Страница 48 из 80
Как жить дальше? Ну, я могу играть в казино. Рулетка не вариант, там шарик долго катается, а вот та игра, где длинный стол и надо бросать кубики — в самый раз, ведь кубики бросаю я и для меня это предопределенное будущее. Конечно, в казино следят за удачливыми игроками, так что главное знать меру, много не выигрывать и не заходить часто в одно и то же казино. Если я буду выигрывать несколько тысяч раз в пару месяцев — уверен, даже не попаду в поле зрения служащих казино. Главное, чтобы этих самых казино было много и я мог выигрывать везде понемногу, редко светясь в одном и том же месте повторно.
Выехал я скромненько, рейсовым автобусом, здоровенным и двухэтажным, который шел по идеальному автобану настолько плавно и тихо, что заснуть не составляло проблемы. К вечеру почти доехал до границы, но заснул: на границе разбудят, если что.
Было опасение, правда, что могут не выпустить из страны: следствие, я свидетель, все такое. Ну да тут я уже ничего не поделаю, только надеяться, а лучше вздремнуть, дабы напрасно не терзаться.
Проснулся я оттого, что меня разбудила проводница. Да, на рейховских дальнерейсовых автобусах кроме двух водителей есть еще и две проводницы и небольшой буфет. В меню, правда, были только сэндвичи и напитки, но, черт возьми, это автобус, а не лайнер.
— Гутен морген, герр Нойманн, — сказала она, — а вернее, гутен таг! Мы на месте!
— Это где? — спросонья не врубился я.
— На магистральной автостанции города Сплит, — бодро сообщила она.
— А граница?
— Так ночью проехали.
Нехорошая новость. Если немцы ездят в Хорватию без какого-либо досмотра — то в этой стране наверняка полно разведки Рейха. Просто потому, что можно и проехать самому, и провезти что угодно, включая разобранный пулемет.
Конечно, билеты для меня взяли на мое имя, в автобус я садился по паспорту, предъявив его сканеру, так что данные на пассажиров есть в бортовом компьютере автобуса, водитель может предъявить их на таможне за одну секунду, автоматически. Но досмотр? В моей сумке личных вещей и снеди разобранный штурмгевер бы не поместился, а вот разобранный «шмайсер» — только так. И у меня никто бы его не нашел.
В таких невеселых думах я выбрался из автобуса, еще не подозревая, что это были только ягодки, а реальное огорчение меня еще ждет впереди.
Магистральная автостанция — это как аэропорт, но для автобусов, громадное такое здание с собственной дорожной развязкой, отелем и увеселительными заведениями. Выход ведет на меньшую автостанцию, откуда уже можно добираться куда надо маршрутками, обычными автобусами и такси. И вот у самого этого выхода я заметил человека в повседневной военной форме. А в руках он держал лист формата А3 с крупной надписью от руки.
«Герр Нойманн».
И пока я смотрел на него, заметив у него характерную пилотку, орлы в петлицах и на рукаве и нагрудный знак, тоже с орлом, он и сам меня увидел.
— Гутен таг, герр Нойманн! — широко улыбнулся он во все тридцать два зуба и отдал мне честь.
— Гутен таг… А вы вообще кто?!
— Унтер-офицер Книспель, — радостно доложил он, — морская пехота!
И тут я вспомнил шутку о ленивце, который ночью сбежал из зоопарка и наутро был найден в пяти метрах от ограды.
Трындец как далеко я сбежал.