Страница 114 из 131
Мы ещё долго говорили, ещё дольше молчали и делились своими чувствами, светлой грустью по погибшим. Аигот сказал, что с ним связались ракшасы и высказали ту же мысль - что пора уехать куда подальше. Может вместе уедем в Японию? Якшас не был против, но всё ещё проскальзывала ревнивая нотка в адрес Энки. Я улыбнулась довольно и уверила, что их троих мне более чем достаточно.
- Спи, моя богиня...
ГЛАВА 17. ЭПИЛОГ. Переезд в Японию, рождение Тримурти
Через два дня Аигот наконец-то вернулся. И сразу же собрал нас на новое семейное собрание. Я была у Алойши, когда он приехал. Ильяс и Арджун тоже пришли навестить своих пегасов. Небесным коням безумно нравились земные яблоки и морковка. Плюшевая шкура моей кобылы мерцала в полутьме сарая. Ну как сарая? Это был просторный одноэтажный дом под разные нужды, вроде спрятанной на зиму газонокосилки или на лето - лопаты для чистки снега. Кони стояли все вместе, но их отделили от инструментов деревянной перегородкой.
- Как думаешь, кого она выберет? - шептал мне на ухо Джун. Руки заползли мне под курточку, гладили везде, сводили с ума, - Я думаю, что это будет Таури...
- Или Дэйго! Правда, моя светлая? - воспользовался Ильяс тем, что Джун сзади, и притянул меня к себе, чтобы поцеловать.
- Не знаю... - сказала я и надула губы. За эти дни приём отработан до мелочей. Сначала я делаю гримасу дурочки, потом оба гандхарва делают вид, что поверили, расслабляются, - Наверно Луина Аигота! Он такой изящный, будто статуя ледяная! Аха - ха - ха! Без щекотки!
- Статуя? Ледяная? Мы сейчас покажем...
- Аи вернулся! - сбросила я их руки и повернулась к двери, - Ну вы ведь были эти дни со мной, а он - нет! Имейте совесть... Джуни, ты... Ильяс, сумасшедший...
В гостиной нас уже ждали. Двое младших, которые встретили нас в лагере у Кайласа, Аигот и его приёмный отец, мама, счастливая и с загадочной улыбкой на лице. Кажется, я заразила дом безумием любви. Асоноя и Ванька устроились на одном из трёх диванов, которые стояли здесь полукругом. Сонечка гладила Марки, а Ванька кормил его с рук варёной колбаской. Да уж, хорошо мой Маркиз устроился! Его величество все просто обожают! Да с ним даже глава рода утром здоровается, а мама лично подогревает молочко. Улыбнулась своим детям и питомцам, супругу, мысленно ещё добавила, что безумно рада его видеть, а ещё сегодня я ночую с ним. В глазах якшаси мерцали шальные огни, а моё дыхание остановилось, чтобы стать рваным от его обещаний. Когда я успела стать такой ненасытной? Будто во мне открылась новая сторона, а закрыть её теперь невозможно! И незачем...
Сеня пил капучино и читал журнал о самолётостроении. А говорил, что лётчик... в смысле, стоматолог. А он, оказывается, любит самолёты! И хочет учиться на пилота. Он уже спокойнее реагирует на меня и на моих гандхарвов. То ли глава сделал внушение, то ли дошло, что мы с ним уже безнадёжно далеки друг от друга.
Мой якшаси подождал, пока мы войдём, взял меня за руку, кивнул конкурентам на диван, указывая, куда им сесть. Оба эльфа нахмурились, я умоляюще смотрела на всех троих. Я хочу, чтобы вы жили мирно! Джун и Ильяс сдались и присели на сидение, однако потеснились с намерением ждать меня. Аигот вытащил меня на середину комнаты.
- Это якшауни нашего рода, Алойя, - указал на меня Аигот, после чего два паренька благоговейно застыли. Изящные, хрупкие. Голодали и сильно, причём именно энергетически. Очевидно же, что род уже вырождался, - Атан и Арош - последние из ветви Санай. Мы нашли их два года назад полумёртвыми от голода.
- Бедные! - сказали мы с мамой в один голос. Она теперь воспринимала проблемы семьи Санай как свои собственные. Её умиляла тихая Сонечка, она души в ней не чаяла и старалась чем-то её порадовать. Связала ей свитер и шарф, показала простые петли. Они даже посадили какое-то дерево в кадку. То ли апельсиновое, то ли мандариновое.
- Они уже получили слуи, - усмехнулся супруг, - Теперь к делу. Во-первых, нужны документы нашим эльфам. Решайте, какие имена себе возьмёте! Чем понятнее, тем лучше.
Арджун непонимающе посмотрел на Аигота. Ильяс уже видел книжечку с фотографией у меня в руках и выспросил про неё. Так что теперь имел понятие, о чём говорит якшас.
- Джуни, Аигот имеет в виду документ, по которому все мы и живём. Там фотография, твоё имя и имя рода, дата твоего рождения... - мой медовый принц приподнял брови, показывая, что со всем этим есть некие сложности, - Ну имена у вас уже есть. Теперь нужно решить, какую страну вписать за родину, какие у вас будут фамилии.
- У меня нет рода. Я переродился и стал гандхарвом, - сказал Ильяс.
- У меня есть род! Шакра, что значит - "могучий", - гордо сказал мой медовый принц. Его волосы были как расплавленное золото, а глаза как вересковый мёд. И кожа золотистая... всюду. Мама прошептала мне недавно, что тоже не устояла бы перед такими мужчинами, так что она меня понимает вполне, - Я дам этот же род и Ильясу, ведь мы уже семья!
- Я благодарен тебе, владыка! - Ильяс сполз на ковёр и стал на колено. Ну всё! Теперь до ночи хвалить друг друга будут!
- Ты - мой тысячник, Ильяс. И друг, и брат. И у нас одна кровь на двоих...
- Одна жена... - прикололся Сеня, отложив журнал. За что получил неплохую оплеуху от отца, потёр злобно затылок.
- Да! И жена у нас тоже одна! Самая лучшая! А ты, щенок, перестань на неё глаза свои... - цедил злые слова Арджун. Ильяс во всём своего предводителя поддерживает, так что тоже сдвинул свои стрелы-брови. Если бы не рука Аи, я бы уже была лужей на коврике!
- Тише, дети, тише! Мы все с некоторых пор семья! Вы - супруги, мы - ваши родичи в той или иной мере. А Арсэнай... тут сложно. Они ведь были вместе с Алойей.
Блин! Ну кто вас за язык-то тянул! Оба с такими лицами ко мне обернулись, что я едва вон не кинулась. Нервно улыбнулась, а потом и вовсе за Аигота спряталась.
- Это неважно. Они уже никогда вместе не будут, - тихо, но твёрдо сказал мой якшаси. Нужно решить вопрос с паспортами как можно скорее!