Страница 3 из 13
Спускаюсь по лестнице. В нашей с мужем двухуровневой квартире кухня находится на первом этаже. Когда я захожу туда, Антон сидит за браной стойкой, повернувшись ко мне спиной. По приятному аромату в комнате, понимаю, что он таки разобрался, как пользоваться кофемашиной. Ну, хоть что-то позитивное есть во всей этой ситуации.
– Я сделал тебе кофе, – говорит мужчина, не поворачивая головы. Обхожу его и сажусь на высокий стул, на барной стойке дымится свежесвареный кофе. Мужчина бросает на меня короткий взгляд и кивает, видимо, его устроил мой внешний вид. Я хочу задать ему тысячу вопросов о том, какой будет теперь наша совместная жизнь. Но от его холодного взгляда мороз бежит по коже, я нутром чувствую, что вести со мной беседы он не намерен. Поэтому, как школьница, сажусь, выпрямив спину, и молча пью свой кофе.
Антон допивает кофе, встает и уходит. Перед тем, как выйти из комнаты, он целует меня в макушку, как обычно. Так, словно ничего не произошло, будто и не было вчерашнего вечера и последовавшего за ним разговора. Будто не он так грубо поднял меня с постели и буквально заставил спуститься вниз, когда я этого совсем не хотела. И я понимаю, что именно такими он и видит наши отношения. Он ждет от меня, что надену темные очки, сквозь которые не видно его измен. И буду продолжать играть роль прилежной жены. И мы даже не будем обсуждать его частые командировки и поздние приходы с работы домой. Это все теперь должно стать нормой нашей супружеской жизни.
Вот только мне не позволено все то, что можно ему. Я должна стать прекрасным дополнением уютной семейной картинки. Такой себе стильный аксессуар успешного мужчины. Но только это все не для меня. Я так не смогу, как не смогу быть счастливой, зная, что, возможно он с другой.
Весь день я пытаюсь вести себя как обычно. Несмотря на то, что Антон предпочитает, чтобы готовила ему я, у нас есть домработница, которая приходит три раза в неделю, а еще водитель, охрана. И перед всеми этими людьми я должна буду изображать счастливую супругу ежедневно. Даже в собственном доме мне нельзя расслабиться, я всегда на виду. И эти люди ведь служат не мне, мужу. И наверняка о том, что я веду себя как-то не так, как обычно, ему сразу донесут.
Поэтому выбираюсь на работу, а оттуда в торговый центр. Брожу по магазинам, лениво разглядывая витрины. Делаю вид, что изучаю новинки, но на самом деле, мне нужно просто подумать. О том, что делать дальше. Так ничего не решив, возвращаюсь домой.
В шесть вечера позвонил Антон и сказал, что будет сегодня поздно. Он сказал, что у него деловая встреча. А я думаю: деловая ли? Не с той ли девушкой, которую я вчера видела, у него деловая встреча? Грустно усмехаюсь своим мыслям, но вида не подаю, что мне плохо.
Весь вечер, до поздней ночи я все думаю, где он и с кем. Воображение рисует картинки его вчерашней близости с девушкой в баре. И я уже вовсю представляю, как сегодня они встретились в номере какой-то гостиницы, где можно себя не сдерживать. Я давно знаю своего мужа, гораздо дольше этой дамочки, поэтому знаю, что, скорее всего, это будет номер-люкс с большой кроватью. Да, он всегда умел произвести впечатление…
Мои размышления обрываются, когда слышу звук приближающихся шагов в коридоре. Антон заходит в комнату, начинает раздеваться. Я делаю вид, что сплю. И он не трогает меня. Укладывается рядом со мной, отворачивается и укрывается одеялом.
Да уж, не жизнь, а мечта. Разве я смогу жить в таком лицемерии? Ведь сегодня мне даже не захотелось прижаться к нему, перед тем, как уснуть. От вихря мыслей в голове болит голова, но вставать за таблеткой не решаюсь. Нужно просто привыкнуть, просто принять....
Глава 2
Прошло три месяца
– Хлеб, молоко, влажные салфетки… , – читаю список покупок. В списке еще много позиций, а вот деньги на исходе. – Это было правильное решение, – говорю себе, вспоминая события, которые привели к разводу с Антоном.
