Страница 4 из 13
– Джордан, я просто хотела, чтобы ты знала – он погиб, пытаясь остановить торговлю людьми, а не из-за никому не нужного репортажа про Эверест, – заметив перемену в моем настроении, Криста сбавила напор.
– Теперь я знаю. И хочу действовать, – ответ был в тон ее высокопарной речи.
Криста все еще медлила, возможно, обдумывая следующий ход. Я тоже размышляла – раз Эр Джей не был до конца откровенен, значит, и Криста могла солгать. Поэтому и мне не обязательно быть искренней. Вызываясь добровольцем, я получу доступ к базе данных, с которой они работали, и все проверю. И когда картина будет полной – приму решение. Чувствуя прилив адреналина, я встала с дивана. Криста поднялась следом:
– Ты уверена?
– Я полечу в Россию. Вопрос только – с твоей помощью или без.
Криста не стала отнекиваться или торговаться.
– Если ты действительно готова это сделать, я расскажу тебе все. – Она достала сотовый. – И мы обеспечим идеальное прикрытие. Но предупреждаю – оно тебе не понравится.
~ 2 ~
С четверть часа пристально вглядываясь вперед в поисках шоссе или проселочной дороги, я бросила это гиблое дело – сминая траву, пикап продолжал ехать прямо по полю. На пригорках машину подбрасывало, и мои чемоданы с грохотом кидало от одного борта к другому – мужчины не догадались их закрепить. Сидевший за рулем кудрявый брюнет, представившийся Священником, следил за мной в зеркало заднего вида и периодически делал попытки завязать беседу. Устав от тряски, я отвечала невпопад, думая лишь о том, как бы случайно не назвать его по имени или не сморозить шутку про тайских проституток.
– Если хотите, можете прилечь, – предложил Священник, увидев, как я поморщилась на очередном ухабе. – Осталось больше часа.
Его молодой напарник что-то молчаливо изучал на экране планшета.
– Grazie2, – поблагодарила я, не забыв улыбнуться – мне нужно понравиться всем и не вызывать подозрений. – Я потерплю.
Не самая тяжелая на первый взгляд задача – внедрившись в шоу в составе охотников, за десять дней обзавестись дружескими связями и обнаружить виновного в гибели Эр Джея – с каждой минутой приближения к игровой площадке «Руна» все сильнее казалась трудновыполнимой.
Сложности начались еще в аэропорту, когда меня по прибытии задержали в зеленом коридоре. Хотя я знала, что ничего незадекларированного в моих вещах нет – поддельные документы на другое имя вылетели из Штатов несколькими рейсами раньше, – все равно занервничала. Проверка – это слишком подозрительно. Наверняка ее затеяли по поручению организаторов шоу. Хорошо же у них все схвачено. Просмотрев багаж, таможенники меня отпустили. В прежней жизни это обстоятельство заставило бы насторожиться и сменить первоначальный план, но, сойдя с трапа самолета, я оставила позади все старые привычки. Джордан Мэттьюз больше не существует. Теперь я должна иначе думать, двигаться, разговаривать – не зря же я месяц тренировалась, примеряя на себя новую личину легкомысленной и взбалмошной неаполитанки. Благодаря итальянским корням легче всего мне дался акцент; привычную физическую форму я тоже вернула довольно быстро, неделями не вылезая из тренажерного зала и тира, а вот над игривостью и стремлением к общению еще приходилось работать.
Из-за возни на таможне я едва не опоздала на встречу с помощницей Кристы, которая должна была передать номер и код от камеры хранения на железнодорожном вокзале. Словно случайно столкнувшись в женском туалете, я незаметно перехватила протянутый кусок салфетки и, запомнив цифры, спустила бумажку в унитаз. Теперь на случай отступления у меня были документы и деньги.
Проблем с миссией добавила не только непредвиденная задержка, но и неосведомленность – как оказалось, Криста не знала о повышенных мерах предосторожности организаторов шоу. Это стоило мне мобильного телефона и планшета. Забирая их, Священник несколько раз извинился, ссылаясь на политику безопасности, но я не особо переживала – если технику и будут проверять, все контакты в телефонных книгах лишь подтвердят мою легенду. Ножи, замаскированные под кредитки, остались при мне – их не нашли ни сканеры в аэропорту, ни русские таможенники. Но даже если бы отобрали и это резервное оружие, я знала, что сложности меня не остановят.
