Страница 8 из 12
— Так я и знала, что эта пигалица своего добьется! — хорошее настроение собеседницы испаряется. — Злопамятная. Не сомневаюсь, что скоро она и до меня доберется.
— Думаете?
— Ой, милочка, я тебя умоляю, — отмахивается женщина. — Мы ведь вдвоем её забраковали.
Пару лет назад, когда я только стала начальником нашего небольшого отдела, на освободившееся место искали нового сотрудника. И на собеседование явилась Алина. Петр Валентинович тогда сразу сказал — оценивать внучку, как и любого другого претендента, без скидок на родственные связи. А для достоверности лично присутствовал на собеседовании.
Он был жестким и справедливым начальником, наверное, именно поэтому фирма за короткий срок оставила позади многих конкурентов. Ну и, как следствие, Алина, только-только снявшая с головы шапочку выпускника, рассчитывала на теплый прием, а попала на «допрос». Я помню, как она с треском провалила тест Галины Ивановны. Сразу было ясно и о перспективности юного дарования, и о соответствии уровню компетенции, что был заявлен в резюме. Да и мне требовался специалист, а не практикант, который со студенческой скамьи метит в дамки.
Не забуду, как отведенные тридцать минут девушка нервно грызла свой роскошный маникюр, слишком яркий для офиса. Кто бы мог подумать, что удушающий аромат её духов станет символом моей головной боли. Странно, что за все месяцы я так и не уловила этого гребанного аромата на своём мужчине.
Закончилось все предсказуемо. Петр Валентинович, не колеблясь, поддержал наше решение, понимая, что Алина не потянет обязанности, которые шли вкупе с хорошей зарплатой. Но, к моему сожалению, предложил девушке попробовать свои силы на должности рангом ниже — освоиться в компании и получить необходимые знания, а после, повторить попытку. Алина мило кивала ровно до тех пор, пока её дедушка был в кабинете. После включился режим избалованной истерички, и как итог — хамство, оскорбления и угрозы, что она вернется, и тогда нам несдобровать. И дверь, чудом не слетевшая с петель, когда девушка покидала офис.
Слово она своё сдержала. Да только вернулась не одна, а с защитником в виде любящего отца. За это время девушка повзрослела и в совершенстве овладела искусством хитрости и манипулирования, а от импульсивности не осталось и следа. С тех пор работать стало куда «веселее», что ни день, то приключения.
— Галина Ивановна, у меня не так уж много времени, — обещанные Наталье пятнадцать минут вот-вот истекут. — Давайте с этим покончим, а мы с вами как-нибудь встретимся и поболтаем.
— Ловлю тебя на слове, девочка. Распоряжений я ещё не получала, но подожди, я сейчас свяжусь с главой и уточню. — Долго ждать не пришлось — разговор по телефону был необычайно коротким. — Евгения, тебя просят явиться пред очи начальства.
Женщина разводит руками, мол, хотела бы, да помочь не могу.
До приёмной добираюсь без приключений, на горизонте нет ни Алины, ни Антона. И это, несомненно, к лучшему.
— Он тебя уже ждет, — сообщает Наталья, едва я переступаю порог приёмной. — И не один. Удачи!
Что-что, а удача мне явно пригодится, потому что компанию Игорю Петровичу составляет никто иной, как его дочь. На лице не дрогнул ни один мускул, только деловой настрой.
— Присаживайтесь, Евгения Олеговна, — указывает на свободное место напротив Алины. — Мне звонили из кадров. Вы куда-то собрались?
— Насколько мне не изменяет память, вы меня уволили.
— Да, но я не думал, что мне придется напоминать вам о двух неделях отработки. Я рассчитываю, что за это время вы передадите все свои дела новому начальнику отдела и введете его в курс дела.
— И кто это?
— Она перед вами, — указывает на очевидное мужчина, но я даже головы не поворачиваю. — Алина Игоревна отлично себя проявила в сложный для компании момент, вы не можете этого отрицать.
— Ну что вы, — протягиваю насмешливо. — Девушка отлично себя проявила, — соглашаюсь, смотря исключительно на начальство, продолжая игнорировать присутствие разлучницы. — Как говорится, наш пострел везде поспел.