После его признания, что он не собирается менять свой образ жизни, а от меня ожидает покорности и смирения, я еще неделю пыталась себя уговорить, что смогу так. Потом я себя пыталась убедить, что он поймет, как я сильно его люблю, если согласилась на это, и оставит всех своих любовниц. Но чем больше я унижала себя, соглашаясь на его условия, тем больше он холодел ко мне. Тем меньше заботился о моих чувствах. И апофеозом абсурда стала ситуация, когда я увидела, как он трахает ту длинноногую в нашей постели.
Извинений с его стороны не было. А мог бы хотя бы сделать вид, что сожалеет, наврать, что исправится и такого больше не будет. Но он, глядя мне в глаза, просто закурил. Выпуская струи дыма из легких, он молча наблюдал, как я стою на пороге, разглядывая бардак в спальне и его наглую рожу. И все, меня накрыло.
В тот же вечер я собрала свои вещи и уехала в свою квартиру. Хорошо, что она у меня осталась. Я купила ее в кредит еще до свадьбы. Все три года брака я вносила платеж по кредиту со своей мизерной зарплат. Все-таки муж обеспечивал меня всем необходимым, и этот кредит меня не тяготил. А вот теперь квартира стала местом, куда я сбежала от мужа. И только сейчас ощутила всю ущербность своего финансового положения.
Еще три дня я наводила порядок, в ставшей немного заброшенной, за три года, квартире. Вытирала пыль, вымывала все горизонтальные поверхности и даже стены. После того, как я вымыла окна, в квартире стало светло и уютно. Может, и нужно было нанять клининг. Но в тот момент мне была необходима физическая активность. Я должна была выбросить всю злость и агрессию, которая скопилась за последние дни. И яростно намывая полы, представляла себе, как швыряю эту грязную тряпку в ненавистную наглую рожу мужа. И получала от этой медитации какое-то больное удовольствие.
Следующий месяц я ждала, что Антон придет с цветами извиняться и умолять вернуться к нему. Вспоминая об этом сейчас, грустно усмехаюсь, думая о том, какой же дурой все-таки была. Нужно было сразу понять, еще в тот вечер, когда застала его в баре с той длинноногой, что он не тот мужчина, который вообще способен молить о прощении. Но былые чувства не давали мне возможности здраво оценить ситуацию. Я просто хотела сказки, как маленькая девочка, надеялась на чудо. Но чудо не произошло. Антон не пришел ко мне. Зато пришли бумаги на развод в большом конверте заказного письма.
Я не привыкла экономить, считая каждую копейку. Антон приучил меня думать, что мне это совсем не нужно. А теперь, когда я сидела перед списком необходимых покупок, думала, что из него можно вычеркнуть, чтобы хоть немного сэкономить. И мне до одури хотелось в любимую кондитерскую, где подают ванильное мороженое с ликером, мое любимое. Вспомнив цену этого мороженого, я грустно вздохнула.
– Когда стану богатой, буду есть это мороженое каждый день, – сказала себе и улыбнулась, поймав свое отражение в зеркале напротив.
Антон был джентльменом, когда ухаживал за мной. Он был принцем из сказки, когда делал мне предложение руки и сердца. И оказался мудаком, когда разводился. Зная, что я буду нуждаться в деньгах, он не оставил мне ровным счетом ничего. Даже машину, которую подарил мне на свадьбу, забрал и продал, быстро и дешево. И мне было жаль мою красненькую малышку, к которой я успела привязаться за три года. Хорошо еще, что одежду позволил забрать с собой.
Вот уже две недели, как мы не были мужем и женой официально. И бывший муж просто исчез из моей жизни, так ни разу и не появившись на пороге моей квартиры. Нет, я больше не была той влюбленной дурочкой, но мне все равно хотелось хоть какого-то "спасибо". Типично бабское "я ему всю себя отдала" теперь съедало мой мозг злостью на бывшего. Но продолжать с ним жить, зная, что он трахает всех, кого ему захочется, я просто не могла.
В размышлениях о своей теперешней жизни я быстро дошла до продуктового магазина. Загрузила тележку только самым необходимым, и покатила ее к кассе. Когда подошла моя очередь, вытащила содержимое тележки на ленту и грустно прикинула сколько денег останется в моем, и без того скудном, бюджете. В этот момент, я услышала приятный мужской голос за своей спиной: