Страница 10 из 17
Он знал, что рискует, ещё когда только привёз сюда Брюса. Аманда знала, что он рискует — и всё равно согласилась. Они оба поверили, что смогут сохранить местонахождение Брюса в тайне.
Они оба надеялись сделать как лучше. Легче от этого, правда, не становилось.
***
Поиски были муторными. Аманда действительно оказалась полезна. Она втиралась в доверие к уличным детям легче, чем Джим и Харви. С ней они говорили, ей они рассказывали о том, что слышали о «Коте», сообщали о разных ночёвках и местах, где «можно хавки получить». Она вышла на рыжую девочку, очень больную с виду и почему-то смутно знакомую Гордону, которая рассказала, что видела Брюса с какой-то кудрявой девчонкой, и что они, прикупив «кое-каких шмоток», убежали к докам.
Гордон нервничал: девочка смотрела на него по-волчьи злобно. Только потом, когда они уже уходили, он вспомнил, где видел её.
Девочку, с которой говорила Аманда, звали Айви Пеппер. Дочь Марио Пеппера, которого Джим обвинил в убийстве Кайлов. Теперь Пеппер-старший кормил червей, а его дочь слонялась по помойкам. Если в первые недели своей работы в Готэме Джим и думал, что этот город больше не сможет его разочаровать, то в последнее время Готэм только и делал, что разбивал все его добрые надежды вдребезги.
— Миссис Уоллер, а вы не думали, что Айви могла нам врать? — спросил Джим, когда та вернулась в машину и захлопнула за собой дверь. — У неё есть обоснованный мотив сильно не любить Селину. Нелогичный, но когда эмоции и логика шли бок о бок?
— Безусловно. — Аманда подалась вперёд и опёрлась локтями о сиденье, глядя то на Джима, то на Харви, потягивающего кофе и жующего сэндвич. На всю машину пахло майонезом и ветчиной, и даже Джиму хотелось выгнать напарника на улицу. — У Айви Пеппер множество причин не любить Селину. Но она, во-первых, больна, а значит слаба. Во-вторых, она куда сдержаннее, чем вы думаете. Странная — да, не спорю. Она будет носить в себе свою ненависть, пока план мести не созреет. — Аманда покачала головой. — Ей не выгодно сейчас подставлять дочку Кайлов. Тем более что сейчас Селина, как ей кажется, живёт на равных с ней условиях. Тоже сбежала из дома, тоже в бегах от полиции и вообще взрослых.
— Она же ребёнок, — прочавкал Харви. — С чего бы Айви Пеппер так стройно мыслить.
— Потому что она социопатка. Она уже сейчас может мыслить стройнее и глобальнее даже вас, детектив Буллок. — Аманда откинулась на спинку сиденья. — Может, мы наконец поедем в доки?
Джим согласно буркнул и завёл машину. Теория Аманды звучала… правдоподобно. Верить в неё совсем не хотелось.
Пока они ехали, Аманда то ли дремала, то ли медитировала. Прикрыв глаза, она, казалось, дальше зорко наблюдала из-под ресниц, но не издавала при этом ни звука, да и дыхание её было уж больно ровным и спокойным, каким бывает только у спящих и просветлённых.
А потом зазвонил её мобильный телефон. Он взорвал тишину, до этого нарушаемую только рокотом мотора, переговорами по рации и мягким голосом Сила. Аманда тут же сунула руку за пазуху, даже глаза не открывая, и достала оттуда старомодную раскладушку Моторола.
— Слушаю, — деловито сказала она и замолкла.
Джим не слышал, что именно говорили в трубке. Он не мог разобрать даже голос, слышал только какое-то шуршание. У Аманды округлились глаза, она подпрыгнула на своём сиденье и вцепилась в дверную ручку.
— Мисси? Где вы сейчас? Просто осмотритесь и скажите мне, что видите.
Она снова замолкла. Судя по тому, как она поджала губы, речь пошла о Брюсе.
— Хорошо, мисси, — снова заговорила она, чуть понизив голос. — Постарайтесь убедить его, что даже если его репутацию это подмочит, лучше сразу в доки не ехать. Заговорите ему зубы, я знаю, вы умеете, и ждите меня в парке у реплики Дискобола, хорошо? Мы будем скоро. — Она захлопнула раскладушку и снова опёрлась локтями о сиденья Джима и Харви. — Мы не поедем в доки. Вернее, я очень советую вам направить кого-нибудь в доки, потому что там вы найдёте кучу вооружённых людей, но если мы хотим подобрать наших потеряшек, то нам нужно ехать к центральному парку Готэма.
