Страница 69 из 120
К счастью, можно было опереться на более умных и ловких людей. С 24 февраля по 11 апреля Генри Роджерс находился на Бермудских островах, восстанавливаясь после инсульта, и компанию ему составлял Марк Твен. Когда они вернулись, к писателю обратился Фрэнк Даблдей с просьбой помочь Рокфеллеру укрепить пошатнувшуюся репутацию. Хватит изображать его кровососом, сидящим на мешке с деньгами. Один пример: Саймон Флекснер, заведующий Рокфеллеровским институтом медицинских исследований, сумел разработать способ лечения менингита, используя сыворотку крови лошадей. В 1907 году он провёл испытания на обезьянах, а в январе 1908-го у пациента, которому ввели сыворотку в спинномозговой канал, уже через четыре часа спала температура, и он пошёл на поправку. В мае Рокфеллер-младший объявил руководству института, что его отец, впечатлённый результатом, даст денег на строительство больницы на 60 коек с изолятором на девять мест; вместе с пожертвованиями в фонд РИМ И расходы составят восемь миллионов долларов.
Любимая дочь Марка Твена Сьюзи умерла от менингита в 24 года; во время эпидемии зимой 1904/05 года эта болезнь унесла три тысячи ньюйоркцев. РИМ И теперь раздавал сыворотку Флекснера бесплатно, и смертность сократилась с 75 до 25 процентов. Люди должны об этом узнать. 20 мая 1908 года более сорока издателей иллюстрированных журналов собрались на обед в «Олдин клаб». Когда все уселись за столом, в глубине зала раскрылась дверь и вошли Марк Твен, Генри Роджерс и два Джона Рокфеллера — отец и сын. Три четверти присутствующих впервые увидели легендарного бизнесмена, хотя в своих публикациях не раз честили его на все корки. Он всё ещё был высоким импозантным мужчиной, но его лицо было печальнее и задумчивее, чем на журнальных картинках. После представлений, сделанных Марком Твеном и Роджерсом, Рокфеллер рассказал о работе РИМИ, перемежая общие сведения историями из жизни. Он говорил «мило, здраво, просто, человечно и поразительно эффективно; почти после каждой его фразы зал взрывался аплодисментами, и когда он сел, все эти люди были его друзьями», написал Марк Твен на следующий день. Каждый хотел пожать ему руку.
На 69-й день рождения, 8 июля 1908 года, Эбби преподнесла Рокфеллеру подарок — родила ещё одного внука, которого назвали Нельсоном в честь другого дедушки. Тот факт, что они родились в один день, был в глазах Джона Д. знамением: именно этому мальчику суждено возглавить следующее поколение Рокфеллеров. В том же месяце федеральный апелляционный суд не только отменил штраф, но и вынес порицание Лэндису, посчитавшему каждый груз нефти отдельным нарушением закона. Судья Питер Гросскап назвал решение Лэндиса «злоупотреблением судейским усмотрением», приказал провести повторное разбирательство, и «Стандард ойл» в итоге признали невиновной. Узнав об этом, Тедди Рузвельт был готов рвать и метать. Да, штраф был великоват, но само решение суда справедливо! На следующий же день президент заявил, что правительство снова привлечёт «Стандард ойл» к суду, поскольку «ни вина ответчика, ни исключительная тяжесть преступления не вызывают абсолютно никаких вопросов».
Между прочим, сенатор Джонатан Борн устроил-таки весной—летом несколько тайных встреч, где президент высказал Джону Арчболду желание уладить дело «Стандард ойл» без суда. Но, видимо, политические соображения перевесили — выборы же на носу.
Рузвельт сдержал обещание не идти на третий срок[40] и поддержал выдвижение кандидатом от республиканцев своего близкого друга Уильяма Говарда Тафта, военного министра его правительства. Демократов вновь представлял Уильям Брайан, сохранявший популярность в либеральных и популистских кругах. Он повёл широкую кампанию против бизнес-элиты.
В предвыборную гонку вступили и кандидаты от других партий: Юджин Дебс от социалистов, Юджин Чейфин от Прогибиционистской партии, боровшейся за введение «сухого закона». Медиамагнат Уильям Рэндольф Хёрст создал в 1906 году свою партию — Лигу независимости, чтобы баллотироваться в губернаторы штата Нью-Йорк, но проиграл; зато некоторым его однопартийцам повезло больше. В июле 1908-го эта партия, выступавшая против коррупции в политике, за восьмичасовой рабочий день, национализацию ряда отраслей экономики (в том числе железных дорог) и создание Центрального банка, выдвинула своим кандидатом в президенты Томаса Хисгена из Массачусетса. Он занимался производством дёгтя и в своё время не поддался «Стандард ойл», предлагавшей купить его бизнес за 600 тысяч долларов. Компания пыталась разорить его ценовым демпингом и нажила себе ярого врага. 17 сентября Хёрст выступил в Колумбусе, штат Огайо, с речью в поддержку Хисгена, заявив, что прямо сейчас, перед тем как он отправился на митинг, к нему в гостиницу явился незнакомец и передал копии писем Арчболда и некоторых политиков. И Хёрст зачитал вслух те самые письма Арчболда сенатору Форейкеру и конгрессмену Сибли, которые два с половиной года назад ему продали бессовестные рассыльные из конторы «Стандард ойл». Отпираться было бессмысленно, но Форейкер всё же заявил, что получал деньги от Арчболда на законном основании, в качестве советника компании. Общественность этому объяснению не поверила, и на политической карьере Форейкера и Сибли был поставлен жирный крест. Арчболд же усидел в своём кресле (желающих его занять было не так уж много), но на следующий год на всякий случай пожертвовал миллион долларов Сиракузскому университету.
