Страница 47 из 131
- Теперь твой якшас нас не найдёт! Отдыхай, мышка. Скоро ты мне понадобишься. Вот, твой паёк и одежда! - меня как куклу прислонили к спинке дивана, на колени лёг бумажный свёрток с чем-то жареным и очень жирным. С него тут же потекло масло по ногам. Я уже понемногу могу двигаться, поэтому стала дрожать мелко-мелко, сказывалось недавнее унижение. А под одеждой этот урод имел в виду балахон индуса, который сломанной куклой лежал за последним рядом сидений.
Я смотрела на ракшаса, который вот так запросто вытряхнул мёртвое тело из белой рубахи, а затем бросил её мне через салон, и понимала, что мне не жить, если останусь с ним. Он свернёт мне шею тут же, едва я открою Врата. Значит, нужно выбираться и быстро! Под внимательным и голодным взглядом врага я послушно натянула на себя балахон, позволив себе только судорожный вздох и мелкую дрожь отвращения - тряпка провоняла потом так, что глаза слезились. Ракшас ждал. Развернула свёрток. Жареный гусь? Клацая зубами и время от времени всхлипывая, я отрывала от гуся мелкие кусочки и глотала, почти не жуя.
- Молодец... - протянул он, жутко скалясь, - Ты была в горах? Нет? Так посмотри на них! Даже когда я был мелким, они уже были такими. Мы прятались от гнева богов в пещерах... - отвернулся, задумавшись. Мне его ностальгия по нежному младенчеству была безразлична, я просто коротко оглядела его, отметив, что внешне он очень похож на Колю. Нет, признала я, Коля изящнее, у него такие красивые руки и плечи... и глаза полны страсти, не холода. Даже тогда, когда он злился на меня, его глаза не были так пусты, так ужасны.
За окном плыли огромные, заснеженные пики. Тяжелым, неотвратимым было понимание того, что наша цель, их цель, близка. Тибет, несомненно. Я видела его только по телевизору. И ведь мечтала когда-то здесь побывать... дура! Горы, горы. Их так много, и все такие высокие, острые, будто кинжалы... Руки выпустили остатки птицы, она с тихим шорохом упала на пол. Скоро я умру... Считанные часы отмеряны мне этим убийцей. И только от меня зависит, получит ли он силу.
Я обмякла на сидении, закрыла глаза и будто бы сползла в новый обморок. Губы коснулись кремового оттенка кожи диванчика, желание билось отчаянным пульсом в голове. "Чтоб у тебя крылья отпали!". Самолёт тут же вошёл в крутое пике, хвост задрался кверху, а носом мы неслись к земле как ракета! Ракшас выпустил из спины две пары рук, он цеплялся ими за стены и диваны, как макака. Допрыгал до меня, сдавил горло, зарычал что-то страшное. Я видела свою смерть в его глазах, хрустнули позвонки. И быть бы мне тут же убитой, если бы не авария. Миг невесомости, а потом всё смешалось, будто в гигантской мясорубке!
Вокруг грохот, пламя, взрывы. Нас разбросало на много метров от места падения. Я вылетела прямо на диване из самолёта. Возможно сказалось моё желание тогда с Арэем, пожелание бессмертия, и теперь неведомые силы берегли меня, как умели. Но всё же спинка мало защищала от удушливой гари, от осколков обшивки и тысяч мелких деталей, кусков тел, которые ещё падали на меня сверху. Долго, как же долго я сидела так, закрыв голову руками, скуля и воя от страха. Топливо догорало, дым столбом уходил вверх, под обломками что-то шевелилось. Эной? Бежать, бежать!
Но босиком я далеко не уйду... Огляделась. Нет... Прикусила губу так сильно, что она тут же лопнула, кровь потекла на порванный балахон. Содрогаясь от того, что делаю, я снимала ботинки с ног пилота, которые так удачно приземлились около меня... обе...
На пару размеров больше всего, что меня неимоверно обрадовало. Мимоходом отметила свой возросший уровень цинизма и безжалостности. Подышала на руки, пытаясь их согреть. Здесь так холодно! Несмотря на костёр в виде самолёта, я уже вся задубела, ноги плохо слушались, мысли вяло толкались в голове. Чем-то укрыться, что-то надеть... Штаны... найти... Ещё один кусок металла пропорол мой диван, да так и опрокинул его на мешанину снега и грязи. Хорошо хоть я встала к этому моменту и отошла! Сидение откинулось вверх, и я с радостью увидела, что под ним было что-то вроде склада! Чёрные штаны, свитер и куртка! Огромное всё, но мне было не до шика и моды, лишь бы согреться, прикрыться чем-то от пронизывающего ветра! Очень похоже на форму Коли... Коля... Твой отец такое чудовище! А ты... жестокий, да. Но тогда со мной, когда ты упивался моим криком, моей лаской, ты был другим, ты был больше человеком, чем страшным монстром. Где вы все? Наверно уже у той горы, ждёте Эноя. А нас нет, и не будет. Я умру, ну или вмёрзну в лёд где-то в горах, а ваш враг очнётся, не найдёт меня, поймёт, что планы рухнули. И отыграется на вас... Нет, я найду вас! Сама найду, а потом открою эти чёртовы Врата, дам вам силу! Заберу Арэя, вернусь домой, к маме, брату...
Там же нашла флягу с водой, ещё один паёк, теперь уже армейский, огромный кинжал с инкрустацией в виде двадцати драгоценных камней, которыми была выложена морда обезьяны на рукояти, плащ, широченный, брезентовый вроде. Куда же идти? Куда, боги?! Повертелась на месте, решила взобраться повыше, чтобы оглядеться. Побрела к большой горе, спотыкаясь об обломки и куски скалы, в которую мы и врезались. Копошение за мной немного усилилось, я стала быстрее идти, потом побежала, на пределе сил. Спотыкалась, перелезала через валуны и кучи щебня, ноги поминутно то увязали в невесть как наметённом сугробе, то выворачивались на коварно спрятанных камнях. Чёртовы штаны слетали с меня, я оторвала ленту от вонючей рубахи и подвязала её как пояс вокруг талии.
Кровь! Осмотрела себя, обтёрла рукавом свитера лицо. Вроде нет нигде ничего. Теперь не найдёт, надеюсь... Через полчаса пришлось натянуть на себя и плащ: ветер нёс с собою колкий снег, а тот в свою очередь вымочил мою одежду, лицо и волосы. Под плащом стало тепло, сухо, только щёки мёрзли. Натянула ворот свитера на подбородок, но стало только хуже: горячее дыхание тут же вымерзало и мелкими льдинками оседало на груди. Ладно, пусть хоть одни щёки мёрзнут! Стянула плащ по максимуму за завязки.