самые необходимые вещи и документы и пройти к телепортам. Как выяснилось, в Мире Магии начался Апокалипсис. Сперва начал исчезать кислород из атмосферы, потом вода пропала, потом стало невыносимо жарко, а теперь уже горы за окном летали... Конечно, в городе имелись разные генераторы и системы снабжения на случай подобных проблем, но слишком уж долго они тоже не могли работать. Так что эвакуацию населения сложно было назвать неоправданной.

Нириан наскоро решил проверить новые глаза Исидора. Так бы он предпочёл, чтобы друг подольше подержал повязку, но тут ситуация этого просто не позволяла. К счастью, всё вроде бы прошло хорошо. Когда повязку сняли, Лантерн понял, что видит и вполне нормально. Может, это было немного непривычно, и свет несколько слепил, но и только. Может, эти ощущения даже были бы приятными. Если бы не пришлось в срочном порядке собираться и перебираться в измерение-убежище...

Но всё же метис смог, наконец, рассмотреть своего друга. Острые черты лица, живой взгляд, растрёпанные каштановые волосы – всё это осталось неизменным. Но за прошедшие годы Нириан заметно возмужал. Он был довольно высоким и худощавым от природы, но заменённые на кибернетические протезы руки, добавляли ему некой солидности и брутальности. Кроме того, друг Исидора теперь носил небольшую бородку.

Потом Лантерн подошёл к зеркалу и посмотрел на своё отражение. Непривычно было глядеть на свои новые искусственные глаза. Да и парень по ту сторону хоть и казался знакомым, всё же несколько отличался от того образа, что был в голове. Фотомант был не очень высоким, хотя, возможно, мог ещё подрасти на несколько сантиметров. Впрочем, он и сейчас уже был неплохо сложен и больше не походил на угловатого подростка. Эларские гены проявлялись в виде редких наростов по телу. А так юноша выглядел скорей как представитель расы Антокиборгов. Волосы у него были светлые, жёсткие. Черты лица несколько сглаженные. Ну и, конечно, заменённая правая рука и металлические шипы дополняли образ.

Но не было возможности долго себя разглядывать — следовало поспешить и покинуть город. Исидор с Нирианом попали в портал чуть ли не последними. Они могли только порадоваться, что жители Мира Магии сообразили создать запасное измерение для эвакуации. Из-за нестабильности энергетического фона магические катастрофы здесь происходили нередко.

При входе в убежище уже не наблюдалось такой большой толпы, как и предполагал Лантерн. У работников были уставшие от работы лица, хотя это могло казаться из-за его новых глаз. Парень ещё не совсем к ним не привык, и изображение слегка расплывалось.

Антокиборги приблизились к своеобразному контрольно-пропускному пункту в Шэлтер. Один из работников попросил документы, но у Исидора таких в помине не было. Немного опасно иметь документы, занимаясь не совсем законной деятельностью. Поэтому он просто сказал, что они были утеряны при эвакуации из Города Антокиборгов. Этот факт служащих вроде бы особо не смутил - далеко не все постоянно носили с собой паспорта, а чрезвычайная ситуация не всех застала дома, так что народ без документов спокойно принимали и записывали, опираясь на то, что прибывшие говорили. У Нириана паспорта тоже не обнаружилось. Ну, или он не пожелал его предъявлять и сказал неправду. Потому как приятель Исидора успел собрать самые ценные и необходимые вещи из своей мастерской и багаж имел нехилый. Но, по весу, как ни странно, в пределах разрешённого. Тем более что это получалось как бы на двоих.