Она села поудобнее, отёрла рукавом пот со лба и облегчённо выдохнула.
Им и правда только радоваться оставалось, что всё обошлось так просто.
***
С детьми они разминулись всего на пару минут. Тучный мужчина, выгуливающий трёх биглей, рассказал, что видел здесь двух беспризорников, мальчика и девочку; девочка, по его словам, ещё и прихрамывала. Он рассказал, что они ушли с бледным лысым джентльменом, альбиносом, что ли, очень вежливым и до неприличия приятным.
Аманда сощурилась: описание это она слышала в первый раз, но, похоже, предчувствия у неё были не из лучших. Джим же похолодел, сразу поняв, о ком речь.
Детей забрал Виктор Засз, подручный головорез Фальконе. Похоже, Кайлы и их благотворительные программы много кому стояли костью в горле. Кому-то перестали доставаться уютные кормушки, которые приносили постоянный доход, и недовольные искали возможность расквитаться.
Джим понимал, что если Брюс попадёт к Фальконе и старик выяснит, чтó мальчик знает, его спустят в ведре с цементом на дно Готэмского залива. Что сделают с Селиной, он думать просто не хотел. Сейчас она не представляла для них ценности, но если она поймёт, кто стоял за убийством её родителей… Кроме того, уже в восемнадцать она должна была унаследовать бизнес Кайлов и всё к нему относящееся, и едва ли это сильно радовало местных мафиози.
Мужчина с биглями показал им направление, и Аманда, не дожидаясь реакции Джима, бросилась в указанную сторону с поразительной для человека с протезом вместо ноги прытью.
Кто именно из детей додумался оставить им дорожку из хлебных крошек, Джим не знал. Может, Селина. Скорее всего, Селина. Весь их путь был обозначен голубыми лоскутами дорогого платья. Крохотными. Бледными.
Селина знала, что Аманда придёт на место встречи, и показывала дорогу.
Парк заканчивался в полузаброшенном спальном районе. Там они и нашли последний голубой лоскут, слабо покачивающийся на ветру. Аманда сняла его с куста, прижала к груди и оглянулась.
Вариантов было немного. Пятиэтажный дом справа почти развалился от времени и некачественной работы строителей много лет назад. Слева высился забор, ограждающий кладбище. А прямо по центру стоял заброшенный завод с разбитыми ветром и хулиганами окнами и проржавевшими насквозь воротами. Даже бездомные, похоже, сторонились этого места.
По крайней мере, так казалось со стороны.
— Они там, — буркнула Аманда, щёлкнула протезом, извлекая пистолет, и побежала прямиком к заводу.
Джим закатил глаза, достал из кобуры свой пистолет и бросился следом.
Джим удивлялся способностям Аманды снова и снова. Она совершенно преобразилась, сбросив маску «Мамушки». Стала проворной и почти бесшумной. Ловкой. Она изящно пробралась через дыру в заборе, и ни одна деталь её одежды не зацепила торчащую со всех сторон проволоку.
Харви таким изяществом не отличался. Джим, впрочем, тоже. Это немного задевало его самолюбие.
Аманда первая нашла чёрный вход. Дверь поддалась удивительно легко, не издав ни единого звука. Похоже, им часто пользовались. Завод явно только выглядел заброшенным.
По дороге им никто не встретился. Перевалочная база, видимо. Здесь не проводилось никаких сделок, никаких передислокаций, никаких переговоров. И тем не менее для каких-то нужд её использовали и часто.
Когда они вышли в главное здание, оказалось, что его можно окинуть взглядом сразу. Кто-то вывез всю аппаратуру, правда, не тронув мусор. Там, где раньше стояли станки и конвееры, теперь темнели ровные прямоугольники. Кое-где пол бороздили рытвины, видимо, следы перестановок.
В самом помещении было всего пять человек. Двое из них — Брюс и Селина. Они сидели на стульях, спиной к спине, и о чём-то перешёптывались, пока трое оставшихся — взрослых, затянутых в чёрное, обсуждали что-то между собой.
Лысый вскоре отделился от своих спутниц (а это были именно спутницы, Джим мог рассмотреть это даже издалека), щёлкнул ножом и подошёл к Селине. Это был Засз, и Джиму стало слегка дурно от одной мысли, что тот задумал.