Страница 10 из 37
Пятый отвел взгляд, тупо глядя перед собой. Никакого отклика, кроме тоски, это имя в нём не вызывало, и сейчас, как он не старался вспомнить хоть что-то, он находил только пустоту.
— Так работают жертвы древним богам, Клаус. Если ты отдаешь им что-то, ты отдаешь это без остатка, — его голос дрогнул, но Пятый всё равно выдавил улыбку. — Ладно, — он снова посмотрел на Клауса. — Раз уж мы тут разоткровенничались, может просветишь меня, какие такие мои агенты тебе докучают?
Клаусу понадобилась пара мгновений, чтобы переключиться на новую тему, но заданный Пятым вопрос ему не понравился.
— Посредственные, по всей видимости. Раз даже я заметил их присутствие, — Клаус обиженно клацнул зубами. — Пополняют досье на меня? Ты знаешь, что я никогда не был против любопытных глаз, со мной всегда десяток призраков, а то и больше… Но, когда собственный брат следит за каждым шагом. — он отвернулся. — Я постоянно хочу спрятаться и я устал от этого чувства.
— Хм. Это тревожные новости, — Пятый развернулся к Клаусу всем телом и скрестил ноги по-турецки. — Потому что единственный подглядывающий Том, который тебе достался — это я. У нас не хватает людей, так что даже если бы я хотел к тебе кого-то приставить, я бы просто не смог. И потом… Думаешь, если бы я вел за тобой постоянную слежку, я бы не знал, что ты встретил Дейва ещё до того, как ты прислал мне приглашение? — он поджал губы и отвел взгляд, размышляя, а потом, всё же, добавил. — Опиши мне этих людей. Вдруг кто-то пытается подобраться ко мне через тебя, или у кого-то зуб на нашу семью…
— Подобраться?
Клаус побледнел и задрожал.
— Я не знаю… Не могу описать. Я не видел их, только чувствовал, как будто на меня постоянно смотрят, — он закусил ноготь и затих. А потом вдруг прижал кулаки к вискам и согнулся пополам, уткнувшись в землю. Пятый не на шутку испугался и тут же опустил руку ему на плечо и слабо сжал.
— Нет-нет-нет, пожалуйста… Нет.
— Клаус, — сказал Пятый, потянув его за плечо на себя. Он не знал, сработает ли с братом тот же трюк, что Лайлой, но что еще ему оставалось? Позвать Дейва и получить по зубам без разбирательств? — Посмотри на меня. Слушай меня. И дыши. Хорошо?
Клаус закрыл глаза и качнулся от его прикосновения.
— Не зови Девида, — сказал он, не разгибаясь. Покачнулся и добавил: — Помоги мне дойти до кухни. Пожалуйста.
— Давай, — Пятый встал первым, схватил Клауса за руку и рывком поставил его на ноги. Если он не хочет чего-то говорить Дейву — это его решение, и Пятый мог его только поддержать. Сделать вид, что все в порядке. Как всё это утро.
— Мы всё равно пройдем мимо них, и он что-нибудь, да заподозрит, — тихо сказал Пятый, подхватывая Клауса за руку.
— Я справлюсь, — кивнул Клаус, и когда они проходили мимо стола, привычно накренился, в своей излюбленной манере и рассмеялся.
Отвёл его на кухню и усадил на стул, а потом, ни слова не говоря, закрыл дверь.
Достал лёд из морозилки и бросил пару кусков стакан, налил воды из кувшина и протянул Клаусу.
— Держи, — и тут же присел на корточки напротив.
Просидел, правда, Пятый перед братом недолго. Услышал шуршание ситца и стук каблуков, и тут же перенесся к двери и приоткрыл её.
— Всё хорошо? — Миранда просунулась внутрь и схватила с тумбочки мундштук и сигареты, а потом обеспокоенно кивнула на Клауса. — Что ты ему сказал?
— Всё нормально. У меня все под контролем, Миранда. Можешь сказать остальным, что это… семейный разговор?
