Страница 7 из 10
– Наташенька, спасибо! – услышала она от Анны Петровны, – не сердись, пожалуйста, на Оксаночку. Она хорошая девочка! Тем более, что у неё и повод был уважительный. День рождения её любимого человека. В такие дни обязательно надо быть вместе с теми, кого любишь, – грустно добавила она.
Глава 5
Оксаночка уснула богатырским сном сразу, как вышла из душа. А Таша, перед тем, как сделать Анне Петровне укол, накрыла всё для завтрака. Накрыла, как того требовал этикет.
– Наташенька, ты сама-то завтракала?
– Да, спасибо, Анна Петровна. Меня Андрей Денисович уговорил ему составить компанию.
– Да, Андрюша не любит завтракать в одиночестве, – кивнула Анна Петровна и её лицо озарила теплая улыбка, – и чем же вы с ним завтракали? – вдруг улыбнулась она.
При виде этой улыбки у Таши сжалось сердце. "Как же они до сих пор любят друг друга!" – вдруг поняла девушка.
– Андрей Денисович кашей, а потом, увидев мои бутерброды, ещё и бутербродами с ветчиной, помидорами и листом салата на тосте, политым оливковым маслом, – отчиталась Таша и смутилась. Ведь они сейчас, по сути, обсуждают её завтрак с мужем этой больной женщины. Завтрак пусть не в интимной обстановке, но всё-таки…
– Ох, да, Андрей любит бутерброды! – рассмеялась Анна Петровна, и неожиданно продолжила:
– Это хорошо, Наташенька, что ты ему такие правильные бутерброды делаешь и составляешь ему компанию. А то ведь он всегда себе из двух кусков хлеба слепит что-то и жуёт! Хорошо хоть, начал всё-таки кашу на пустой желудок проглатывать. Наташенька, скажи, а ты тоже любишь бутерброды на завтрак?
– Да, люблю. На кашу вечно не было времени, вот я и привыкла, – смутилась Таша.
Анна Петровна улыбнулась каким-то своим мыслям, даже кивнула им, а потом, сменив тему, спросила, смущенно улыбнувшись:
– Наташенька, ты не знаешь, с Денисом всё хорошо? Он не заходил ко мне уже три дня.
Таша это знала. Она сама здесь уже три дня, а Дениса Андреевича, как его все здесь называют, увидела сегодня первый раз. И, кстати, его отец, Андрей Денисович, представил своего сына Таше без отчества. Она только сейчас это поняла. Странно, почему же тогда весь персонал к нему по имени – отчеству обращается? Ладно, с этим она потом разберется, с чего это вдруг ей такой приоритет.
То, что Денис Андреевич тот ещё оболтус – это она уже поняла. Парень вон ровесник непутевой Оксаны, а всё ещё в институте – об этом горничные шептались, Наталья слышала. Андрей Денисович тоже вот, увидев сегодня сына, стал словно каменным. Хотя нет, точнее всё-таки будет сравнение с захлопнувшейся ракушкой.
Вот же только что девушка видела заботливого мужа, очень переживающего за свою умирающую жену, за её боли, за то, что лечение не помогло, и поэтому он принял решение и забрал её домой, и нанял ей сиделку и медсестру. Это он сам, будто оправдываясь перед ней, Ташей, рассказал. Будто ему, зачем-то, очень надо было услышать её, Ташино мнение о правильности его поступка. Выспрашивал её, Ташу, что чувствует такой больной, когда ему делают укол. Как быстро понадобится колоть чаще, чем один раз в сутки.
– Вы всё правильно сделали, Андрей Денисович. Хоспис, какой бы дорогой он ни был – это всё равно больница, насквозь пропитанная тяжелой энергетикой смерти. Хорошо, что Вы можете себе позволить…, – Таша замялась, не зная, как продолжить.
– Позволить оплатить Ваши очень недешевые услуги? – прищурился настороженно Королев. Таше даже показалось, что он обрадовался возможности вот сейчас услышать от неё намёк на его деньги. Потому что в её словах можно было услышать и такой намек.
– Позволить Вашей жене умирать в окружении родных и близких. В окружении родных стен, – Таша сказала это спокойно и открыто посмотрела ему в глаза. Открыто, потому что она именно это и имела в виду.
Королев посверлил Ташу взглядом и вдруг спросил:
– Наталья, расскажите, почему Вы, такая хрупкая и красивая девушка, пошли именно в медицину?
– Мама очень хотела, – невесело улыбнулась она, – вот я и не смогла ей отказать.
