Страница 55 из 131
Эной больше не бил меня. Даже приказал одному из своих псов промыть мои раны. Надо было видеть, как тот голодно сглатывал слюну, глядя на меня. Я всё ждала, что он кинется и откусит от меня кусочек. Цветастая шаль из тех, что должны были быть проданы на базаре, впитала много моей крови, а затем была тщательно спрятана кабаном за жилетку. Фетишист...
- Как ты угробила самолёт? - по слогам, словно дуре, проговорил Эной. Я снова затряслась, ожидая физической расправы. Но ракшас гулял глазами, налитыми ненавистью, по моему лицу, выискивая что-то известное лишь ему. Приблизился ко мне, я в панике вжалась в пса, который подпирал мне спину. Метнулась его ручища, я зажмурилась. - Ну что же ты? Даже не попытаешься меня убить? Ты проживёшь только до открытия Врат! А потом я сам сожру всё это...
Когти существа, столь жестокого, что оторопь брала, очертили мои губы, скрипнули по коже воротника куртки. Я не выдержала его взгляда, отвернулась и закрыла глаза. Как же страшно... как я боюсь, что Арэй не успеет! Эной взвалил меня на плечо, скомандовал своим подручным выдвигаться, и быстрым шагом двинулся за острый пик соседней горы.
Мы шли уже так долго, что я превратилась в одну сплошную мозоль. Недавно меня стошнило, но ракшас этого даже не заметил. Ему было не до меня, он чуял что-то, поводил своим звериным носом, покрикивал на своих псов. Мы вошли в проход меж "зеркал", скал - полумесяцев, окружающих Кайлас. Радужная плёнка окутала нас, всё подёрнулось какой-то рябью. Защита? Вероятно, потому что мы словно попали в иную реальность. Кайлас стал меньше и ближе. Странная тишина скрадывала звуки, то удлинняя их эхом, то глуша в зачатке. Внутри меня пульсацией отдавалось что-то большое и важное, оно звало... куда? Врата! Дар Богов и Врата родственны по природе, вот и желают стать одним. А что будет после? Я умру? Стану обычным человеком? И Арэй меня оставит...
Рассмотреть чудеса не удалось: на отряд напали, меня сбросили на песок, поэтому какое-то время я была занята тем, что пыталась вдохнуть скукоженными лёгкими и сломанными рёбрами - Эной без особой нежности сжимал мою спину своими ручищами. Ракшасы рычали, бегали, их топот отдавался в теле гнусной вибрацией, как будто чесалось внутри. Что-то происходило вокруг важное, а я не могу даже встать!
- Якшауни? Ты слышишь меня? - по ощущениям Арэй уже так близко! - Я здесь! Мы успели...
Заботливые руки подняли меня, бережно отвели волосы от лица, и я увидела полные сострадания глаза якшаса. Он осыпал осторожными поцелуями мои щёки, после которых лицо ощутило блаженную прохладу, боль отступила. Арэй помог мне подняться, указал направление, где держали оборону его сородичи. Двое, тот самый белоглазый, и Игнат, стояли позади ракшасов, которые не давали шавкам Эноя прорваться к нам с мужем. Энкелай, он же Коля, уже превратился в нечто, так похожее на отца, что я тут же вздрогнула и отвела взгляд. Его друзья тоже обзавелись лишними руками и мордами, а алоглазый ещё и гадов снова вывел. Они заползали ракшасам на руки и ноги, кусали их и злили. Силы врага убывали, и я стала надеяться на победу. Но тут что-то затрясло горы, невероятно громкий рык прокатился по вершинам, похоже вызвав лавины на некоторых из них - грохот камней и снежных потоков достиг нас очень скоро.
Эной оскалился и заухал, заржал своими мордами. Энки со своими ракшасами решил больше не отвлекаться на посторонние звуки и бросился на ненавистного отца. Тот будто только того и ждал, встретил его ударом сразу четырёх рук. Энки отскочил, извернулся так ловко, словно акробат в цирке, перекатился по земле, вытащил из кобуры пистолет и выстрелил в морду врага. Но здесь действовали другие законы физики: пуля замедлилась, будто увязла в желе, дав Эною бездну времени уйти от опасности. Тогда мой ракшас решил сражаться старым и, очевидно, проверенным способом - вытащил две катаны из ножен и бросился на папашу, намереваясь его порубить на куски. Я болела за него так, будто есть только он на свете! Как я ненавижу Эноя, эту гнусную скотину, убийцу, жуткого маньяка! Красота поединка захватывала, даже с учётом их далеко не человеческих форм.
Внезапно в долину упала тень. Мы с Арэем подняли головы и увидели исполина, высотою с небоскрёб, он закрывал нам тусклое солнце. Разглядеть удалось, что похож он на обезьяну, но руки и ноги, пузо и, кхм, гениталии, вроде бы человеческие. Арэй позвал своих. Глаза Игната были холодны, он будто не узнавал меня. Хотя... может и не узнал. Я теперь в таком виде, что самой противно. Да о чём это я? Глупости вороньи... Оба плавно сместились к нам, присели, но настороженно оглядывались туда, на бой. Холодный, жуткий, чересчур внимательный взгляд белоглазого с жадностью пробежал по мне. Мне показалось, будто он едва уловимо вздрогнул, когда я встретилась с ним глазами. Эй! Это я его боюсь... а не наоборот. Якшас тут же поднялся и развернулся, чтобы уйти. Арэй прошипел что-то, после чего его родич встал, как вкопанный.
- Нет, Аидат! Тебе не справиться! Я сражусь с Кумбхакарной, а вы должны защитить Лолу! Если будет нужно, выпейте всех до дна! - жёстко приказал муж. Я только рот открыла в шоке, не подозревая даже, что в нём столько силы и жестокости. Он коротко поцеловал меня, на выдохе показав, как на самом деле волнуется за меня. Я оттаяла: если он любит меня, остальное неважно! - Я вернусь, скоро...
С немым шоком я смотрела, как он отошёл от нас метров на пять и стал раздеваться! Он... не замёрзнет? Аигот только хмыкнул, бросив на меня косой взгляд. И тут! Тело Арэя, совершенное, гибкое, как ивовый прут, окуталось серебряным сиянием и стало увеличиваться! И вширь, и в длину, обрастало чешуйками, руки стали крыльями. Я поняла, что несмотря на всё, что со мной произошло, так и не смогла поверить в магию. До этого момента. Сейчас я с таким восхищением, с детской радостью от настоящего чуда смотрела на нереально красивого дракона! Лазурный, длинный, изящный, весь его облик был благородный и такой сказочно- воздушный, что я прямо впитывала это совершенство. Мой... надо же... а вот открою Врата и утрачу силу. Тогда он разлюбит меня, я ведь буду бесполезна. Змей заглянул своими голубыми озёрами в мой разум, отчётливо дав понять, что мои сомнения напрасны. Подробно он на этом не остановился, ведь ракшасы уже серьёзно пострадали от гигантской обезьяны.