Миранда коротко кивнула, развернулась на каблуках и поспешила к столу. Пятый снова закрыл дверь.
— Дейв? — Клаус поднял на него взгляд.
— Миранда. Ты как?
Клаус кивнул, очень медленно, и приоткрыл глаза.
— В норме… я в норме, — он забросил лёд, который только что прижимал к виску, обратно в стакан. — Бывает.
— Ты же знаешь, что я вижу, что ты не в норме? — Пятый поддел ногой ножку стула рядом, подтянул его к себе и сел напротив Клауса. — Клаус, что происходит?
Клаус молчал. Долго. Пятый его понимал. Он мог не говорить о своих проблемах годами.
— Такое бывает. Одна мысль и пф, теряю контроль и не могу остановить этот снежный ком, — он снова поднял на Пятого взгляд. — И я снова в том феврале.
Пятый не хмурился в этот раз, но смотрел на Клауса не отводя глаз. Прикусив щеку и поджав губы.
— Оуэн и Ханна тоже не знают? Что у тебя ПТСР с паническими атаками? — он понимал, что должен посочувствовать, сказать что-то успокаивающее, но, как обычно, первым делом бросился искать решение.
— Нет, они не в курсе, — Клаус натянул рукава толстовки на пальцы. — Знают лишь Харгривсы. Ты и бестелесные ребята, от которых ничего не скрыть. — он уперся локтями в колени и теперь смотрел на Пятого снизу вверх.
— Иногда я… теряю связь с реальностью. Мне кажется, что всё это мне приснилось и я всё ещё в постапокалиптическом мире, лежу в лодке и её раскачивает на волнах. После того, как… ты знаешь, — Пятый мотнул головой в сторону, — стало хуже. Я просыпался с криками по ночам, дезориентированный, уверенный, что я не смог сбежать.
— И… как ты справляешься?
— Мои близкие знают об этом. Сложно скрыть что-то от женщины, которую ты любишь и с которой делишь постель, верно? Она знает, как меня успокоить и разбудить, — он пожал плечами. — Я всё ещё не готов говорить об этом серьёзно, но у нас с Мирандой есть уговор, что как только это начнет по-настоящему влиять на нашу жизнь, как только это начнёт нам мешать, я обращусь за профессиональной помощью. Это удивительно… успокаивающая мысль.
— Предлагаешь сказать Девиду? Будто бы мало причин держаться от меня подальше, м? — Клаус судорожно втянул воздух и втянул голову в плечи. — Нет. Я не скажу ему. Нет, нет. Если он уйдет, Пятый…
Он не договорил, но не нужно было быть знатоком человеческих душ, чтобы понимать, что он опустил.
Постепенно всё становилось на свои места — нервозность Клауса во время ужина и паутина вранья и недоговариваний, которую тот плёл. Клаус боролся с теми же демонами, что и он когда-то. Просто по-своему.
— О, то есть ты предпочтешь, чтобы он увидел это вживую и без предварительного анонса? — Пятый склонил голову набок. — Потому что это его не напугает?
Он взял руку Клауса в свои и наклонился ещё ближе:
— Посмотри на меня. И послушай. Дейв любит тебя. Но ты не сможешь сохранить эту любовь, если продолжишь юлить и недоговаривать. А он рано или поздно заметит. Он прекрасно знает, что такое ПТСР.
Клаус смотрел на него долго, будто пытаясь прочитать его мысли. И Пятый, в своё время, всматривался в него.
И видел сомнение. В то время, как Пятый был уверен в том, что говорит… Клаус поверить в это боялся.
Пятый отвел взгляд и кивнул, уголки губ поползи вверх в нервной полуулыбке.
— Что, если этой любви не хватит?
— Любовь побеждает всё, Клаус.
Пятый сказал это не задумываясь — ни о том, что она значит на самом деле, ни о том, где услышал её, ни о том, правда ли он так считает.