Размышляя, я не заметила, как задремала. Мне приснилось, что самолет падает. Все началось как обыкновенная воздушная яма – рывок, и сердце ухнуло куда-то вниз, – но когда я от страха распахнула глаза, сон никуда не делся. Не чувствуя опоры, я продолжала заваливаться вбок.
– Какого черта? – забыв про акцент, рявкнула я, но быстро сориентировалась. – Che cazzo?3
С полусна запоздало осознав, что я давно не в самолете и падаю, потому что открылась дверь уже припаркованного пикапа, мозг отдал телу приказ удержать равновесие, но все закончилось не так, как я ожидала, – перед лицом мелькнула чья-то рука. Я инстинктивно попыталась уклониться, отпрянув назад, но не успела – мощнейший удар в лоб опрокинул меня обратно в салон. Заготовки всевозможных фраз на итальянском и английском вмиг выбило из головы. Растянувшись на заднем сиденье, я лихорадочно соображала, стоит ли застонать, изображая сотрясение мозга, или попробовать свести произошедшее к шутке? Не могли же меня вычислить так быстро! На всякий случай просчитав возможные пути отступления и убедившись, что ключ от пикапа торчит в замке зажигания, где его бросил Священник, я приподнялась на локтях и осмотрела нападавшего. Он был среднего роста, но весьма неплохо сложен, а в нагловатом взгляде напрочь отсутствовало сожаление. Опираясь на распахнутую дверь, незнакомец с любопытством наблюдал за мной, явно не спеша помогать или извиняться.
– Figlio di putana!4 – встрепенулась я.
Я проспала въезд на территорию! И, возможно, оказалась в западне. Все еще надеясь, что прикрытие не вызывает сомнений, я осторожно села и, убедившись, что меня не держат на прицеле, вздохнула с облегчением. Я просто нарвалась не на самого обходительного встречающего. Можно придерживаться основного сценария, правда, с некоторыми изменениями. Хоть и не хотелось начинать свое появление с истерики, все-таки придется поставить наглеца на место.
– Вы всех гостей принимаете так… так… энергично? – потирая лоб, я, наконец, выбралась из машины.
Вместо ответа встретивший меня военный – если судить по выправке, в его прошлом точно была армейская служба, несмотря на всю напускную лень, – начал энергично скрести затылок, делая вид, что обдумывает вопрос. Да уж, верх остроумия.
– Простите мое внезапное появление, мэм, – с плохо скрываемой иронией, наконец, выдал он.
Я уже оправилась от потрясения и, стоя обеими ногами на земле, чувствовала себя уверенней. Внезапный удар действительно оказался всего лишь нелепой случайностью.
– Не думал, что здесь кого-то можно застать врасплох, – его тон был серьезен, но вот насмешливый взгляд карих глаз говорил об обратном – мужчина продолжал издеваться.
Замечание было резонным – я стала терять форму, раз так легко позволила практически вырубить себя. Интересно, все русские такие хамоватые? Хотя акцента у него не было, не факт, что он из местных. Увидев пренебрежительный взгляд, брошенный в сторону моих чемоданов, и еще один, оценивающий, которого удостоилось мое декольте, я окончательно пришла в себя и надменно вскинула подбородок. Сообразив, что гостья, заплатившая немалую сумму за возможность быть покусанной русскими москитами, должна ощущать хотя бы видимость вежливости, он запоздало подал мне руку.
Ладно, крепыш, хоть мне и нужны друзья на чужой территории, ты в их список входить не будешь. Удивленно изогнув бровь, я внимательно изучила ладонь, зависшую передо мной, и брезгливо осведомилась:
– Простите, вы ждете чаевых?
2
Grazie (итал). – Спасибо.
3
Che cazzo? (итал). – Распространенное ругательство, цензурная часть которого начинается со слов «какого…» или «что за…».
4
Figlio di putana! (итал). – Еще одно ругательство, дословное значение – «сукин сын».