Рокфеллер вновь появился в офисе компании 29 октября, чтобы поддержать Тафта: «Я считаю, что он не такой человек, чтобы пускаться в рискованные эксперименты или препятствовать возвращению процветания, ратуя за меры, подрывающие промышленный прогресс». Это был камешек в огород Тедди Рузвельта, который сразу назвал такую «поддержку» явной попыткой «Стандард ойл» навредить Тафту. Однако Джон Д. был вполне искренен. К тому же Уильям Брайан прямо заявил, что Рокфеллера следует посадить в тюрьму.
С октября в журнале «Уорлдс ворк» начали печатать мемуары Рокфеллера — «Случайные воспоминания о людях и событиях», записанные Даблдеем и отредактированные Старром Мёрфи. Перед публикацией каждую порцию тщательно вычитывали адвокаты «Стандард ойл», ведь генеральный прокурор не оставит такой материал без внимания. Рокфеллер сначала хотел обойтись без эпизода с вдовой Баккус — там дел-то на копейки; но Гейтс возразил, что именно копеечные истории оказывают большее воздействие на умы простых людей: обобрать бедную вдову из-за грошей! «Никакая другая клевета в ваш адрес или в адрес компании не наделала больше вреда», — уверял он. Поэтому пресловутой истории уделили больше внимания, чем некоторым крупным промышленным проектам. К тому же этим примером можно было проиллюстрировать идею, что «величайшим препятствием на пути прогресса и счастья американского народа является желание множества людей тратить время и деньги на умножение конкурирующих предприятий вместо того, чтобы открывать новые сферы деятельности и вкладывать деньги в те отрасли промышленности и развития, которые необходимы». А вообще Даблдей попытался представить Рокфеллера не воротилой бизнеса, небожителем, а этаким стариной Джоном: «Я живу, как фермер, отойдя от ярких событий в бизнесе: играю в гольф, сажаю деревья; при этом у меня так много дел, что дня не хватает». А незаслуженную критику в свой адрес он принимает с христианским смирением[41].
К тому времени «Дело “Стандард ойл”» уже составляло 21 толстый том: следователи допросили 444 свидетелей, заполнив 12 тысяч страниц протоколов. Пока расследование продолжалось, против компании был подан 21 иск в разных штатах, от Техаса до Коннектикута. Все эти люди были уверены, что Рокфеллер всегда был «кукловодом», а Арчболд и иже с ним — его марионетками. Джон Д. утверждал обратное. Теперь, когда дело двигалось к суду, он неожиданно сделал для себя неприятное открытие: он в самом деле не был в курсе реальных дел. Так, он полагал, что дивиденды, выплачиваемые по акциям «Стандард ойл», составляли шесть—восемь процентов. Однако из цифр, предоставленных в его распоряжение членом совета директоров Генри Клеем Фолджером, следовало, что в последние 25 лет они составляли в среднем 13,86 процента. Так много?! Конечно, для других бизнесменов это ерунда, но вот борцы с монополиями могут взглянуть на вещи иначе... На протяжении двенадцати лет перед отходом Рокфеллера от дел доходность активов колебалась в рамках 11—17 процентов, а когда у руля встал Арчболд, взлетела до 21—27 процентов в 1900—1906 годах. Конечно, это признак умелого руководства; но Рокфеллер всегда ставил себе в заслугу, что продаёт населению качественный и дешёвый керосин... Фолджер пообещал уничтожить обличительную статистику.
40
Негласное правило, ограничившее время пребывания в Белом доме двумя президентскими сроками, существовало ещё со времён Джорджа Вашингтона. Законодательно оно будет закреплено 22-й поправкой к Конституции США, принятой конгрессом в 1947 году и ратифицированной в 1951-м: «Никто не может быть избран на должность Президента более чем два раза, а лицо, занимавшее должность Президента или действовавшее в качестве Президента в течение более двух лет от срока, на который был избран Президентом другой человек, не может избираться на должность Президента более чем один раз».
41
В апреле 1909 года мемуары Рокфеллера были изданы отдельной книгой, вышедшей одновременное Англии, Германии, Франции и Италии. Ида Тарбелл высказалась о них 25-го числа на страницах «Чикаго рекорд геральд», поиронизировав над рассказами о выращивании цветочков и сравнив Рокфеллера с гуннами, пронёсшимися по завоёванной стране беспощадным потоком, сметающим всё на своём пути: «Нет, он не гунн: его разрушительная сила слишком умна. Он больше похож на Наполеона Бернарда Шоу — великого, поскольку он не применяет обычные законы благопристойности и морали к самому себе, при этом сохраняя их для других. Он — мастодонт ментальной машинерии. Можно ли просить сжалиться паровой плуг? Бывают ли угрызения совести у динамо-машины?»