— Мне не нравятся ваши намеки, Евгения Олеговна, — включается в разговор объект обсуждения. Да с такой строгостью в голосе, словно мы уже поменялись ролями — и это она мой начальник. — Давайте не смешивать работу и личную жизнь? Вы себя выставляете не в лучшем свете!
— И это говорит мне та, что не постеснялась переспать с парнем начальницы, — девушка поджимает губы, когда я полоснула её холодным взглядом. Я тоже умею играть в такие игры. — Игорь Петрович, я не стану вводить Алину в курс дела, — шутки в сторону, тем более, начальник хмур, как грозовая туча. — Наивно с вашей стороны полагать, что я стану ей помогать хоть в чем-то после произ…
— Ещё как станете, если не хотите быть уволенной по статье, — грубо перебивает начальник, внимательно отслеживая мою реакцию.
Шантаж? Так, значит?
— Несоответствие занимаемой должности или грубое нарушение трудовых обязанностей, к примеру, хищение. Что вам больше нравится?
Боюсь, мои предпочтения в данном вопросе вас огорчат.
— Мне больше нравится идея двухнедельной отработки, — выжидаю несколько секунд, пока начальник удовлетворенно вздохнёт, считая, что добился своего. А после бросаю ему ту же монету, — когда я с удовольствием посвящу каждого сотрудника этого офиса в пикантные подробности, как дочка босса, молодая вертихвостка, разрушила мою семью. Это ли не хищение в особо крупных размерах?
Они ошарашены. Игорь Петрович, по-моему, вообще не ожидал сопротивления. Привык давить своей аурой — как зыркнет, так все сотрудники разбегались. Вот только мне нельзя идти на попятный, иначе мои же слова аукнутся мне ещё большими проблемами.
— Вы не посмеете, — буднично, излишне спокойно заявляет улыбающаяся Алина, откидываясь на спинку кресла.
— О, ты думаешь, я шучу, Алина? — приподнимаю бровь, смотря на девушку с вызовом. — Поверь, я буду плакаться на каждом плече, жалуясь на нелегкую женскую долю и рассказывая, как дочка босса соблазнила моего парня.
— Прекратите этот спектакль, Евгения! — мужчина хлопает рукой по столу, пытаясь вернуть меня к порядку, но вместо этого меня пробирает веселье.
Ну-ну, не я это начала. Когда женщину загоняют в угол безысходности, она начинает кусаться. А я ещё пока только зубки показала!
— Вы озвучили свои условия, будьте добры выслушать и меня. Неужели вам не интересно, как будут развиваться дальнейшие события в ближайшие две недели? — не дождавшись ответа, я продолжаю. — Так… что там дальше? Ах да, нужно не забыть шепнуть сплетницам, как вместо отпуска я лежала в больнице, ведь на фоне стресса у меня случился выкидыш. Какая удача, что до отпуска я отравилась морепродуктами! Ты же видела, Алина, как меня полоскало? Да и не только ты, так что сплетня разнесется по офису быстрее лесного пожара.
— Что за чушь собачья! — наконец, девушка теряет терпение и резко вскакивает с места, от чего стул за её спиной падает. Опирается ладонями на стол, наклоняясь ко мне, и зло проговаривает: — Вам никто не поверит!
— Ошибаешься, — продолжаю улыбаться. Я не хотела доводить до этого, но видит бог, получаю удовольствие от каждой минуты незапланированных переговоров. — О наших отношениях с Антоном в офисе знают четыре человека. Они подтвердят всем желающим, что мы встречались много лет. И поверь, этого будет вполне достаточно, чтобы любые мои дальнейшие слова приняли за чистую монету. Потому что от меня не ждут подвоха, Алина. У меня кристальная репутация, меня уважают и хорошо знают. В отличие от тебя, темной лошадки по блату, я тут работаю шесть лет. Но знаешь, что доставит мне особое удовольствие? — усмехаюсь, глядя разъяренную фурию, которая готова вцепиться мне в волосы от безысходности. — Тебе известно, что делают в женских коллективах с разлучницами? Нет? Когда перед женщинами встанет вопрос — ты или их мужья — тебя сожрут с потрохами, — Алина не выдерживает взгляда и отступает к окну, обняв себя за плечи. — Начнется такая травля, какую ты себе и вообразить не можешь.