И Таша рассказала Королеву о том, как умирала мама, а она училась назло этому. Уходя в зубрежку от реальности и маминой боли.
Королев слушал Наталью, а сам вспоминал то, что прочел о ней в той папке, которую собрал для него Егор. Рассказывала девушка спокойно, не пытаясь развести его на жалостливые эмоции, мол, пожалейте меня, сиротинушку. Рассказывала просто потому, что он спросил, и она отвечает. "М-дааа, спину держать девушка умеет!" Это выражение он когда-то услышал от своей жены. У мужиков это умение противостоять жизненным коллизиям называлось "умение держать удар".
– Ой, извините, Андрей Денисович, я не хотела Вам день портить! – спохватилась Таша, услышав бой часов в холле, который и вернул её в действительность, – загрузила я Вас ненужной для Вас информацией.
И вот, с появлением в столовой нетрезвого сына, перед Ташей уже сидел совсем другой человек. Глава этого всего королевства, как она называла про себя имение Королева-старшего. Тот, с кем она, будь он с ней таким же закрытым и каменным, ни за что и никогда не посмела бы ударяться в свои воспоминания. Тот, кого боятся и уважают, тот, кого даже за спиной не обсуждают горничные.
А вот обсуждать Королева-младшего это пожалуйста! Это сколько угодно, со всей нашей любовью к сплетням. Так что Таша, за эти три дня, уже много чего услышала о Денисе, а сегодня утром ещё и увидела его в первый раз.
И вот внешность парня как раз и подтверждала всё, что она слышала о нем: сын своих богатых родителей, ничего ещё не достигший к своим 25-ти годам и ни копейки не заработавший сам. Из интересов клубы, тусовки и девушки. Ну, про его девушек она уже не только здесь наслышана. Сейчас вот как раз весь интернет обсуждает его расставание с очередной пассией. Точнее, это его бывшая пассия со всем интернетом обсуждает то, какой Денис чудак на букву "М", как он её, красавицу и умницу, бросил. И как она, вся из себя белая и пушистая, уже весь свой белый пух слезами от расставания с ним промочила.
Ташу никогда не интересовала чужая личная жизнь, ей бы со своей разобраться! А вот Светик, её подруга со школьной скамьи, была в курсе всего этого. И, услышав от Таши, по какому адресу она вызывала такси три дня назад, тему, как говорится, сразу просекла:
– Ташка, колись! Я помню о нашей этике, но скажи хоть, ты в комнату к Денису заходила? У него правда, что ли, не кровать, а сексодром, как эта его бывшая пассия говорит?
– Чтоо? – Таша расхохоталась, – Свет, ну вот мне то зачем в его комнату заходить? Да и не видела я его ещё ни разу за эти три дня!
Этот разговор состоялся сегодня утром на кухне. Наталья и Светлана жили в одной квартире. Квартира была Ташина, после смерти мамы она сама предложила Светику перебраться жить к ней. Подруга снимала комнату у чокнутой бабули, не имеющей понятия о том, что такое личные вещи, и Светик могла, придя с суточного дежурства, обнаружить свою теплую кофту на плечах своей квартирной хозяйки. И объяснить квартирной хозяйке то, что брать чужие вещи нельзя, Светик так и не смогла. Бабуля искренне считала, что всё, что находится в её квартире, принадлежит ей и точка!
А платить вдвоем за квартиру было дешевле. И Таше, и Светику. И Светик согласилась на переезд к подруге. Девчонки умели считать свои, так нелегко заработанные, деньги, и подруга с радостью переехала жить к Таше и даже потребовала, чтобы Таша брала с неё квартплату, как за комнату у той бабули. Но тут уже Таша воспротивилась, заявив, что, либо Светик платит ровно половину квартплаты, либо остается там, где жила. Девчонки договорились, что парней они в квартиру не водят, в магазин ходят по очереди, на продукты скидываются. Чем не идиллия?
Девчонки дружили со школы, вместе же поступили в медицинский техникум. Вместе же пошли работать в это агентство. Да, им обеим пришлось уже хлебнуть в этой жизни, и то, как нелегко зарабатываются деньги, они знали очень хорошо. Светик, оправдывая своё имя, была болтушкой-хохотушкой. И то, что она была в курсе сплетен о светской тусовке, не говорило о том, что Светик мечтала туда попасть. Они обе понимали, что там серпентарий похуже будет, чем в их общежитии при техникуме. Просто нравилось Светику читать эти обсуждения.