Страница 107 из 108
Через год Миша уехал. Вылетел из гнезда, не оставив записки, радостно предвкушая возможные перспективы и не задумываясь о неудачах. Так и должно быть. И так и было.
На шумном и суетливом перроне мы стояли вдвоем. Крепко держась за руки, чтобы сын, глядя в широкое окно, за нас не переживал. Чтобы знал, что мы есть друг у друга.
Как же он вырос. Как возмужал. С какой легкостью ему давались сложные решения. Там, где бы я неуверенно озиралась по сторонам в поисках помощи, он брал ответственность на себя и выходил победителем. И это моя вина. Неспособная защитить, я выставила его перед собой как щит, под пулеметную очередь невзгод, вынудив повзрослеть тогда, когда он должен был еще думать о детских шалостях и забавах. Но он вырос. И как я никогда не перестану винить себя, так и не перестану его благодарить.
Махнув отходящему поезду, я украдкой стирала слезы, сжимая ладонь Дениса до хруста.
– Эй-эй, полегче, – он нервно рассмеялся, но руки не выдернул. – Ну что, проводить тебя домой?
Я, размазывая тушь по щекам, робко кивнула. Вряд ли я бы нашла сейчас дорогу, замыленным взглядом блуждая по вокзалу, в очередной раз доказывая свою неспособность к мгновенному принятию разрушающих эмоций.
Вызови я такси, через пятнадцать минут я была бы уже у дома, но я не хотела торопиться. Оля в саду, мама обещала ее забрать. На часах всего полдень. Казалось, вся жизнь еще впереди. А нет, вот она, раскололась на части, увозя огромный, значимый, вырванный кусок в вонючую и пропахшую газами Москву. Никогда не отпустила бы, не дала бы вздохнуть, если бы не верила в сына. А я верила.
Я знала, что у него все будет хорошо. И у меня тоже будет.
Взглянув на бывшего, я остановилась на его лице. Случайная догадка взорвалась салютом в голове. Постарел. Осунулся. Морщинами покрылся. Раньше я не обращала на это внимания. Еще каких-то два года назад никто бы не дал ему его возраст. Моложавый и подтянутый. Но не сегодня.
Он долго ждал моего ответа, а я оттягивала как могла. Боялась, что, окунувшись снова в обман и предательство, второй раз не выплыву. Но все эти годы Денис был паинькой. Ну или я просто чего-то не знала. И вряд ли уже захочу знать. Мне одиноко. Мне плохо. Мне нужно, чтобы кто-то был рядом. Только целиком, не отрывками по воскресеньям. И еще четкая уверенность, что, кроме меня, у него больше никого нет.
– Как на работе? – начала я издалека. Со «Старицей» я распрощалась перед окончанием декрета, найдя небольшую фирму около сада дочери. Потеряла немного в зарплате, но спокойствие того стоило. Не смотреть больше в понимающие глаза коллег, не слышать шепот за спиной. Хотя, может, гадюки и успокоились на эти три года. Но проверять я бы не стала.
– Все по-старому. Зам один увольняться собирается, ищу ему замену. Толковый был мужик.
Да, Денис наконец получил генерального. Он так жаждал этого, так стремился и вот достиг. Важности нарочитой прибавилось, ответственности, ну и жеманности немного. Он ждал, что Сергей похлопочет за него перед учредителями, когда задумает переезд в Питер. Но все обстоятельства минувшего лишь доказывали, что тот не стал бы этого делать, даже если бы захотел. Может, оно и к лучшему. Так, Денис всего добился сам, пусть и нелегким путем, не по восходящей прямой.
– А как дела у Марины? – несменная секретарша долгие годы окучивала Дениса, считая, что я не вижу.
– Я же тебе говорил, забыла? Еще года три назад ее уволил. Настырная такая, лезла постоянно. Ну я же директор. Какие шашни с коллегами? Как это скажется на моей репутации?
Я подавила улыбку. Вот он, весь секрет. Что заму можно, то главному – грех.
– У тебя кто-то есть? Только честно.
Не скрою, за эти годы я пыталась найти себе кого-то. Знакомилась в интернете и на улице, ходила на свидания, однажды даже в Новороссийск летала. И каждый раз сидя напротив мужчины, я невольно сравнивала его с Денисом. Не так говорит, не так смеется, держит ложку, смотрит. И таких «не так» было миллион. В итоге я уходила и больше не звонила. А потом и вовсе перестала пытаться. Знаю, что многие встречаются ради секса. Что без разрядки женскому организму долго находиться вредно. Но как можно им заниматься, не чувствуя близости души? Как отдаваться первому встречному, понимая, что наутро он не вспомнит, как тебя зовут?
И я перехитрила даже себя, не пытаясь настроиться на одну волну и с Денисом. Но здесь все было просто. Я уже была на ней. Как бы ни противилась, как бы не считала, что оторвалась.
– Честно? Сейчас нет. Была Галя…
Я затаила дыхание.
– Всего месяц, и я ушел.
Казалось, он ничего не заметил, ведя нас сквозь теннисную аллею.
– Почему?
Остановившись у раскидистого дуба, он пронзительно посмотрел на меня. Как умел. Сверху вниз. Коснулся кончиками пальцев моего лба и завел выбившуюся прядь на ухо.
– Потому что она – не ты. И никого другого я рядом с собой не вижу.
Я испустила протяжный стон. Ничего нового он мне не говорил. Все это я уже слышала бесконечное количество раз. Но сегодня я была оголена до предела, расстроена, размазана по стенкам тела. И впервые услышала именно то, что он хотел сказать.
– А ты можешь мне гарантировать, что я больше не буду плакать?